Так что же мы имеем в «твердом остатке»? Что переговоры о так называемой «реструктуризации долга» Украины – всего лишь ширма для какого-то «междусобойчика», «рабочего совещания» Ротшильдов. «Реструктуризацией» там не пахнет. А чем же там пахнет? – Дефолтом. Или, проще говоря, банкротством Украины. Это будет третий, самый интересный акт спектакля.
Как показывает мировая финансовая история, дефолты всегда готовятся заранее. Как правило, очень узким кругом лиц. Вот и люди Ротшильдов собрались для того, чтобы при закрытых дверях определить животрепещущие вопросы предстоящего банкротства. Прежде всего, такого вопроса, как определение массива имущества должника, которое будет использовано для погашения обязательств. Не менее важным является порядок и очередность распределения имущества между кредиторами. Не последнее место занимает вопрос о том, как не подпустить к «разделу пирога» «чужих» держателей долга. Применительно к ситуации с банкротством Украины для Ротшильдов «чужим» держателем, безусловно, является Россия. Можно не сомневаться, что в декабре Российская Федерация (если серьезно заранее не озаботится) своих 3 миллиардов долларов долга от Киева не получит. У госпожи Яресько в списке будут более «приоритетные» и «уважаемые» кредиторы, «москали» могут и подождать.
Как известно, правительство в качестве средства борьбы с финансовыми трудностями разработало программу приватизации остатков государственной собственности. Согласно последним данным, в программе фигурирует 3300 предприятий. Пока приватизация на Украине идет вяло. План приватизации 2014 года (как и предыдущего года) с треском провален. Возникает ощущение, что власти чего-то ждут. Можно догадаться чего: объявления о полном суверенном дефолте Украины. Вот после этого распродажа государственного имущества пойдет ударными темпами. Тогда будет полная гарантия того, что наиболее значимые активы попадут в «нужные» руки. То есть в руки Ротшильдов. Сегодня на Украине и так все предельно дешево, но после объявления дефолта (как показывает мировой опыт) все становится еще дешевле. Расчетливые Ротшильды умеют ждать, они умеют экономить каждую копейку. Судя по ряду признаков, госпожа Яресько очень активно вникает во все детали программы приватизации. С учетом выше сказанного становится понятным ее интерес к вопросам, формально выходящим за рамки полномочий Минфина. Некоторые эксперты не исключают, что госпожа Яресько со временем может даже занять кресло премьер-министра. Для Ротшильдов это было бы гарантией того, что не произойдет никаких сюрпризов в процессе приватизации госсобственности (Яценюку, как человеку Рокфеллеров, они не доверяют). Можно еще добавить, что с молотка пойдут не только предприятия, включенные в программу приватизации, но также природные ресурсы (уголь, железная руда, сера, марганец, ртуть, никель, уран и др.). А также земля. По некоторым оценкам, на Украину приходится 70 % мировых запасов черноземов.
Впрочем, перечисленных активов государства для удовлетворения аппетита алчных кредиторов может не хватить. Но есть еще один ресурс, о котором сегодня вспоминают крайне редко. Речь идет о зарубежных активах украинских олигархов и чиновников. Сегодня в украинских СМИ фигурирует лишь тема зарубежного имущества Виктора Януковича, поиском которого заняты правоохранительные органы официального Киева. Им в этом деле помогают западные консультанты. Международный валютный фонд уже не раз напоминал Киеву о необходимости активизации борьбы с коррупцией, а также о поиске и возвращении в страну незаконно выведенных олигархами и коррупционерами активов. Запад считает это направление работы украинских ведомств и государственных организаций приоритетным. В Киев из США и Европы направляются специалисты и консультанты по вопросам поиска зарубежных активов. Все это не случайно. Рано или поздно должна начаться «зачистка» активов украинских клептоманов во имя «благородной» задачи покрытия долговых обязательств Украины перед Ротшильдами и другими «приоритетными» кредиторами.
Программа финансирования Украины – совместный блеф МВФ и Киева
МВФ в очередной раз спас режим Киева, предоставив ему 5 млрд. долл. в рамках нового кредитного соглашения, рассчитанного на четыре года. Если предыдущее кредитное соглашение 2014 года подкреплялось программой реформирования украинской экономики, то новое соглашение опирается на программу внешнего финансирования Украины. Про реформирование украинской экономики на этот раз произносятся лишь дежурные фразы. Программа реформирования украинской экономики, которая была неотъемлемой частью предыдущего кредитного соглашения, с треском провалилась. Это признает Фонд, который фактически поставил жирный крест на кредитном соглашении 2014 года. А что представляет собой программа внешнего финансирования Украины, о которой говорят как неотъемлемой части кредитного соглашения 2015 года? Основные ее параметры представлены в табл. 1.
Табл. 1. Программа МВФ по финансированию Украины в 2015–2018 гг.
Обращают на себя внимание следующие принципиальные моменты программы.
1. Основная нагрузка в решении задачи преодоления финансового дефицита Украины ложится на МВФ и держателей долговых бумаг Украины, которые должны провести реструктуризацию долга. Все остальные источники – мелочевка, не более чем символическое «проявление солидарности».
2. Основная нагрузка в программе ложится на первый год программы (21,4 млрд. долл., или 53,5 % всего финансирования за 4 года).
3. Большая часть средств финансирования предназначается для пополнения международных резервов Украины, на пополнение бюджета государства предусматривается всего около 30 %.
Начну с третьего пункта. Большинство комментариев в СМИ по поводу программы МВФ обходит этот момент. У читателей, зрителей и слушателей возникает ложное ощущение, что деньги программы предназначены для государственного бюджета Украины, через который правительство, мол, будет оказывать «стимулирующее влияние» на экономику страны. Программа этого не предусматривает. Почему Фонд делает такой акцент на международных резервах? Думаю, что главная задача программы – создать «валютный задел» для того, чтобы Украина могла расплачиваться со своими внешними кредиторами. Согласно планам мировых «хозяев денег», окончательное «закрытие» долговых проблем Украины начнется после 2018 года. Заявления насчет «оживления экономики» – лишь словесное прикрытие истинных целей программы МВФ. Кстати, это признает и нынешний министр финансов Украины Наталья Яресько, которая уже несколько раз сделала заявление, что сорокамиллиардной программы финансовой помощи для восстановления украинской экономики недостаточно. Нужно в несколько раз больше.
Теперь о втором пункте. «Ударным» годом четырехлетней программы является нынешний, 2015 год. Если программу не удастся запустить к середине этого года, то ее можно списать в утиль.
И тут мы плавно переходим к первому пункту. Ключевую роль в реализации программы призваны сыграть держатели долговых бумаг Украины, на которых Фонд и правительство Украины возлагают свои основные надежды. Они должны провести реструктуризацию долгов, порождаемых облигациями казначейства Украины (евробондов). Согласно намерениям Фонда, до начала лета 2015 года должна быть достигнута такая реструктуризация, которая в расчете на четыре года даст Украине экономию в размере 15,3 млрд. долл. О том, кто является главными держателями украинских облигаций, дает представление табл. 2.
Табл. 2. Основные держатели долговых бумаг (евробондов) казначейства Украины
Сопоставление ожидаемой Фондом экономии от реструктуризации долга (15,3 млрд. долл.) с общей суммой долга, которой владеют держатели казначейских бумаг Украины (21 млрд. долл.), показывает: эти держатели должны почти полностью отказаться от своих требований по погашениям купонов бумаг на период после 2018 года. Сразу хочу заявить, что задача практически невыполнимая. Почему? Причин несколько.
1. Россия в реструктуризации долга участвовать не будет. Об этом заявил министр финансов Антон Силуанов. Впрочем, авторы программы финансирования Украины на 2015–2018 гг. также проявили чувство реализма. При разработке программы они предусмотрели, что Россия не будет участвовать в реструктуризации. Вопрос это не только политический, но также технический. Документы Фонда предусматривают, что в реструктуризации долга обычно участвуют лишь частные инвесторы (суверенные государства могут в ней участвовать, проявляя «добрую волю»). Таким образом, реструктуризации подлежит лишь долг суммой примерно в 18 млрд. долл. В истории трудно найти аналоги, чтобы с такой суммы можно было достичь экономии в 15,3 млрд. долл. за период в 4 года.
