запустил бутылку обратно в толпу.
Он даже не целился, но бутылка угодила прямо в лоб бросившему её пареньку, и тот, ойкнув, осел на асфальт. Ничего фатального, но весьма неприятно.
Толпа вокруг него мгновенно рассосалась. Даже самым недалёким стало понятно, что связываться с нами не стоит.
— Снова вы за своё, господин Оскурит… — покачал головой жандарм. — Доиграетесь!
— А что мы? Мы ничего. Просто совпадение! Альфред вообще-то пытался бросить бутылку в мусорный контейнер, — сделал я невинное лицо.
Камердинер тоже смотрел на жандармов с видом оскорблённой невинности, так что усатому не оставалось ничего, кроме как отпустить нас на все четыре стороны.
— Господин, денег на карету не осталось, — с грустным видом сообщил мне Альфред. — Предлагаю добраться до дома пешком.
— А далеко?
— Совсем немного.
— Тогда не возражаю! А ты мне пока расскажешь, почему все так ненавидят Род Оскуритовых.
Мы с ним двинулись вдоль по улице. На нас всё ещё злобно поглядывали, но больше, после эффектного трюка Альфреда с бутылкой, нападать не рисковали. Только один раз к нам попыталась сунуться парочка отмороженных ребят с разбойничьими рожами, но я топнул ногой, отгоняя их той же силой, что сработала до этого с целой толпой. Парочка развернулась и дружно потрусила прочь. Я же потратил последние капли энергии и сейчас чувствовал себя как выжатый лимон.
По пути периодически попадались те как будто бы выжженные дома, которые я видел до этого. Все они выглядели заброшенными и были обтянуты предупреждающими лентами. Их было немного, но видеть их было необычно. Вроде бы столица крупного государства, а никто даже не пытается их отремонтировать. Что-то здесь не так…
Тем временем Альфред начал свой рассказ. Причём объяснял он как для малыша. Видимо, особыми умственными способностями Марк никогда не отличался. Да и версию о сильном потрясении, стёршем часть воспоминаний, он, похоже, находил весьма правдоподобной.
— Род Оскуритовых — один из самых древних во всей Российской Империи. Ему уже тысяча лет. Все его члены носят звание не просто князей, а Светлейших князей. В иерархии они выше, чем остальные аристократы и уступают только Императору и членам его семьи…
Я присвистнул. Отличное начало!
— Однако, солидно! И что, много таких же Светлейших Родов?
— Пять на всю Империю! — гордо пояснил мой камердинер. — Апраксины, Баратынские, Борзовы и Гончаровы. Самые влиятельные, богатые и уважаемые…
— Что-то моя семейка ни на богатую, ни тем более на уважаемую не тянет, — хмыкнул я. — Но, насколько я понимаю, раньше всё было не так. Так что же произошло?
— Десять лет назад вашего деда, великого Аристарха Оскуритова, обвинили в попытке государственного переворота, — произнёс Альфред, краснея от гнева. — Но всё это была наглая ложь врагов! Он был величайшим магом своего времени, но влиятельные аристократические семьи объединились и решили лишить его влияния.
— Им это удалось?
— Да! Ему подбросили фальшивые улики, и Император приговорил его к смерти через повешение. Самая ужасная смерть, что может ждать дворянина! — заламывая руки, продолжил Альфред. — Но Император был так милостив, что сохранил Роду Оскуритовых все привилегии и земли. Сыновья и внуки не должны отвечать за грехи предков. Так он сказал…
— И после обвинения в заговоре все вдруг резко возненавидели Оскуритовых? Как-то это странно…
— Нет, не после этого! Если бы всё было так просто! — Альфред печально помотал головой. — Аристарх боролся до последнего. Он был так силён, что лучшие маги Императора едва сдерживали его силу. И когда ему на шею набрасывали верёвку, он обратился к давнему стороннику вашего Рода.
— Каким-то влиятельным дворянам? Возможно, к иностранцам? — предположил я.
— Нет! Он воззвал к той силе, что помогла построить славу Рода Оскуритовых. Он попросил о помощи саму Тьму.
Глава 9
Я подёргал ухо за мочку. Наверное, ещё не адаптировался к новому телу. Мерещится всякая чушь! Хотя, судя по серьёзному виду Альфреда, не похоже на то, что мне послышалось…
— Тьма? Что-то мне подсказывает, что это совсем не фамилия…
— Это сущность, что обитает на границе нашего мира и управляет недоступными для обычных магов материями. И она помогает своим избранникам, отзываясь на их зов, — пояснил камердинер. — Пришла она и на зов Аристарха. День обратился в ночь, а в город хлынули сотни чудовищ, терзающих каждого, кто попадался им на пути.
Кажется, теперь я начинал понимать, почему местные так ненавидят Род Оскуритовых. Если бы в моём мире кто-то призвал кровожадных монстров, его репутацию бы тоже изрядно подмочило!
— И сколько было жертв?
— По неофициальным данным, больше пяти тысяч, — не меняя выражения лица, сообщил Альфред. — Но, пусть Аристарх и был силён, гвардия Императора смогла его убить а затем перебила монстров. Во главе Рода встал ваш Отец, Максимилиан. Но было поздно. Род Оскуритовых считали проклятым. С ним отказались сотрудничать все Благородные Империи. Разрывались контракты, отбирались земли, люди, верные слуги, уходили, оставляя своих господ. Так остались только я и вы.
Да уж, не такой истории я ожидал! Слишком уж она… безрадостная, что ли. Угораздило меня, конечно, попасть в такой Род! Ни слуг, ни союзников, ни, собственно, денег.
— Подожди, что значит, что в роду остался только я? Где остальные?
— Все были убиты. Истреблены на дуэлях, отравлены ядами на пирах или заколоты наёмными убийцами. Ваш отец погиб полтора года назад, — едва не пустив слезу, продолжил Альфред. — Кроме вас и вашего отца оставался лишь ваш дядя, Владислав. Но год назад он пропал, а спустя неделю убили и Максимилиана. Вы, господин, последний Оскуритов!
Он произнёс это с гордостью, но мои чувства были совсем другими. Казалось, что он говорит не про меня, а про какой-то вымирающий вид животных типа уссурийских тигров. Их осталось совсем немного, последние особи на всей планете, давайте их пожалеем и переведём деньги им на помощь…
Ну уж нет, не знаю, как там жил Марк, но меня жалеть точно не надо!
— Слушай-ка, Альфред, проясни один момент… Только за сегодня на меня нападали сколько раз? Три, четыре? Как Марк, то есть как я умудрился пережить целый год?!
— Вы заперлись в своей комнате и не выходили из дома, — тут же отозвался камердинер. — Смотрели в окно и плакали. День за днём… Вы начали покидать дом лишь на прошлой неделе.
Я поморщился. Ну просто великолепно! Теперь понятно, почему это тело такое неразвитое. Откуда взяться мышцам, если этот великовозрастный обалдуй целый год просидел в четырёх стенах, тестируя слёзные железы!
Тут случилось кое-что, чего я совсем не ожидал.
По коже пробежали мурашки, а волосы на голове натурально
