Информация о происшествии на горном участке железной дороги из местного отделения милиции оперативно поступила в буйнакскую мотострелковую бригаду. Прибыв на место происшествия вместе с разведывательной ротой, комбриг полковник Анатолий Каванин возглавил работы по ликвидации последствий взрыва. Вместе с железнодорожниками мотострелки стали тушить горевшие в вагоне снаряды. Из Махачкалы на помощь им подошел пожарный поезд. Делалось все возможное, чтобы скорее локализовать очаг пожара. Но около трех часов ночи земля вновь вздрогнула от грохота взрывов: в двадцати метрах от эшелона рвануло еще два фугаса. Вздыбилось железнодорожное полотно. Кусок рельса взрывом отбросило в сторону на 150 метров. Пострадали рабочие пожарного поезда, боровшиеся с огнем. Погиб железнодорожник Камиль Сапигулаев. Еще один пожарный в тяжелом состоянии, весь иссеченный осколками, был эвакуирован в близлежащую больницу. Под покровом ночи среди пиков горных вершин бандиты методично предпринимали попытки деморализовать людей, спасших воинский эшелон, бросить состав под откос, в многометровую пропасть. По оценке специалистов управления инженерных войск СКВО, подрывы осуществлялись при помощи радиоуправляемых взрывателей. Организацию восстановительных работ офицеры службы военных сообщений округа провели в тесном взаимодействии с Махачкалинским отделением Северо-Кавказской железной дороги. Саперы проверили весь восемнадцатикилометровый участок железной дороги, идущий среди ущелья. Как выяснилось, совсем не случайно. Уже во второй половине 10 октября неподалеку от поврежденного ночным взрывом железнодорожного полотна они обнаружили и обезвредили шестой за сутки самодельный фугас. Он оказался начиненным примерно 20 килограммами взрывчатого вещества с повышенной взрывной силой. Рабочие-железнодорожники, прибывшие на восстановительном поезде, и личный состав мотострелковой бригады сумели восстановить движение на участке железной дороги, поврежденном взрывами фугасов, только к 21 часу 10 октября.
Командованием СКВО были приняты дополнительные меры по предотвращению попытки развязать рельсовую войну бандитскими группировками против воинского транспорта на территории Республики Дагестан.
А 16 мая 1999 года в шесть часов утра три мощных взрыва прогремели уже в Северной Осетии — Алании, на окраине Владикавказа — в поселке «Спутник». Они раздались почти одновременно в трех жилых домах. Акция устрашения была чудовищной. В тот предрассветный час люди находились в своих квартирах. По оценкам специалистов инженерной службы 58-й армии, взрывные устройства большой мощности были заложены в подвальных помещениях панельных пятиэтажек, где в основном проживали семьи военнослужащих, уволенных в запас или отставку. Грохот сыпавшейся штукатурки заглушил крики о помощи. Особенно жуткую картину представляли собой квартиры на первых этажах подорванных зданий. Перед глазами спасателей были завалы из разбитых панелей и домашних вещей. В квартирах этажом выше взрывной волной разметало оконные рамы, сбросило светильники. Из-под обломков первых этажей взорванных подъездов спасатели МЧС и военнослужащие Владикавказского гарнизона извлекли тела четырех погибших, из них — трех женщин. Шестнадцать жильцов получили ранения различной тяжести. Все они были оперативно доставлены в больницу.
Реакция окружного руководства последовала незамедлительно. В первые же минуты на экстренном служебном совещании в штабе СКВО командующий войсками округа генерал-полковник Казанцев определил первоочередные задачи по ликвидации последствий теракта. Во Владикавказ под его руководством вылетела группа генералов и офицеров, в состав которой вошли все необходимые специалисты. В штабе мотострелкового соединения был образован пункт по ликвидации последствий случившегося. В поселке «Спутник» начал работу информационно-справочный центр с междугородной связью.
…До развязывания агрессии банд международных террористов на части территории России против Республики Дагестан оставались уже считанные дни. Виктор Германович Казанцев словно предвидел надвигающиеся события.
«Хочешь мира — готовься к войне, — подчеркивал он в одном из газетных интервью. — В случае широкомасштабных боевых операций со стороны бандформирований наши силовые структуры всеми имеющимися в распоряжении средствами будут решать задачи по обеспечению безопасности южных границ страны, а также, если возникнет необходимость, по ликвидации террористической деятельности бандитов».
1.8. Дагестанский излом
Однажды от Виктора Германовича Казанцева довелось услышать такую фразу: «Дагестан — это южный форпост России». Тогда он уже был назначен Полномочным представителем Президента Российской Федерации в Южном федеральном округе и хорошо знал, о чем говорил. До этого, в августе 1999 года, когда в Дагестан из Чечни ворвались банды международных террористов, именно ему было поручено руководство Объединенной группировкой федеральных сил и народным ополчением республики.
События тех дней, в самом высоком смысле этих слов, стали достоянием истории. Коварство и мужество, жестокость и гуманизм, мракобесие и свет сошлись в смертельной схватке в горах Дагестана. Именно в эти дни и недели решалась судьба мира на всем Кавказе, а значит, и во всей России.
Поправ священные законы горского гостеприимства, осквернив жилища и обагрив кровью мирных жителей землю Дагестана, бандиты и не подозревали, какую исполинскую силу они разбудили. В считанные дни возник единый народный фронт, на знамени которого было написано: «Дагестан — это Россия!» И у этой бесстрашной силы были достойные полководцы, командиры, герои. Здесь вновь через десятилетия стали проникновенными слова «Братья и сестры…», они звучали не лозунгом, а паролем, возродился принцип единства армии и народа.
Вторжение
К началу 1999 года командование Северо-Кавказского военного округа и руководство Республики Дагестан имели достоверную информацию о том, что в чеченских селах, расположенных у границ Цумадинского и Ботлихского районов республики, увеличивается численность бандформирований, подчиняющихся Шамилю Басаеву. В это же время сюда стали прибывать группы иностранных наемников. Местных жителей призывали вступать в ряды «воинов ислама», прозрачно намекая на то, что пора возродить славу легендарного имама Шамиля на его родине, в Дагестане.
Обстановка продолжала обостряться, и уже в июле МВД Дагестана доложило о том, что в чеченском ауле Кенхи, в непосредственной близости от административной границы с Дагестаном, расположился отряд чеченских боевиков численностью до пятисот человек. По данным военной разведки, это бандформирование имело на вооружении минометы, безоткатные орудия и переносные зенитно-ракетные комплексы.
Между тем ряд обстоятельств заставил Министерство обороны России и пограничников отвести свои части из Цумадинского и Ботлихского районов, что можно было рассматривать как результат политических решений по Чечне, несогласованности действий силовых ведомств или как роковое стечение обстоятельств, но фактически административная чечено-дагестанская граница на этом участке в военном отношении имела нулевой потенциал. Сводный отряд МВД Дагестана в количестве ста человек, направленный в начале августа в Цумадинский район, не мог, разумеется, послужить равноценной заменой войсковым подразделениям. Явная слабость военной составляющей не давала покоя террористам и наемникам. К тому же многие чеченские экстремисты считали, что дагестанцы поддержат на своей земле идею «джихада» против российских войск и «безбожного правительства». Бесспорно, нападение на Дагестан было хорошо спланировано во всех отношениях. И, как предписывает военная наука, а «иностранных советников» в ту пору Чечне хватало, агрессия началась с разведки боем.
На милиционеров и омоновцев, охранявших контрольно-пропускной пункт у цумадинского селения Гагатль, утром 2 августа напала сотня вооруженных до зубов бандитов. Дагестанцы стояли насмерть и выстояли в неравном бою до подхода подкрепления и вертолетов огневой поддержки. Бандформирование выдвигалось из чеченских сел Кенхи и Хилиди. Сомнений не оставалось: это было вооруженное вторжение чеченских экстремистов в Дагестан. В трехчасовом бою дагестанские милиционеры понесли первые потери. Был убит капитан Закир Султанов, ранены бойцы ОМОНа Гаджи Амиралиев и Батыр Багандов.
С возможной для горной местности оперативностью в Гагатль были переброшены спецподразделения милиции и внутренних войск. Вертолеты огневой поддержки нанесли несколько ударов по позициям экстремистов и атаковали автоколонну боевиков на пограничном перевале Харами. К ночи экстремисты сменили тактику и начали просачиваться в Цумадинский район мелкими группами, вступая в перестрелки с рейдовыми группами и блокпостами милиции.
