Читаем без скачивания Тайны городов-призраков. - В Бацалев

— Да, Наполеон велик! А кто же тогда мы, если мы его победили?

Но чтобы этот же первый стих можно было прочитать и среди ахейцев, Гомер весьма остроумно заканчивает его словами: "Совершалась Зевесова воля!" Я, дескать, тут ни при чем, я только констатирую факты.

Еще хитрее поступает Гомер, описывая конкретные поступки ахейских героев. В характеристику каждого он старается привнести явную несуразность. Есть подозрение, что аэд разбросал их по тексту сознательно, причем довольно равномерно, чтобы при исполнении отдельной части[20] всплывала определенная несообразность: умный поймет. Почти все они рисуют греков с отрицательной стороны:

— Вожди безостановочно грызутся между собой.

— Каждый решает сам, выступать ему сегодня в битву или провести день в лагере.

— Хотя Гомер (и другие авторы, повествовавшие о Троянской войне) без устали награждает главных героев самыми лестными эпитетами, большинство вождей в ходе войны совершают хоть один неблаговидный (а с нашей точки зрения, аморальный) поступок. (Из ахейцев, пожалуй, только в Менелая и Патрокла нельзя кинуть камень.)

Агамемнон, например, на десятом году войны трусит и предлагает вернуться на родину.[21]

Одиссей подбрасывает Паламеду мешок с золотом и объявляет, что того подкупили троянцы. Героя Паламеда забрасывают камнями, как иерусалимскую блудницу.

"Козырная карта" греков — Ахилл равнодушно смотрит, как троянцы избивают его товарищей прямо в лагере, но продолжает злиться, что у него отняли девку.

Аякс, не получив по смерти Ахилла его доспехи, как самый доблестный среди эллинов воин, решает ночью перебить всех товарищей по оружию, но сходит с ума и бросается с мечом на стадо коров, а потом приходит в ум и кончает с собой.

Даже Елена, заварившая всю кашу, помогает Одиссею выкрасть Палладий, хотя знает, что после этого гибель Трои неизбежна.

И в то же время троянцы предстают прямой противоположностью ахейцам: это открытые, добродушные и доверчивые люди. Из-за своего добродушия и доверчивости они и погибают, по поэме. В третьей песне даже рисующийся всем жалким трусом Парис сам предлагает решить судьбу Елены поединком с Менелаем. Все это совершенно не вяжется с образом людей из торгового города, но именно такими их рисует Гомер. Он явно на их стороне.

Скрытая издевка есть у Гомера и в самих эпитетах, которыми аэд наделяет героев. Множество раз Ахилл называется «быстроногим». Но вот от него убегает Гектор. Он как минимум вдвое старше. Трижды они обегают вокруг Трои, но «быстроногий» Ахилл не может его догнать. При этом ситуация «героической» беготни — абсолютно бессмысленна. Ведь если Гектор боится Ахилла, то почему он не забежит в первые же ворота Трои и не укроется от Ахилла? Если же он готов к поединку, то чего бегает?

Поэма заканчивается убийством Гектора. Последние две песни (погребение Патрокла и выкуп тела Гектора) давно уже считаются поздними добавлениями. Дальнейшие события известны нам из других источников, еще более поздних. Некоторые из них, причем самые важные (например, «Энеида» Вергилия), от событий отделяет уже более тысячелетия. Суть такова.

Ахейцы притворно заключают с троянцами перемирие: первые клянутся, что никогда не пойдут войной на Трою, пока в ней правят потомки Приама, а троянцы обещают не воевать против Пелопоннеса, Беотии, Эвбеи, Фтии, Итаки и Крита.[22] На прощанье греки строят деревянного коня, в котором прячется засадный полк. Троянцы вводят коня в город, разрушив часть стены. Ночью Троя гибнет. При взятии ворвавшиеся ахейские герои ведут себя так, что перепиши их «подвиги» современным языком, даже у насильников из Матросской тишины волосы встали бы дыбом. Потом греки разъезжаются, однако почти никого на родине не ждет счастье, а многие погибают на обратном пути.

Начнем с коня. Во-первых, никакой это не конь, а обычный корабль, нос которого украшен скульптурной головой лошади. Во-вторых, все Источники в один голос утверждают, что конь был оставлен как посвящение Афине, потому что в Трое был храм Афины. Но конь никогда не был животным Афины. К тому же Афина — богиня позднего[23] и не имеющего никакого отношения к Малой Азии происхождения. Из Малой Азии в Грецию пришли Афродита, Аполлон, Артемида, может быть, Посейдон (по крайней мере, он азиатского происхождения). Именно конь был животным символом Посейдона. В образе коня владыка морей обожал совокупляться (например, с Деметрой), а в упряжке носился по морям. Принести посвящение именно Посейдону для греков было еще более уместно потому, что они (покрайней мере, на словах) собирались в обратный путь морем. Наконец, Посейдон был ужасен не только на море, но и на суше. Греки дали ему эпитет Колебатель Земли, то есть все землетрясения приписывали его гневу. Как мы помним, незадолго до Троянской войны город был разрушен землетрясением. Незадолго — в том случае, если придерживаться традиционной хронологии (война случилась в начале XII века до н. э.). Однако хронология эта вычислена по библейскому принципу "Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова" и словам Геродота, что на один век приходится три поколения. Спрашивается, как троянцы могли разрушить часть стены и втащить в город коня, если стены Трои нельзя было разрушить никому, кроме Посейдона? Да и зачем им разрушать стену, проще разобрать коня и собрать его внутри города. Дальнейших выводов делать не станем, ибо слишком много фантазий приходит в голову.

Теперь рассмотрим другие факты, относящиеся к взятию Трои.

Зачем грекам, уверенным в скорой победе, заключать перемирие и давать перед богами ложные клятвы (а клятвопреступление в Древней Греции наказуемо богами), если они уверены в победе?

Незадолго до падения Трои ахейцы послали на родину за подмогой, и оттуда действительно прибыли Неоптолем, сын Ахилла, и Филоктет. Странно, что войско, готовящееся к решающему штурму, подает "SOS".

Ограбив город, убив мужчин и поделив пленниц, ахейцы собрались на сходку. Тут впервые поссорились Менелай с Агамемноном. Можно привести десяток причин, из-за чего разгорелась ссора. Наиболее вероятная: Агамемнону донесли, что его жена Клитемнестра путается с Эгисфом, как когда-то его мать с Фиестом, отцом Эгисфа. Поэтому он пребывал в раздумье или уже послал наемных убийц и ждал результата. Менелай же спешил, потому что боялся потерять власть над Спартой, если Гермиону выдадут замуж без него. Но дело не в их ссоре, дело в том, что не в обычае победителей ссориться. Как правило, подобным образом ведут себя люди, стоящие на краю гибели. Они же могли позволить себе потерять и Спарту, и Микены. В руках их была Троя.

Только Амфилох, Калхант, Подалирий и еще несколько вождей решают возвращаться домой пешком. Остальные садятся на корабли и плывут к Эвбее через открытое море. Дело происходит зимой. Плавание в те времена было только каботажным (то есть вдоль берега[24]) и сезонным, летним. Плыть напрямик по бушующему зимнему морю могли только самоубийцы или люди, у которых не было другого шанса на спасение. Многие в этом плавании и погибли, среди них Аякс, сын Оилея.

Все греки покидают троянское пепелище. Спрашивается, за что же они сражались? Не за Елену же, которая сама себя именует весьма неласково. Естественно, из-за господства над проливом в Черное море. Место тут хорошее и проплывающими мимо дарами обильное. Город, хоть и сгорел, но руки-то остались, можно отстроить, а потом живи, грабь и радуйся. Но ахейцы, вопреки очевидной выгоде, рвутся на нищую родину.

Добравшихся до родины никто не встречал как героев и победителей. Агамемнона убили, едва он вошел в дом. Микенцы это убийство приветствовали и посадили убийц — Эгисфа и Клитемнестру — на царство. Менелай узнал о судьбе Агамемнона и скрылся с Еленой в Египте. Он боялся, что его убьет Эгисф. Одиссея ветры занесли черти куда, и он десять лет скитался. Хотя на самом деле он выжидал, когда на родине забудут последствия похода под Трою. Диомеду, как и Агамемнону, в его отсутствие изменила жена, и он вынужден был бежать и окончить свои дни в Италии. Там же нашли последнее пристанище Филоктет, друг Геракла, и Идоменей, внук Миноса, изгнанный критянами. Неоптолем, сын Ахилла, воспользовавшись умопомешательством Ореста, женился на Гермионе и завладел Микенами и Спартой, но Орест скоро опомнился и убил его. Практически все участники Троянской войны окончили свое существование или на чужбине, или в нищенском рубище. Это очень напоминает «победное» отступление войск Наполеона из Москвы. Но троянцы не преследовали греков. Это было слишком рискованно для собственной жизни. Ахейцев покарали свои же, вместо того чтобы забросать венками.