Без данного излучателя-координатора слишком велика вероятность рассеивания кораблей агнеров по ближайшим секторам Вселенной.
В ближайшие дни я вместе со своей экспедицией выезжаю в окрестности города Мценска, где, по моим расчетам, первые разведчики пришельцев попытаются установить излучатель. Необходимо обнаружить и уничтожить его прежде, чем он начнет свою работу.
У нас остались считанные часы для решительных действий.
Профессор К. И. Слощей».– Это все? – спросил Федор.
– Все. Больше в этом файле ничего нет, – ответила Катя.
– Излучатели какие-то, инопланетные нашествия, созвездия, агнеры-вагнеры. И из-за этого я приперся сюда в три часа ночи? Неужели вы хотите, чтобы я поверил в эту галима…
Пузиков открыл было рот, чтобы ляпнуть нечто язвительное, как вдруг нижняя челюсть у него отвисла, и он закашлялся, подавившись крошками. При этом он ухитрялся с ужасом показывать пальцем на окно.
– Ккхх… кххх… там-там… – хрипел он.
– Где?
Федор подбежал к окну, но почти сразу, пожав плечами, обернулся к Борьке. Вытаращив глаза, тот продолжал заглатывать воздух.
– Уже нет, но я видел…
– Что ты видел?
– Я сам даже не понял что… Что-то не очень большое. Тягучее такое, прозрачное, вроде как из ртути… Оно висело вот тут, между теми домами, а потом раз и…
– Что «раз и»? Улетело?
– Не то чтобы улетело, а как бы растаяло… Сделалось прозрачным и… и… и растворилось. – Пузиков сделал руками неопределенный жест, из которого мало что можно было уразуметь. Разве что то, что Борька крайне взволнован.
Федор и Катя переглянулись.
– Пузиков-Арбузиков, ты перегрелся! – сказала Туркина.
– Сама ты перегрелась, Туркина-Буркина!
– И что тут делала твоя тарелка?
– А я откуда знаю? Она мне что, докладывается?
– Может, она нас подслушивала? – с иронией поинтересовался Федор.
– Отстань от меня! – огрызнулся Пузиков.
Он и сам теперь не был уверен, померещилась ли ему тарелка или нет, а раз так, то и не хотел об этом распространяться.
Между тем, хотя Федор и не слишком доверял Пузикову, самому ему было совсем не до шуток. Как Макаров ни старался, он никак не мог выбросить из головы покрытое льдом лицо профессора К. И. Слощея и толстую кожаную папку с пеплом у него на коленях. Не мог он забыть и ослепительный шар, взмывший над лесом за несколько минут до того, как они сделали свою страшную находку.
Нет, профессор не ошибался, когда говорил об инопланетянах. Агнеры были реальностью, страшной реальностью. Федор оглянулся на окно. Теперь там точно ничего не было, кроме расплывшихся фонарных пятен.
– Если нам не померещилось, и то, что видел Борька, и правда было зондом, то инопланетяне скоро узнают, что диск уцелел и что, следовательно, нам все про них известно, – озабоченно сказала Катя Туркина, мысли которой текли параллельным курсом.
Пузиков ошалело заморгал.
– Ага. И что они сделают, когда это узнают?
– Ясно что. Будут следить за нами и чуть что заморозят нас, как и профессора с шофером. Не могут же они допустить, чтобы тайна стала всем известна? – пояснила Туркина.
– А мне, кажется, что не заморозят, – задумчиво сказал Федор. – Думаю, на этот раз агнеры предпочтут действовать чужими руками. Через своих зомби вроде Голопупа.
– Почему? – заинтересовалась Катя.
– Сама подумай, это же ясно. В прошлый раз, когда они напали на «Газель» уфологов, это привлекло к себе слишком много внимания. Замороженные люди, странные вспышки в небе – за это журналисты ухватятся обеими руками, если это будет регулярно повторяться. А агнеры не заинтересованы, чтобы об этом писали или говорили. Они хотят сделать все втихую, особенно теперь, когда передатчик еще не установлен. К тому же кто мы для них? Сосунки, не более того. Вот я и думаю, что они натравят на нас начальника милиции, раз он уже у них в руках. Сами же будут наблюдать со стороны и заниматься подготовкой вторжения.
Пузиков сделался белым как мел. Кажется, он жутко испугался, что оказался замешанным во всю эту историю.
– Выходит, у нас будут неприятности? – спросила Туркина.
Ожидая ответа от Макарова, Катя стала искать его глазами, но он был уже в коридоре и поспешно вдевал ноги в ботинки.
– Федор, ты куда?
– Куда, куда, – проворчал тот. – Не могу же я допустить, чтобы агнеры захватили Землю? Буду искать этот самый излучатель-передатчик, и когда найду, то попытаюсь его уничтожить. Это единственная возможность спасти планету.
– Ты что, спятил? – вытаращился на него Пузиков. – Да они тебя в сосульку превратят! Ты соображаешь, насколько их цивилизация ушлепала вперед по сравнению с нашей?
– Агнеров-то? Ты же в них не верил?
– Э-э… – замялся Борька. – Я не верил, пока ту штуку за окном не увидел. А теперь мне этих эмоций, может, на всю жизнь хватит. Нет, ты как хочешь, а я с агнерами связываться не буду.
– Не хочешь связываться – не связывайся. Рабы всем нужны. Потерпи еще месяц, и тебе вставят в башку датчик подчинения, – раздраженно сказал Макаров.
Не обращая больше внимания на Пузикова, он повернулся к Кате.
– А ты как? Со мной? – спросил он. – Поможешь?
Туркина кивнула.
– Я с тобой, – сказала она. – И пусть агнеры знают, что земляне просто так не поднимут лапки! Мы найдем это дурацкое устройство, которое направляет их корабли, и уничтожим его.
Пузиков просунул голову в коридор.
– Эй вы, парочка интриганов, чего вы там бормочете? Сети плетете? – поинтересовался он. – Так и быть, я тоже с вами.
– Вот так новость! С чего это ты вдруг решился? – поинтересовалась Катя.
– Э-э… Вообще-то я того… холод терпеть ненавижу да и башку мне свою жалко, – с сомнением сказал Пузиков.
– В каком смысле жалко?
– В том смысле, что она дорога мне как память. Так что пускай эти агнеры подвинутся! – хмыкнул Пузиков.
Поразмыслив, Федор нашел этот аргумент убедительным. Если так, то и на Борьку тоже можно рассчитывать.
– Пузик с нами, а значит, у земного шара еще есть шанс! – сказал он насмешливо.
– Как ты меня назвал? «Пузик»? Я тебе дам «пузик»! – взревел Борька.
Любой намек на толщину приводил его в бешенство, а Пузиков в бешенстве бывал еще невыносимее Пузикова в спокойном состоянии. Впрочем, выбирать не приходилось.
Так или иначе, лучшие они или худшие, супермены или обычные ребята, но их команда уже состоялась. Теперь им придется сражаться с агнерами, а ставкой в этой битве будет планета. Планета Земля.
Глава VI
«ДОСТАВИТЬ ЖИВЫМИ ИЛИ МЕРТВЫМИ»
– Схватите этих сосунков!
– Начальник, а если они попытаются скрыться?
– Что? Скрыться? Тогда убейте их! Доставить живыми или мертвыми – не имеет значения!
Расшифровка телефонного разговораКогда утром зазвонил будильник, Федору почудилось, что это его голова загремела жестяным ведром. Он с трудом разлепил глаза и приподнялся на кровати. На часах было семь пятнадцать. Значит, спать ему пришлось всего-навсего часа два.
«Инопланетяне… Что там было с инопланетянами?» – подумал он как-то абстрактно.
Все произошедшее вчера: ужасная находка в лесу, сверкающий шар, лазерный диск – теперь, с утра, казалось ненастоящим и неважным. Память возвращалась понемногу, толчками.
«А не приснилось ли мне все это?» – подумал Макаров и неохотно потащился в ванную умываться.
Открыв холодную воду, он подставил под струю лицо, но почти не ощутил холода.
– В школу хочешь опоздать? Иди завтракать! – донесся из кухни голос мамы.
Мама стояла у плиты и перемешивала в кастрюле овсяную кашу. Звук ложки, задевающей по дну кастрюли, казался Федору невыносимо противным. У него было такое чувство, что ложкой скребут ему по ушам.
Макаров опасался, что мама заметит, какой он сонный, но она думала о чем-то другом.
– Ты ночью хорошо спал?
Федор напрягся. Что мама имеет в виду?
– Я хочу спросить, ты ничего не слышал? – рассеивая его опасения, продолжала мама.
– Ничего… А что?
– Еще бы тебе слышать! В твоем возрасте все спят как убитые. Собаки страшно выли всю ночь, а особенно сильно утром. Мы с отцом постоянно просыпались, – сказала мама.
– А Арнольд?
– Арнольд тоже выл. Просто как взбесился. Выл, бросался на двери и окна. Только сейчас успокоился.
Не успела мама о нем заговорить, как в кухню, сверкая выпуклыми любопытными глазками, просунулась огромная морда, напоминавшая медвежью. Секунду спустя морда дружелюбно водрузилась Федору на колени и испачкала ему слюнями новые брюки.
– Привет, Арнольд! – сказал Макаров.
Арнольд, о котором они говорили, был помесью московской сторожевой и овчарки – существом совершенно невообразимым: лохматым, неуклюжим, не поддающимся дрессировке и ужасно сильным.
