… «Синие», нарушив государственную границу, пытались вторгнуться в воздушное и территориальное пространство России. Но «красные», организовав многоэшелонированную оборону, в скоротечном бою сначала остановили противника, а затем, используя всю мощь имеющихся огневых средств, перешли в наступление.
Отрабатывались такие темы, как действия авангарда полка при отражении нападения диверсионно-разведывательной группы противника во время выдвижения из исходного района в район боевого предназначения; организация охраны и обороны колонны при совершении марша; требования к инженерному оборудованию района дислокации войск, порядок подготовки подразделений к ночному бою. А уже непосредственно после того, как стемнело, театром военных действий стал курган Зеленый, где развернулся настоящий бой — с применением всех средств огневого поражения, артиллерии, фронтовой и армейской авиации. Той же ночью на войсковом полигоне прошла перегруппировка сил на исходных позициях для перехода в наступление. И уже совместно с подошедшими резервами подразделения перешли к атакующим действиям.
Принимавший участие в сборе министр обороны РФ генерал армии Игорь Сергеев высоко оценил грамотные и слаженные действия мотострелкового полка, отметил, что в целом часть подготовлена к решению боевых задач, управление полком осуществлялось непрерывно, личный состав действовал умело и старательно.
Остается сказать, что деньги для проведения сбора выделили тогда власти Кабардино-Балкарии, Северной Осетии — Алании. Чувствовалось, что для этих людей столь важное для округа мероприятие было не сторонним делом.
Уже летом 1997 года для проведения полкового тактического учения были задействованы войсковое стрельбище, танковая директриса и огневой городок восстанавливаемого горного Дарьяльского полигона. Горная подготовка — труднейшая и весьма специфическая сфера боевой подготовки. Как показали боевые действия в Чечне, горы дилетантов не любят. Между тем многие офицеры старой закалки, получившие ранее соответствующее образование, прошедшие горную школу Афганистана, уволились в запас. Более того, после окончания первой чеченской войны в результате сокращений и преобразований ряд частей округа лишился статуса горных, остались только две штатные должности инструкторов по горной подготовке — непосредственно в штабе округа и в 58-й армии. Однако это не означало, что некому было обучать людей. Во-первых, сохранилась часть офицеров и прапорщиков, которые прошли неплохую школу во время боевых действий и в Афганистане, и в Чечне. Во-вторых, среди военнослужащих оказалось много подвижников «горного дела». Кроме того, регулярно проводились сборы нештатных инструкторов по горной подготовке из числа командиров подразделений. Как правило, в них принимали участие высококвалифицированные альпинисты, мастера по этому виду спорта. Причем не только армейцы, но и из других «ведомств» — Министерства по чрезвычайным ситуациям, Российского оборонно-спортивного технического общества.
«Для горной подготовки нужна особая материальная база, — говорил Виктор Германович Казанцев. — Горы просто так, с одного маха не изучишь. Для подготовки настоящего профессионала для ведения боевых действий в горах необходимо не менее двух лет. В этом я убедился на практике, потому что сам когда-то командовал горно-стрелковой ротой. На успех при ведении боевых действий можно рассчитывать только в том случае, если в каждом полку хотя бы один мотострелковый батальон целенаправленно готовить действовать в горах. А в перспективе хорошо было бы обучить этому полки и бригады в целом. К сожалению, ныне в России нет ни одного военного училища с усиленной горной подготовкой. Парадокс, но еще накануне первой чеченской кампании было расформировано Владикавказское высшее общевойсковое командное училище, где специально обучали боевым действиям в горах. И еще. После распада Советского Союза и растаскивания Вооруженных Сил СССР по национальным квартирам все учебные объекты горной подготовки остались на территории бывших союзных республик — в Армении, Узбекистане, на Украине.
Между тем основной рельеф местности в регионе, где дислоцируются войска СКВО, — горный и горно-лесистый. Поэтому я требовал, чтобы в горах учились воевать даже те части, что располагались на равнине».
Тогда-то и привлек к себе внимание генерала Казанцева Дарьяльский полигон. Прежде этот учебный центр как раз и принадлежал Владикавказскому военному училищу. После расформирования училища, а также вследствие осетино-ингушских событий осени 1992 года полигон был в значительной степени разрушен. «Под шумок» межнациональных распрей «деловые люди» растащили учебно-материальную базу и вывели из строя коммуникации. Несмотря на финансовые трудности, командующий войсками СКВО принял решение: во что бы то ни стало восстановить «Дарьял». Нашел поддержку у начальника Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации генерала армии Анатолия Квашнина. Обратился за помощью к президенту Северной Осетии — Алании Асхарбеку Галазову, правительству республики, руководителям местных предприятий и организаций, предпринимателям. Те пошли навстречу.
И поныне единственный в Вооруженных Силах России восстановленный горный полигон официально был открыт 29 января 1998 года. «Дарьял» — это территория в 100 гектаров. Высота над уровнем моря — 1050 метров. Участок земли — 60 гектаров с сооружениями и объектами: директриса БМП; танковая директриса; танкодром, войсковое стрельбище, электрифицированная танковая директриса с глубиной мишенного поля в полтора километра; участки стрельбы для стрелкового оружия; углубленный пункт управления; танкодром горный; электрифицированная директриса БМП и войсковое стрельбище. С лета 1997 года и по сей день полигон не знает тишины. Здесь куют свое воинское мастерство мотострелки и танкисты, артиллеристы и саперы, а также воины многих других ратных специальностей.
«До первой чеченской кампании, — вспоминает полковник Василий Чирман, долгое время служивший в оперативном управлении СКВО, — где-то около восьми лет в округе не проводилось ни одного тактического учения с боевой стрельбой на уровне мотострелкового и танкового батальонов, артиллерийского дивизиона и выше. Командирами полков и даже генералами становились офицеры, которые о том, как организовать ротные и батальонные тактические учения, знали только по учебникам, практически же не умели этого делать.
В 1997-м, с назначением Виктора Германовича Казанцева на должность командующего войсками СКВО, в боевой подготовке мы вернулись к тому, что казалось забытым и давно утерянным. А ведь чтобы в сложившихся тогда условиях денежного дефицита организовывать и проводить учения нужны были не только желание, но воля и мужество».
«Шло время. Округ постепенно освобождался от ненужного количества войск, — рассказывает Виктор Германович Казанцев. — Но части и подразделения постоянной готовности, которые непосредственно должны были выполнять учебно-боевые задачи, доукомплектовались уже на 95–100 процентов, правда, офицерским составом — чуть поменьше. Теперь было необходимо, чтобы они стали мобильными, боеспособными. Результат же мог появиться только в том случае, если бы люди занимались конкретным делом».
Очередной плановый сбор руководящего состава объединений, соединений и частей СКВО прошел летом 1998 года на территории Майкопского гарнизона. В организации показных занятий на нем был широко использован опыт ведения боевых действий в Республике Афганистан и на территории «Чеченской Республики Ичкерия». Так кардинально менялись занятия на тактическом поле. Такие предусмотренные боевым уставом и наставлениями способы борьбы, как «атака в боевой линии», «атака в цепи», вероятно, были хороши на просторах «большой», широкомасштабной войны. При ведении же ограниченных боевых действий, особенно в горно-лесистой местности, эта тактика, как показали Афганистан и первая чеченская кампания, в целом ряде случаев оказывалась малоэффективной и приводила к неоправданным потерям. В округе были разработаны комплексы упражнений для ведения огня и маневрирования на местности небольшими боевыми группами по два—три человека, на которые разбивалось отделение. Одна из групп короткими перебежками, используя естественные укрытия, устремлялась вперед по полю учебного боя, в это время другая прикрывала ее огнем. Заняв выгодный рубеж или позицию, первая группа солдат, в свою очередь, прикрывала огнем маневр второй. Так, волнами, наступающие накатывались на передний край обороны противника, который был лишен возможности вести по мотострелкам прицельную стрельбу. Отрабатывались также действия пар и групп снайперов с учетом особенностей местности и ее инженерного оборудования, действия в составе штурмовых групп и отрядов. Командиры добивались того, чтобы атака была стремительной: солдат не должен засиживаться на одном месте. Ведь опыт боевых действий в горячих точках показал: стоило бойцу чуть замедлить маневр на поле боя, как его тотчас поражал противник. Бои первой Чечни научили и тому, что секторов для стрельбы в окопе должно быть несколько — тогда окоп для солдата превращался в настоящую крепость.
