Она спокойно разъяснила Ему назначение каждого предмета и почему они абсолютно необходимы. Разумеется, это все было для меня.
Для начала, вся моя одежда:
— Ты же знаешь, как часто приходится его переодевать, а прачечные в гостиницах очень дорогие.
Затем пачки одноразовых подгузников, из которых при желании можно построить небольшой город:
— А вдруг рядом с гостиницей не окажется магазина?
Еще одна баррикада — коробки с непромокаемыми пеленками, бумажными полотенцами и влажными салфетками. Потом вата. Столько, что в темноте ее можно принять за упитанную овцу.
Кроме того, чемоданчик с лекарствами. Таблетки, мази и прочие средства от аллергического насморка, ангины, бронхита, бородавок, бычьего цепня, герпеса, гнойничковой сыпи, грибка дермофитоза, гриппа, дерматита, желтой лихорадки, желтухи, жжения в горле, запора, засорения слезных протоков, золотухи, кашля, коклюша, конвульсий, конъюнктивита, косоглазия, косолапия, крапивницы, крупа, ларингита, ленточных червей, лихорадки, малярии, молочницы, молочной корки, непроходимости кишечника, отита, отравления ртутью, облысения, ожогов, опоясывающего лишая, остриц, отека Квинке, перхоти, поноса, порезов, потницы, простуды, пситтакоза, свинки, синусита, синяков, ссадин, стоматита, стригущего лишая, теплового удара, тонзиллита, угрей черных, укусов насекомых, животных и змей, ушибов, фолликулита, фурункулеза, холеры, цинги, черной оспы и чумы, а также чесотки, экземы и ячменей.
И, конечно, обе коляски: прогулочная и большая.
— Дорогая, — сказал Он с нескрываемым сарказмом, — почему бы нам на всякий случай не захватить кухонную раковину?
— Слава Богу, напомнил! — Она, как всегда, не уловила иронии. — Я забыла положить ванночку.
Они погрузились к половине второго. Для их собственных вещей места не осталось.
Дни 18-24
Этот отпуск был ни с чем не сравнимым кошмаром.
Для них, конечно. Я, наоборот, хорошо повеселился и отдохнул.
Интересно было узнать, как долго можно проорать в гостиничном номере, пока соседи не начнут стучать в стены, пол, потолок и двери. И сколько приборов можно расколотить в ресторане, пока вас не попросят выйти.
Бедные родители! Ни покоя, ни сна, и, конечно же, ни одной минуты наедине друг с другом!
Кроме того, почти все время лил дождь. А я могу похвастаться новыми впечатлениями: в редкие просветы между ливнями меня выводили на пляж. Правда, там было пасмурно и дул ужасный ветер, но меня это мало волновало. Я выяснил, что пляж — это просто мокрый песок, на вид абсолютно такой же, как размоченный картон, которым меня кормят. Нечего и говорить, что я наелся вдоволь песку. Вкус тоже до боли знаком.
И, поскольку теперь я умею ползать, когда родители отворачивались, я прогуливался туда-сюда по берегу и развлекался с гнилыми водорослями, клочьями пакетов и собачьим дерьмом (в буквальном смысле). Если б мы поехали на месяц раньше, мне бы не удалось насладиться вкусом этих прекрасных вещей.
И вообще мне везло. Отпуск ознаменовался неожиданной радостью. Поскольку бедной мамочке все время приходилось успокаивать меня под грозный стук соседей, Она, отчаявшись, дала мне грудь, и теперь молоко прибывает и прибывает.
С тех пор не слыхать разговоров про бутылочку и возвращение на полставки.
Одиннадцатый месяц
День 7
Их непоследовательность поистине удивительна. Сперва они поощряют мои достижения, а потом вдруг начинают ставить палки в колеса.
Приведу пример. Когда я только начал ползать, они страшно радовались и хвалили меня. Но теперь стоит приблизиться к лестнице в холле, как они бросаются наперерез, хватают меня и оттаскивают подальше.
Это очень недальновидно. Они буквально одержимы идеей сделать из меня всесторонне развитую личность, но, сами посудите, если всякий раз стаскивать ребенка с лестницы, разве можно вырастить человека Возрождения?
День 11
Сегодня наконец долбежка головой об манеж принесла желаемые результаты.
Долгие недели я корпел над счетами, и с каждым днем они расшатывались сильнее и сильнее.
Я решился провести последнюю проверку на прочность. Улучил момент, когда Она отправилась развешивать белье. А поскольку я пачкаю одежду с прежней энергией и стирать приходится три раза в день, развешивание белья продолжается обычно лет сто, не меньше.
Минут двадцать я упорно бодал манеж, потом подтянулся, встал, взялся за две проволоки с бусинами и, не разжимая рук, плюхнулся на задницу.
Результат превзошел ожидания. Под тяжестью тела проволоки выскочили из просверленных дырок. Бусины раскатились по манежу.
Воодушевленный, я опять встал и проделал то же самое с остальными проволоками.
Потом я взялся за планки, между которыми крепились счеты. Они тоже порядочно шатались. Хотел было подналечь, но предусмотрительность возобладала.
Я собрал бусины и получше запрятал. Одни засовывал прямо внутрь игрушек, другие подпихнул под коврик, а остальные, изловчившись, закатил под диван в другом конце комнаты.
Едва я расправился с последней бусиной и собирался навалиться на планки, как раскрылась дверь и вошла Она.
Увидела зияющую на месте счетов дыру и немедленно впала в панику. Повод неоригинальный: а вдруг я их проглотил?
Этого я не ждал. Но получилось очень удачно: очередное безумие, по крайней мере, отвлекло Ее от расшатанных перекладин.
С другой стороны, не хотелось бы повторения истерики со стеклянными бусами.
Я пытался совать Ей игрушки, показывал на коврик и под диван, надеясь, что Она догадается, где искать потенциальных душителей Ее ребенка. Но Она ничего не поняла.
И опять потащила меня в больницу (см. Девятый месяц, дни 22-23).
Это проклятое путешествие сорвало план великого побега.
День 12
Домой вернулись только к обеду. Но и тут я не смог взяться за дело. Она весь день таскала меня на руках — «а вдруг с ним что-нибудь случится?»
День 13
Незадача. Она ни на минуту не сводит с меня тревожных глаз. Наверное, Ей кажется, что сейчас начнется душераздирающая сцена из «Гибели крошки Нелл», и просто чудо, что я еще жив. Конечно, мне льстит подобное отношение, но, честно говоря, лучше бы Она сунула меня в манеж. У меня прямо руки чешутся, не терпится начать долгожданный великий побег.
День 17
Слава Богу, я опять в заточении, и ничто не может помешать моему плану.
Великий день побега.
Все прошло как в прекрасном сне. Как говорится, о'кэй, хай-фай, и все в порядке, бэби.
Начал я в десять, когда тюремщица удалилась развешивать белье.
Схватил обеими руками расшатанные планки, подтянулся, повис на них всей тяжестью тела и плюхнулся на попу.
Неудача. Они выстояли. Не сломленный, я бросился в бой. Проклятые деревяшки гнулись и трещали.
С третьей попытки — полный успех! Перекладина отломилась и грохнулась в манеж.
Правда, вертикальные планки снизу еще держались, но я без труда оторвал их совсем.
Попробовал протиснуться в дыру, но для упитанного ребенка в пухлом непромокаемом подгузнике и толстых ползунках проход был еще слишком мал.
Я взялся за другую перекладину. Она оказалась упорнее первой, но после шестой попытки не устояла. Ее я тоже быстренько оторвал.
И с трудом, но все же протиснулся на свободу.
Свобода! Воистину сладкое слово!
Недолго думая, я двинулся по единственно верному пути — ползком в холл и на лестницу. Я еще не лазал по лестнице, но меня это не смутило. Тяжело в учении, легко в бою. Я положил руки на вторую ступеньку, ноги подтянул на первую. Потом руки на третью, ноги — на вторую, и так далее.
Проще простого. Не знаю, чего они так бесились.
Правда, черт меня дернул взглянуть назад. Я отпустил одну руку и обернулся. Меня шатнуло. —увствуя легкую слабость в коленках, я прижался грудью к ступеньке, чтобы не упасть.
(Надо запомнить: ползунки — неподходящая одежда для лестничного альпинизма.
Равно как и носки — они скользят. Лучше всего надевать кроссовки.)
Моей целью была вершина. Не знаю почему. Наверное, потому, что именно там кончается лестница.
Три ступеньки отделяли меня от цели, и вдруг снизу раздался дикий вопль, приковавший меня к месту. Я узнал Ее голос, обернулся, и меня опасно качнуло.
Она стояла внизу. Смертельная бледность покрывала Ее лицо. От ужаса Она не могла шевельнуться.
— Не двигайся! Ради Бога, не двигайся! — кричала Она.
Верный себе, я не обратил внимания на Ее вопли. Я решил продемонстрировать Ей свои акробатические способности и пополз вниз. Спускаться по лестнице я тоже еще не пробовал, но разве меня останавливало когда-нибудь отсутствие опыта?
Ползти вниз оказалось гораздо труднее.
Сперва спускаешь одну ногу.
Потом другую.
И тут первый раз в жизни я почувствовал на себе силу земного притяжения.
