- Руки за спину! («или за голову, да хоть засунь их себе в задницу, только выметайся из машины!»)Выйти из машины, лицом вниз… - он запнулся на полуслове.
Сергей, который еще несколько секунд назад был полностью сосредоточен на автомобиле, готовый в любой момент к действию, сейчас зажмурился и выронил из рук автомат.
«ЧТО ЗА…».
- Сергей, что с тобой! – слова словно сами по себе вырвались из гортани.
Лейтенант не ответил, он склонился к земле и закашлялся.
- Сережа!
Палыч растерялся и опустил автомат. Где-то в самом отдаленном уголке сознания зарождался страх. Что с Сергеем? На секунду перед глазами Палыча возникла картина из прошлого…
Тогда ему было шесть. День выдался чрезвычайно пасмурным и целые сутки напролет лил дождь, тарабаня по черепичной крыше домика их семьи. Примерно неделю назад он подхватил грипп и теперь лежал с температурой под сорок. Рядом на небольшом деревянном столике лежала целая кипа самых разнообразных лекарств, которые выписал ему врач. Все это ему требовалась пить три раза в день, а сейчас как раз подходило время последнего, третьего приема лекарств. Был вечер, и мама, ласково поцеловав сына в лоб, протянула ему горстку таблеток и стакан с водой. Он должен был лечь спать, поэтому мама выключила свет, и он закрыл глаза. Мама ушла. Дождь продолжал тарабанить по крыше, и он, словно под колыбельную от матушки-природы, засыпал.
Но неожиданно грянул гром. Небо за окном разрезала тонкая и стремительная молния, как раз в тот момент, когда он перестал слышать звуки дождя. Гром скорее напоминал взрыв и показался для маленького мальчика очень… страшным. Раскат разбудил его, заставил съежиться тело под одеялом. Он почувствовал, как по ногам заструилось что-то теплое.
Палыч прикусил губу. Тогда он наделал в штаны, испугавшись раскатов грома и поклялся себе, что больше никогда, НИКОГДА не будет бояться…
Воспоминания растворились в бесчисленном потоке мыслей и сгинули. Времени было в обрез, если оно вообще было. Майор пригнулся и бросился в обход УАЗика к «десятке». Промедление, любой бездарно потерянный миг, мгновение могли стоить очень дорого, и не по карману Палыча было бы расплатиться за это потом. Майор вскинул автомат и для пущей уверенности передернул затвор, выпустив в тонированное стекло «десятки» автоматную очередь. Пространство наполнил мерзкий звук разлетающегося вдребезги стекла, и на асфальт упало несколько гильз от выпущенных патронов, одна из которых покатилась в сторону «десятки». В нос ударил запах пороха.
- Из машины, – проорал майор.
Теперь от злополучного водителя «десятки» его отделяла лишь зияющая дыра пустоты оконного проема дверцы автомобиля, украшенного по всему периметру кусками торчащих из резиновой прокладки осколков. Этот пустой черный проем на месте разбитого стекла притягивал, как магнит, и не позволял отвести от себя взгляд. Боковым зрением Палыч видел Сергея. Напарник скрутился в комок и задыхался. Руки лейтенанта уперлись в асфальт, и он сипел, пытаясь прокашляться. Наверное так чувствовал себя курильщик 85 лет, с 80 летним никотиновым стажем.
Глаза Палыча скользнули по рулю автомобиля и остановились на зеркале заднего обзора. В кабине не горел свет, и рассмотреть что-либо с помощью зеркала не представлялось возможным. Вновь подул легкий северный ветерок и Палыч уже в который раз уловил едкий запах дыма и бензина. ЧИСТЫЙ запах. Больше не чувствовалось той противной, тошнотворной примеси, которая не давала дышать раньше.
Приставным шагом, чуть согнув ноги в коленях, майор подошел ближе и остановился всего в нескольких шагах от дверцы «десятки». Дуло автомата внимательно всматривалось в темноту, готовое в любой момент поймать движение в салоне автомобиля. Дыхание после совершенного рейда сбилось: сказывались бесчисленные сигареты, которые он курил одну за одной, и автомат предательски трясся в вытянутых руках, будто войдя в резонанс с отдышкой. Вскользь майор заметил, что Сергею стало лучше. Он прекратил сипеть, исчез ужасный хрип, и лейтенант облокотился спиной об кузов машины и закрыл глаза.
«Что, черт возьми, происходит?» - эта мысль тут же затерялась в бессмысленном потоке догадок и предположений, оставшись без ответа.
Палыч одним прыжком оказался возле красного автомобиля и, не медля, нащупал вспотевшими ладонями ручку, распахнул дверцу «десятки». Что-то, что сжалось внутри Палыча, ослабило свой хват: дверца оказалась открытой. Хотя еще секунду назад он мог поставить на кон тысячу баксов, так как был уверен, что дверь окажется заперта. Но этого не случилось.
- Не двигаться! – он хотел добавить еще что-то, но замолчал и опустил автомат. Из горла, сжатого мерзкой рукой липкого страха, вырвался нервный смешок.
***
Очень, очень хорошо... И почему он боялся сделать это... Мимолетная шалость... Да и кто об этом узнает? Саша улыбнулся. Фары “Man”a, рассекая густую ночную мглу, кусками выхватывали из пространства полосы пыльной дороги, которая казалась теперь всепоглощающей полосой. Очень хорошо. Он вдавил в пол педаль газа и двигатель трейлера, зарычав, набрал обороты, но Александру казалось, что грузовик едет очень медленно. Когда-то, буквально краем уха он слышал о каком-то новшестве: двигатель, при подъеме в гору не сбрасывал обороты, а только набирал их. Да это и не важно.
- Еще чуть-чуть.
Стрелка спидометра ползла вверх. Он хихикнул. Битком набитый солью тягач рассекал горячий, удушливый воздух. Александр, улыбаясь, откинул голову на сиденье и закрыл глаза. На секунду ему показалось, что он взлетает, и Саша отпустил руль, сложив руки на коленях. Хотелось отстегнуть ремень безопасности, который неприятно давил на ребра, словно руками некого силача охватывая торс. Но он не мог: не было никаких сил. Пелена, накрывшая Александра, пленила взгляд. Где-то далеко, будто бы в другом мире, он почувствовал как нога до этого неистово жавшая на газ, соскочила с педали. Сознание неторопливо погружалось в бессознательное. Он засыпал....
...Яркая вспышка. Мгновенная боль... Александр моргнул. Что-то неприятно хрустнуло в боку. Звук напоминал щелчок пьезоэлемента. В глазах вместо четкой и ясной картинки застыл туман. Но постепенно все прояснялось, и он смог различить маячивший перед глазами руль, местами обшитый мехом. Еще несколько секунд понадобилось на осознание того, что грузовик остановился. Через лобовое стекло можно было различить тонкую струю дыма. Александр нащупал защелку и отстегнул ремень безопасности, ремни ослабили хват, и дышать стало легче. Страшно болела голова. Он огляделся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
