Алексей вспомнил, как вывернув из-за угла пятиэтажки, увидел напротив стоящей рядом семнадцатиэтажной свечи, чуть вглубь под карнизом одного из подъездов, три темных силуэта. До слуха донеслись сдавленные рыдания женщины и неразборчивая речь мужчины. Скользкая и мерзкая. Алексей замер и нащупал вспотевшими ладонями неожиданно тяжелый пистолет. Через секунду рука одного из мужчин взметнулась и со всего маху опустилась вниз. Хлопок. Женщина, расставив в стороны руки, упала на холодный асфальт. Второй мужчина расстегнул штаны. Бивший нагнулся и выдернул из рук обессиленной женщину сумку, вытряхнул ее содержимое на асфальт. Взгляд Алексея поймал покатившеюся по тротуару губную помаду... Он понял, что рука достала пистолет. Ноги, словно сами по себе понесли его вперед, шаг за шагом приближая Алексея к месту происходящих событий... Вся обойма. Одна за другой, пули вырвались из ствола «ТТ». Отчетливые ПЛУХ – ПЛУХ – ПЛУХ – звуки разрывающейся плоти»
- Вот, другое дело. Самому разве не приятно, когда чист и свеж? – Алексей расплылся в улыбке и спрятал пузырек с шампунем в аптечке. – Другое дело, – повторил он.
Через несколько минут, учитывая стоявшую духоту, Алексей уже был сух и, разорвав целлофановые пакеты, достал из них свой новый гардероб. Он быстро переоделся и окинул себя взглядом.
- Женя, – протянул он, – когда я тебя увижу, я поцелую твою старую задницу! Ты ставишь меня в неловкое положение, ведь такие, как ты, не могут быть причислены к лику святых! - Алексей расхохотался: Если бы не ты, гнить бы мне на зоне до конца своих дней, друг.
Алексей огляделся по сторонам. Что делать дальше? Впереди трасса, на трассе машины, впереди граница, и там свобода, о которой он даже не мечтал. Пусть штамп ООР, пусть федеральный розыск и прочая чушь. Они просто не смогут его поймать если он не захочет этого сам. Все очень просто.
Несколько минут ушло на то, чтобы собрать пучок сухих веток. Чиркнула зажигалка, и Алексей развел небольшой костер. Языки пламени приятно облизали жаром лицо. Он поднес к огню длинную сухую ветку и, перемешав угли, вытащил ее обратно. На кончике ветки тлели жирные красные угли, и он отбросил ее в сторону. Костер, пламя которого, как обжора за обеденным столом, поглотило сухие щепки, потух.
- Свобода, я делаю это ради свободы, – прошептал Алексей. – Решайся же!
Глубоко вздохнув несколько раз, Алексей закрыл глаза и, вытянув вперед кулаки, разжал пальцы.
«Если ты сделаешь это, то победишь».
Он с силой вдавил кончики пальцев в тлеющие угли. Боль, охватившая сознание, могла свести с ума.
«Это не больно, не больно, не больно».
Но было больно, очень больно. Он медленно убрал руки и посмотрел на подушечки пальцев. Ожег. Он облегченно выдохнул. Обожженные пальцы скрывали свои отпечатки, при этом сохранив свою функциональность. Алексей понимал, что ему повезло – ожоги охватывали лишь самые кончики пальцев рук.
«Ну вот, не так уж это было и страшно».
Алексей попытался улыбнуться, но улыбка вышла скомканной. Он тщательно осмотрел подушечки пальцев рук: чистая работа. Все шло по плану, который пункт за пунктом подлежал исполнению. Невзирая на боль, Алексей достали из приготовленной на этот случай аптечки мазь, обработал ожог и перевязал пальцы рук бинтом. Несколько минут он сидел на холодной земле, тупо уставившись на дымившиеся, тлеющие остатки костра. Затем поднялся на ноги, отряхнул тыльной стороной ладони джинсы и двинулся к трассе, до которой на глаз было пару минут ходьбы. Неторопливо он миновал небольшой холмик и, пробравшись сквозь кусты к автостраде, затаился, не доходя у обочины, и осмотрелся по сторонам. Все то, что он увидел там, было замечательно, прелестно, чудесно, волшебно. Ночь. Пустая трасса, ни единой души вокру. Было здесь одно «но» - почти пустая трасса и почти никого. Удача. Эта толстая застенчивая тетка мило улыбнулась ему на этот раз. В тот момент, когда это и было нужно. И именно так, как он мечтал, погружаясь в сон в своей камере...
Неподалеку, метрах в ста от того места, на котором он остановился, стоял автомобиль – «Hyundai Acient». А возле него два человека, совсем молодых – парень и девушка. Возможно, молодожены, а может быть брат, с сестрой, что, впрочем, было не так важно. Лицо Алексея расплылось в улыбке. Теперь до свободы было рукой подать. Правда что делать с этими молокососами? Это была зацепка... Хотя это не так уж и важно. Неужели какой-то мелкий барьер может помешать осуществлению его мечты? Нет, конечно.
Алексей, притаившись на обочине, внимательно наблюдал за сценой развернувшейся на дороге, чувствуя себя зрителем созерцающем театральное действо. Паренек, которому на вид было чуть больше двадцати, что-то говоря девушке, оттаскивал от автомобиля какое-то животное, которое видимо им посчастливилось сбить. Стоявшая рядом девушка казалась еще младше. На ней была одета мини-юбка, и тряпочка, которая, видимо, имитировала блузку. Она время от времени разводила руками и что-то недовольно причитала.
Это был шанс, и грех им было не воспользоваться. Алексей внимательно осмотрел дорогу. Пусто. Пора было действовать. Он раздвинул кусты и, чуть извернувшись, чтобы колючки крыжовника не впились в одежду и тело, вышел на дорогу. Немного болела нога и руки, но это было ерундой. Свобода требовала жертв. Он сделал несколько шагов и почувствовал себя уверенней. Теперь все было позади: и сточные решетки канализации, спертый запах крыс, камера, тошнотворная пища тюремного рациона. Алексей поправил футболку, немного перекошенную набок и, одернув штаны, зашагал по дороге, чуть прихрамывая на одну ногу, которая немного затекла.
Глава 3
- Ты меня испугал!
Палыч небрежно выкинул на асфальт пропитанную в нашатырном спирте тряпку. Рядом стояла открытая дорожная аптечка, которую майор принес из УАЗика. Йод, зеленка, пузырек с нашатырем, парочка бинтов и внушительных размеров кусок ваты. Больше в коробочке с красным крестом – международным знаком медицины и врачевания – не было ничего. Палыч мысленно поблагодарил Бога за то, что аптечка вообще оказалась на месте.
Сергей приходил в себя. После того злополучного приступа он потерял сознание, и Палычу пришлось перетащить лейтенанта из тоннеля на обочину дороги. Именно здесь и пришлось приводить напарника в чувства. Лицо Сергея постепенно приобретало здоровый оттенок, пришедший на смену бледности. На щеках появился легкий румянец.
- Голова болит?
- Нет.
- Честно?
- Нет, знаешь, пошутил. Конечно же, честно!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
