Голицына и начинает его выдвигать. Уже в 1676 году Голицын назначается первым полковым воеводою войск, расположенных на Белгородской засечной черте. Он посылается в Путивль, на помощь князю Григорию Ромодановскому, для охранения Малороссии от возможного нападения турок и крымских татар, с которыми Россия тогда находилась в состоянии войны. Осенью того же года Василий Голицын принял не последнее участие в важном дипломатическом мероприятии. Гетман Правобережной Украины Петр Дорошенко еще в конце 1660-х годов принял подданство Османской империи и пытался объединить часть земель на территории современной Украины в одно государственное образование под турецким протекторатом. Это ему не удавалось, и Дорошенко, пытаясь усидеть на своем месте, неоднократно вступал в переговоры с Москвой, предлагая перейти в подданство русскому царю, но в обмен, конечно, на сохранение за ним поста гетмана.
Для Москвы принятие Дорошенко в подданство означало нежелательную тогда войну с Речью Посполитой, поскольку часть земель, контролируемых казаками, польско-литовские магнаты считали частью своей страны. Вместе с тем сохранение Дорошенко в качестве независимого гетмана являлось вызовом для власти Москвы на Левобережной Украине. Осенью 1676 года князь Ромодановский совместно с пророссийским гетманом Иваном Самойловичем по приказу царя Федора предприняли поход на правый берег Днепра против Дорошенко, оставшегося практически без казаков из-за постоянного бегства украинцев на левый берег Днепра. В результате завязавшихся переговоров Дорошенко сдался без боя. На Москве его хорошо приняли и назначили воеводой в провинциальный город.
Василий Голицын сыграл не последнюю роль в переговорах с мятежным гетманом. Об этом можно судить из доставшейся ему царской награды. Царь подарил Голицыну отнятую у Дорошенко гетманскую булаву как бы на память о достославном событии.
Одновременно с этим царь Федор Алексеевич пожаловал Василия Голицына в чин боярина. Напомним, что если титул князя был в Московской Руси наследственным, то чин боярина можно было получить только от царя, причем царь же мог и лишить этого чина.
Вместе с этим Голицын, в котором царь усмотрел блестящие административные способности, был назначен на очень важную должность начальника Пушкарского приказа – своего рода министра военного управления Московского государства. Одновременно Василий Голицын возглавил Владимирский судный приказ. Самый близкий сегодняшний аналог такого ведомства – это, пожалуй, высший арбитражный суд. Он разбирал поземельные тяжбы между знатными лицами, все иски, проистекающие из договоров. Несомненно, царь Федор Алексеевич назначил Василия Голицына начальником Владимирского судного приказа потому, что видел в князе человека, стремящегося к справедливости и лично бескорыстного.
Продолжалась меж тем и военная служба Василия Голицына. В 1678 году царь назначил его первым воеводою Большого полка, то есть главнокомандующим всех войск на южных рубежах Русского царства. В этой ответственной должности Василий Голицын пробыл три года. Бог миловал его в это время от больших сражений. Но, постоянно находясь рядом с войсками, Голицын видел все недостатки смешанной (регулярной и нерегулярной) ратной силы Московского государства.
Для проведения реформ царь специально создал новую административную единицу – приказ Ратных дел (затем «Ответная палата»). Это было своего рода Министерство обороны – первый такой орган в истории России. Начальником его был тоже назначен Василий Голицын.
Самым первоочередным делом, которое он решил провести, была отмена местничества, давно мешавшего нормальному управлению русских войск на театре войны. Местничеством называли официально признанное государством старшинство бояр. При назначениях командующих войсками цари должны были считаться с этой системой. Если она нарушалась, то считавший себя обиженным боярин бил челом царю за поруганную честь, говорил, что ему неуместно служить рядом с таким-то боярином в такой-то должности, потому что его предок был выше предка этого боярина в каком-то походе сто лет назад. Обиженный боярин отказывался тронуть свои войска с места, пока царь не даст ему удовлетворения в его жалобе. Местнические споры часто служили причиной поражений русских войск.
Царь с согласия Боярской думы навсегда отменил местничество. Голицын подписал приговор Думы. Но после этого указа он сделался фактически первоприсутствующим боярином, главою правительства. Он начал проводить давно намеченную военную реформу. Однако ее осуществление пришлось уже на годы правления царевны Софьи.
Когда же в апреле 1682 года внезапно умер 20-летний царь Федор, Голицын долго плакал, стоя у его гроба. Горе князя было неподдельным и вполне понятным.
Глава правительства
Молодой царь Федор Алексеевич опирался на отдельных ближних бояр, и среди них к концу его царствования первое место занял князь Василий Голицын. При этом Голицын был чужд интриг в борьбе за место рядом с престолом и был слугою не лиц, а всего государства. Можно сказать, что он одним из первых в России так понимал свой долг перед Отечеством.
Оказавшись во главе государства, царевна Софья унаследовала от старшего брата главную опору трона в лице Василия Голицына. Ее благосклонность к князю определялась опытом и способностями того в государственных делах. Дружба Софьи и Голицына обусловливалась заботами обоих о благе России.
Автор этой книги больше доверяет тем историкам, которые считают, что в этой дружбе не нашлось места ничему пикантному, от чего возбуждались бы умы последующего XVIII века. Князь Голицын был хотя и старше Софьи на 14 лет, но интимной близости препятствовали не только строгие старомосковские нравы, почитательницей которых оставалась Софья. Голицын и сам был верным целомудренным мужем. Итак, это не был фаворитизм с душком, характерным для данного явления при женском правлении в XVIII веке.
Голицын, поглощенный делами государственного управления, остался в стороне от придворных интриг, приведших к власти царевну Софью. Таким образом, он стал первым лицом в правительстве именно как специалист, а не как фаворит или интриган. Это с самой выгодной стороны характеризует не только его самого, но и его покровительницу, которая понимала, что ей в ее положении нужно опираться не на льстецов и подхалимов, а на настоящего государственного мужа.
В те времена не существовало должности главы правительства. К началу правления Софьи Голицын совмещал посты начальников трех приказов: Ратных дел, Пушкарского и Владимирского судного. То есть был министром обороны, вооружений и главой высшего арбитражного суда. Но сразу после начала правления Софьи, в мае 1682 года, Голицын был назначен еще и главой Посольского приказа, то есть, по-нынешнему, министром иностранных дел. Совокупность всех этих правительственных постов делала Голицына фактическим главой правительства. Напомним, что он еще при царе Федоре стал первым боярином в Боярской думе. Так что по влиянию на государственные дела почти никто из бояр не мог сравниться с Голицыным. И это положение сохранялось все семь лет правления его подруги и покровительницы Софьи.
Более того, в дальнейшем объем официальной власти Голицына все расширялся. В 1685 году Софья назначила его первым судьей приказа Казанского дворца. Это ведомство было своего рода генерал-губернаторством всего Поволжья, только
