class="p1">– Я в вас и не сомневалась, – спокойно выговорила я, делая ещё один глоток. – Одно только меня интересует – надеюсь, никто не упрекнёт меня в выбалтывании информации?
– Разве мы похожи на разбойников с большой дороги? – он обиделся.
– Временами да. Особенно ты, Шурик.
– Мы о тебе ни словом не обмолвились! Это правда, одна только правда и ничего, кроме правды!
– Звучит убедительно.
– Потому что так оно и есть.
– Тогда чего ещё ты от меня хочешь?
– Мне нужно знать, каким боком я оказался в это дело замешан?
– Ну, дорогой мой, – рассмеялась я и потянулась к сыру. – Я бы тоже не отказалась это узнать.
– Ведь тебе был сделан заказ только на Оскара? Ну, чтобы ты приснилась только ему… Боже, послушал бы меня сейчас кто-нибудь со стороны, какой я бред несу!
– Тебя никто не заставляет… – вспылила было я, но он меня прервал.
– Прости, Соня, просто трудно к такому привыкнуть… без ста граммов.
– Я по утрам не пью.
– Я тоже, но не об этом сейчас речь. Так о чём это я, тьфу ты… Почему я тоже попал в твой спектакль, а? Ведь ты обо мне раньше не знала, никогда не видела?
– Нет, никогда. Даже когда мне передавали все данные на Оскара, про тебя не было сказано ни слова.
– Но почему тогда в ваш сон угодил и я? С какого перепугу, Соня? И вообще – было ли у тебя раньше такое, чтобы заказанный сон снился сразу нескольким людям?
– Не было, – твёрдо заявила я, и сама мучившаяся этим вопросом.
– Но почему тогда?..
– Понятия не имею.
– Хоть какое-то предположение есть?
– Ну… – я помолчала. – Возможно, в ту ночь ты очень сосредоточенно думал о ваших с Оскаром делах. Возможно, ваши мысли пересекались… или вообще между вами какая-то есть связь. Родственная, например.
– Ни разу.
– Значит, это просто дикое совпадение. В одну и ту же секунду у вас обоих началась фаза быстрого сна, когда и бывают самые яркие сновидения, ваши общие проблемы как-то вас объединили, накрыв общим одеялом, и тут я…
– Странное объяснение, ты не находишь?
– Какое событие, такое и объяснение, – сухо сказала я.
– Ты права. Вообще всё это звучит… бредово как-то. Никак до меня не доходит, как это возможно – влезть в чужой сон… Ты сама можешь это объяснить?
– Нет.
– А давно это с тобой? С рождения?
– Нет.
– А после чего началось? Или просто так, ни с того ни с сего? Просто бах – и Соня угодила в чужое сновидение…
– Ты допил?
– Хочешь сказать – вали отсюда, гость дорогой?
– Мне не нравится этот допрос.
– Я просто понять хочу, Соня! – он встряхнул белой чёлкой. – Ведь что-то нас с тобой связывает! Не меня с Оскаром, а нас с тобой! Ты ведь сама к этому выводу пришла, признайся! Потому и юлишь теперь, всё на Оскара и наши общие дела валишь, а на самом деле…
– А на самом деле у меня нет ответа.
Я встала, захватила обе чашки и направилась к раковине. Шурик остался сидеть, только жёстко буравил меня своим взглядом в спину.
– Ты ведь мне даже не нравишься!
– Ты мне тоже, – бодро заявила я, открывая кран. Руки погрузились в холодную воду, так необходимую мне сейчас, чтобы прийти в себя.
– Почему тогда у меня такое ощущение, что…
Он не успел закончить. Из кармана моих штанов раздалась трель телефона. Я с сожалением промокнула руки полотенцем и вытащила трубку.
– Привет, Юра!
Шурик за моей спиной зашевелился, но и только – удаляться из кухни он не собирался. Тогда это сделала я и, выйдя в спальню, громко захлопнула за собой дверь.
– Доброе утро, Соня! Я тебя не разбудил ненароком? У тебя странный голос…
– Я давно встала. Просто ещё не до конца проснулась.
– Одеться-то хоть успела?
– В смысле?
– В том смысле, что теперь мы идём к вам! – весело протрубил Юра. – Встречай гостей, подруга!
Мой удивлённый возглас совпал с оглушительным звонком во входную дверь. Я бросилась из комнаты, но Шурик оказался проворнее – только я влетела в прихожую, как он уже звенел ключами, открывая дверь.
На пороге стоял Юра. И не один…
– Я говорила, что это плохая затея… – медленно произнесла Лидушка, увидев в открывшемся пространстве моего гостя и меня, растерянную, за его плечом. – Привет, Сонь. Мы не вовремя, да? Извините нас… – Она близоруко сфокусировала взгляд (наша Лидочка почему-то стесняется носить очки!) и тут до неё дошло. – Это вы, Шахов Александр Михайлович?!
Да, на Лидкину память можно положиться, я всегда это знала!
– Доброе утро, э-м-м…
А вот Шурик подкачал. И обернулся ко мне за поддержкой.
– Доброе утро, Лидия Владимировна, – тоном въедливой училки подсказала я.
– Доброе утро, Лидия Владимировна! – повторил Шурик, даже не покраснев. – Мы с Софьей не ожидали вас увидеть, но для нас это радостный сюрприз. Правда, дорогая? – он схватил меня за руку, и мне ничего не оставалось, как ослепительно улыбнуться.
– Да, мы очень рады вас видеть! – сказала я и незаметно ущипнула Шурика в бок. – Проходите!
Юрка всё это время молчал, заметно побледнев. Ещё бы, я бы тоже приуныла на его месте.
– Просим вас! – Шурик сделал шаг назад, потянув и меня за собой, и ребята прошли в прихожую. Дверь захлопнулась.
– И всё-таки мы не вовремя… – Лида оглянулась на Тарханова. Тот нехотя выдавил из себя:
– Соня, нам лучше уйти?
– Ну что вы, дорогие мои! – я наконец отцепилась от Шуркиной руки и потащила друзей в комнату. – Вы просто молодцы, что пришли! Обожаю такие сюрпризы!
В гостиной все сразу заговорили, засуетились, Лидка всунула мне в руки пакет с чем-то холодным, Шурик кинулся за тапочками, а Юра помолчал-помолчал, и вдруг выдал нелюбезно:
– Я вспомнил. Это ты за нами в «Молочных реках» шпионил!
– Ой, я же вас не познакомила! – громко воскликнула я, торопясь смягчить Юркину грубость – от Шурика с его взрывным характером всего можно ожидать. – Александр, это мои самые близкие друзья. Лидию ты уже знаешь, а вот этот невежливый тип – Юрий Тарханов, светило мировой психиатрии. Юра, а это Александр Шахов, мы с Александром разбираемся с одним делом, очень важным для нас обоих.
Они пожали друг другу руки – Шурик с нарочито счастливой улыбкой, а Юра сухо и словно нехотя. Ладно, хотя бы на время мир восстановлен, а дальше поглядим.
– А чем это таким вкусным пахнет, Сонь? – прощебетала Лида. – Кофе?
– Кофе, да не простой. По рецепту Александра. Шу… Саша, тебя не затруднит сварить
