— Степан, поостынь, — поднялся на ноги Пётр и встал между нами.
— А я и не закипал, — процедил сквозь зубы брат близнец, к которому уже подходил Иван. Иван положил свою тяжёлую ладонь на плечо брату и глядя на меня, что-то тому шепнул на ухо. Морщины пробежали по лбу Степана. Видно было, что тот задумался от слов брата и они оба развернулись в сторону Янека с Ланой.
Я стоял сжимая кулаки и смотрел в спины двух братьев, которые отошли в сторону. Они о чём-то тихо перешёптывались и вскоре к ним подошла Лана, которая тоже приняла участие в их тихой дискуссии. Ох и компанию мне навязали. Теперь что с ними делать, даже не знаю.
Так. Ну отряд был из семи человек, с некоторыми я уже познакомился, а вот где ещё два человека? Взглядом я начал искать, того тощего юнца, которого запомнил по ночному перетаскиванию и невысокого крепыша. Они оказались рядом, в трёх метрах от нас с Петром. Оба молча сидели и смотрели в сторону своего командира и братьев близнецов. Судя по всему, в их отряде Лана и эти два брата были заправилами, Янек был скорее всего фигурой приближенной к этой троице, ну а все остальные имели своё мнение.
— Макс, пойдём, тебя познакомлю с остальными членами нашего отряда, — предложил мне Пётр и мы направились к этой скучающей парочке пехотинцев.
Под ногами была зелёная трава, живность какая-то в ней явно водилась, так как с травы постоянно вылетали разноцветные мотыльки и ещё крохотная мелюзга разных мастей. Невдалеке от нашего ночлега, на юго-западе начинался какой-то синий лес, с севера и востока куда не кинь взгляд сплошные поля. Солнце одно на небе, лёгкий ветерок, приятно обдувающий лицо и тело, совсем земные тучи на небе, кое где видны птицы. Всё как на Земле. Неужели мы домой попали?
— Знакомься Макс, это Лорн, наш радист, — Пётр указал на тощего паренька, — а это Марус, специалист по взрывчатым веществам, — представил мене двух Пётр. Я протянул двоим по очереди руку поздоровавшись с ними.
— Я так понимаю, что ты Пётр врач, или санитар? — развернувшись я спросил у Петра.
Но вместо него ответил Марус, весело улыбаясь.
— Он доктор, младший лейтенант, причём очень своеобразный. Что касается нетрадиционной медицины, это всё к нему, он специалист высокого уровня у нас в этом деле.
Вот как. Я даже совершенно по новому посмотрел на Петра. В своей не такой уж длинной жизни я ни разу не встречал таких докторов, ну разве что в военной травматологии санитаров.
Если Марус был добродушным человеком и разговорчивым, то Лорн всё это время отмалчивался и смотрел в сторону леса. В той же стороне были Лана с братьями. Янек сохранял нейтралитет.
— Пётр, это правда, вам интересна в наш век нетрадиционная медицина? — спросил я у доктора.
Тот в свою очередь оценивающе посмотрел на меня, склонил голову на бок, почесал пальцами подбородок и очень интересно ответил на мой вопрос.
— Видите ли Максим, я слышал что вы пилот высочайшего класса. У вас очень высокая проводимость оперативной информации нейрочипа, имплантированного вам в мозг. И на сколько мне известно, таких как вы в империи единицы. И если мы с вами оттолкнёмся от вышесказанного, то пока, мы не способны дать разумного, аргументированного объяснения этому вашему феномену. И должен подчеркнуть ваши слова, это в наш век, прогрессивной технологии.
Возразить мне было не чем, Пётр очень тактично объяснил мне, что не стоит совать нос туда, в чём ты совершенно не разбираешься.
Действительно, чем дальше мы углублялись в космос, тем больше для себя находили невероятного и необъяснимого. Загадки сыпались на человечество как из рога изобилия, мы не успев разгадать старые, хватались за новые и так из года в год и во все времена.
Я рукой нащупал пачку сигарет в верхнем кармане своего комбинезона, вытянув с пачки последнюю сигарету скомкал пустую пачку и бросил её в траву. Достав зажигалку, закурил, отойдя от пехотинцев на несколько шагов. Жадно втягивая табачный дым я пытался отвлечь себя от голода и подумать о насущном, но ничего в голову не лезло стоящего. Так и стоял, смотрел на своего геркулеса и никак не мог разобраться. Что же меня тревожит? Я что-то важное упустил в сегодняшнем утре, на что-то нужное не обратил внимание, причём это «что-то» было очень важным и серьёзным, в то же время простым до безобразия. Эх, никак мысли не идут в голову на голодный желудок. Да и потом, куда же нас занесло, всё-таки? А странным мне показалось вот ещё что, никто из пехотинцев не упомянул сегодняшним утром при мне вопроса, где мы находимся. Неужели это совсем никого не интересует?
Вот так за своими мыслями я и подошёл к геркулесу, присел на одну из шагающих опор и погладил рукой прохладный метал «ноги» Геши. Ночь охладила его. В кабине у меня ещё было три пачки сигарет. Надо будет за ними подняться, но не сейчас. Пока там Янек кашеварил, я стал рассматривать своего стального питомца. Ох и досталось же ему. При дневном свете четко были видны все повреждения шагающего робота. Фасетчатая броня была пробита во многих местах. Большую роль «юбка» Геши сыграла в защите, но теперь она уже была не пригодна для эксплуатации. По всему корпусу геркулеса были видны пробоины, во многих местах отсутствовали броневые накладки, практически вся фронтальная часть робота была исполосована крупными и мелкими разрывами от попаданий. В некоторых местах из под сорванных броневых накладок висели жгуты электропроводки робота, на правой шагающей опоре было видно, что очень серьёзно повреждены соленоиды. А это очень и очень плохо. В общем если внимательно рассмотреть всё, то уверен что настроение моё очень ухудшиться.
Поскрипывая от негодования зубами я развернулся в сторону леса и как-то совсем по новому посмотрел на него. Мне раньше никогда не приходилось сталкиваться лицом к лицу с природой. Загородные поездки в студенчестве не в счёт. Мы тогда просто пытались уединится и отдохнуть от суеты города. Да и какие там леса в моей молодости. Так. Лесопосадки безобидные. А этот лес, что сейчас лежал напротив меня, сразу было видно, что не безобидное скопление деревьев и кустов. Этот лес был серьёзным и даже пугающим. Чёрт возьми, где же мы очутились? И почему это не чешет никого, кроме меня?
Ещё раз посмотрев вокруг нашего так сказать импровизированного «лагеря», меня словно осенило. Мы были на открытой местности беззащитны как младенцы, с трех направлений сплошное открытое пространство, а с леса, к нам незаметно можно было подобраться хоть на танке и перестрелять как гавриков, или удавить спящих, проще простого. Да и что здесь за фауна местная водится тоже вопрос. Сто процентов в этом лесу обязательно водятся хищники. А мы были без дозорных, да и по сей час без них. А ведь со мной группа опытных вояк, уж это точно. Чего же они как очухались не выставили часовых? Странно. Ведь это же элементарно даже для меня, пилота. Опять вопросы, вопросы, вопросы, а ответы где-то там, далеко-далеко. Нет, определённо пора идти за сигаретами, иначе я так с ума сойду от этих непоняток.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
