я с ним не общаюсь. Горо долго задерживается на работе, Рондо видел его, как он выходил из гостиницы.
– Он ночует не дома?
– Получается, так, – Пак посмотрел на время.
– Может, покушаем? – предложила я.
– Давай, – Пак улыбнулся.
Мы зашли в кафе и заказали суп из лапши с мясом. На обед ушло всего 20 минут. Пак снова заплатил за двоих. Мне было неудобно сидеть и смотреть на это. Я привыкла платить за себя сама.
– Какая порода у собаки? – спросила я, когда мы уже вышли из кафе.
– Наверное, что-то маленькое.
– У меня никогда не было домашних животных, – я улыбнулась.
– А у меня 3 кошки, – Пак почесал затылок.
– Почему тебе нравятся девушки с длинными волосами? – спросила я.
– Мне кажется, что это украшает девушку, и она выглядит привлекательно, – Пак засмущался.
– А я привлекательная? – я поправила своё короткое каре.
– Угу. Да, – Пак не ожидал и запнулся.
– Но у меня, же не длинные волосы, – я слегка сморщила нос.
– Ты очень красивая и без них.
– У меня нос длинный, хочу операцию сделать.
– По мне так, нормальный нос. Многие девушки мечтают о таком носе.
– Не утешай меня.
Я подошла к автомату с напитками и купила одну бутылку с водой без газа.
Уже приближался вечер, собаки не было, но мы не сдавались. Сегодня дождя не намечалось, воздух был прогрет лучами жаркого, дневного солнца. Он остынет к утру, но, не успев охладеть, солнце снова накалит его. В парке пахло разными цветами, и стояли высокие деревья. Я не разбираюсь в саженцах, поэтому не могу сказать, что за конкретные деревца росли в том месте.
И наконец, на часах было 20:00. Мой живот снова начал просить пищи. Я старалась не обращать на это внимания.
В парке стало очень тихо, людей практически не было. Лёгкий ветер слегка касался моих волос. Летний вечер похож на успокоившееся море после волнения. Мы шли по красивой тропинке, горели фонари, с розовым цветом. В них видны маленькие огоньки, будто кто-то включил свет в квартире. Около меня со стороны в сторону перелетают ночные бабочки. Это место создавало романтическую атмосферу. Я, молча, шла с Паком, он изредка смотрел на меня, но быстро отводил свой взгляд.
– Смотри! Это же собака вон там! – Пак показал пальцем на какую-то точку вдалеке.
– Да, это она.
Мы начали звать её. Издалека пёс казался маленький, но когда стал приближаться, то я поняла, что это доберман.
– Ты же говорил, что собака маленькая, – на бегу говорила я.
– Откуда я знал, что это доберман.
– Он же нас разорвёт.
– Да нет, хозяин сказал, что он к чужим хорошо относится.
– Видимо от большой любви к нам у него слюна из пасти потекла.
– Он же в наморднике.
– Ты уверен?
– Нет.
– Тогда бежим быстрее, не хватало, чтобы мы стали пищей для какого-то пса.
Нашем спасением стало дерево. Я и Пак ловко забрались на него.
– Звони Горо, пусть хозяин, этого терминатора, забирает его, – сказала я.
– Мой телефон выпал, когда я бежал.
– Отлично! Теперь мы тут застряли.
– Ты можешь позвонить Горо?
– У меня нет его номера.
– А Кин, Рондо?
– Нет. Только твой.
– Тогда позвони в наш отдел, дежурный должен быть на месте.
– Давай номер.
Пак продиктовал, но трубку никто не взял.
– Почему он не уходит? – спросил Пак.
– Я откуда знаю, – нервно ответила я.
– Может, ты спустишься и схватишь его за ошейник?
– Я с детства боюсь собак.
– Я тоже, – кивнул Пак. – Меня одна собака в воду толкнула, а я плавать не умел. После этого и стал бояться их.
– У меня другая история. На меня напала овчарка, возле магазина. Сорвалась с поводка и укусила меня за плечо.
– Оу, – Пак скривил лицо.
– Ага. До сих пор шрам.
– Больно было?
– Не очень.
– Ты когда-нибудь хотела стать лучше себя настоящей?
– Нет. Зачем насиловать себя, а главное ради чего?! Мне за это миллион долларов не дадут, – я усмехнулась.
– А я всю жизнь пересиливаю себя. Любая перемена вызывает отторжение. Хочется или жить в одном дне, или не жить вообще. Каждый день я пересиливаю себя. И я устал.
– Ну, так отдохни, вся жизнь сплошное напряжение.
– Знаю. Но я не могу. Я привык, втянулся, подсел. Понимаешь?
– Подсел? – улыбнулась я.
– Да, подсел и сдался.
– Запомни мой дорогой, сдаются только квартиры и проститутки, подсесть можно только на героин, а не на пересиливание себя, – я достала пачку "lucky strike red" и закурила.
– Ты куришь? – удивился Пак.
– Да. И что?
– Ничего. Я всегда думал, что курят только дерзкие мужчины и женщины лёгкого поведения, – Пак дёрнул носом.
– Не знаю. Я не мужчина и не женщина лёгкого поведения.
– Психологи говорят, что женщины, которые курят. Они неуверенны в себе и скрывают настоящую себя.
– А знаешь, эти твои психологи, воры, наживаются на чужом горе. И льют в уши всякую чушь, – я сбросила пепел с сигареты на траву.
– Я часто хожу к психологу, чтобы разобраться в себе и своих мыслях. Он советует мне, как правильно поступать в той или иной ситуации.
– Сколько за час отдаёшь?
– 100 долларов.
– Сколько раз ходишь в месяц?
– Я по скайпу. Каждый день, – Пак отвёл взгляд в другую сторону. – По 3 часа в день. Обычно после работы.
– То есть, ты отдаёшь 9000 долларов в месяц, какому-то человеку, который руководит твоими мыслями и действиями?
– Но он старается мне помочь.
– Он старается накопить на отличную хату в Токио, за твой счёт.
– Если бы ты оказалась в такой ситуации, как я, то тоже бы наняла психолога.
– И какая же у тебя ситуация? Может быть, тебя родители выгнали из дома в 16 лет?! И ты скитаешься, как ненужный элемент по городу, в поисках найти себе нормальное место для сна, чтобы тебя не избили хулиганы из соседнего района?
Или может быть ты работаешь на пяти работах, чтобы накопить на этот долбаный институт?! Чтобы получить это грёбанноё образование и не работать по специальности?! И после всего этого я не хочу менять себя, ради этого убогово общества, с людьми, которые всё равно не примут тебя таким, какой ты есть. Потому что все плевать на тебя хотели, – я закурила третью сигарету.
– Нет. Я жил всё время с родителями. Не работал нигде, когда был подростком. Отец устроил меня на эту работу, по старым связям. И должность мне дали тоже из-за отца, – Пак закрыл глаза руками.
Спустя час приехал Горо вместе с Рондо и хозяином добермана. Я и Пак спустились с дерева. Рондо разговаривал с господином Миура (хозяин пса).
Я спрятала руки в карманы и пошла к себе домой. Пак что-то крикнул мне вслед, но я не стала оборачиваться. По пути домой я зашла в ночной бар и выпила несколько стаканов сакэ.
Когда я уже заплатила и собиралась уходить, то ко мне подошёл Кин. Оказывается, он тоже отдыхал в этом баре.
– Привет, Цубаса, – сказал он.
– Привет. Ты тоже тут зависаешь?
– Через два квартала мой дом, я тут почти каждый день после работы. А ты что тут забыла?
– Ничего.
– Тоже пьёшь в одиночестве?
– Можно
