Тэмми я подъезжала уже с неплохим запасом продуктов.
– Там есть электричество, все работает, – указал отец Джозеф. – Вы сможете воспользоваться микроволновкой, плитой, чайником… На кухне, кажется, ничего не было.
– Со мной все будет в порядке.
Эх, хотелось бы мне, чтобы уверенность, с которой я это говорила, была искренней!
Отец Джозеф высадил меня у дороги, так ему удобней было разворачиваться. Поэтому к дому я шла сама. Я была не против: это давало мне возможность осмотреться.
Двора как такового у Тэмми не было. То есть, думаю, какой-то участок был официально оформлен как прилегающий к дому, но она этот участок никак не обозначила. Здесь не было ни намека на забор, деревья росли те же, что в и ближайших лесах, обнимавших Олд-Оукс со всех сторон. В относительном порядке была только гравийная дорога, ровной линией тянувшаяся к гаражу. А вот дорожек для пешеходов здесь не было, только тропинки, протоптанные в траве. Благодаря им можно было проследить, как семья проводила время рядом с домом: часто ходили только к машине, бельевым веревкам да стареньким качелям. Они тут не гуляли.
Убийца мог просто взять и подойти к дому – с любой стороны. Но не думаю, что забор, даже самый высокий и крепкий, остановил бы его. Кстати, я в Олд-Оукс вообще не видела толковых заборов, нет тут такой традиции.
Дом был деревянным и старым. Казалось, что за годы своего существования он просто врос в землю, чуть провалился в нее, криво и неуклюже, слился с деревьями и старыми пнями, окружавшими его со всех сторон. Дом-пенек. Совсем не маленький, но выглядит маленьким из-за чудаковатой угловой планировки и закрывающих его деревьев. Дом не ветхий, не из тех, где круглый год протекает крыша и температура внутри равна температуре снаружи. Может, это и не домик-конфетка, но Тэмми следила за доставшимся ей семейным гнездышком.
К дому был пристроен небольшой гараж на одну машину, однако сама машина стояла снаружи: небольшой джип выцветшего красного цвета. Машина была в лучшем состоянии, чем дом, чистые круглые фары напоминали мне удивленный взгляд существа, которое никак не может понять, куда подевалась его хозяйка и когда же она вернется.
Извини, приятель, уже никогда.
Дом все еще был увит полицейскими лентами – ярко-желтыми, похожими на причудливые лианы. Достойная конкуренция ветвям плюща, затянувшим один из углов дома. На окнах и дверях – печати, оставшиеся нетронутыми. Отец Джозеф был прав, с тех пор как увезли тело Тэмми и забрали девочек, никто сюда не приходил.
Теперь вот пришла я. У меня были и ключи, и право войти.
В доме царил жуткий кавардак. Думаю, лишь отчасти его можно было списать на ночное нападение. Остальную грязь притащила с собой толпа полицейских, осматривавших место преступления. На полу – грязь, следы десятков ботинок, на стенах и мебели – пятна черно-серого порошка, которым снимают отпечатки. Но даже за этим угнетающим фасадом разоренного гнезда можно было разглядеть, что изначально дом был в хорошем состоянии. Изнутри он выглядел лучше, чем снаружи.
Тэмми и правда ухватилась за возможность оставить кочевую жизнь позади, она старалась, как могла. В частных домах, особенно таких старых, постоянно что-то ломается. Хорошо, когда рядом есть один из тех легендарных мужчин с золотыми руками, способных починить что угодно – от щеколды до атомного реактора. Но у Тэмми не было ни такого умельца, ни любого другого. Она справлялась сама, и ее жилище сильно смахивало на лоскутное одеяло – безыскусное, зато домашнее и уютное.
Мне было неловко просто шляться тут, и новой хозяйкой я себя не чувствовала. Даже после всего, что уже произошло, я была откровенно чужой. Но я преодолела это чувство – так было нужно. Я внимательно осматривала все, каждый сантиметр, пытаясь разобраться и в картине убийства – и в жизни семьи, связанной со мной.
В доме было очень много фотографий в рамках, развешанных на стенах – но только девочек. Рядом – дипломы, рисунки, медали. Джордан занималась спортом. Эмили, кажется, ходила во все кружки, какие были доступны в этом городишке. Все о них, все для них – Тэмми просто растворилась, стала их тенью, добровольно отошла даже не на второй, а на третий план.
Но не думаю, что это ее угнетало. Все указывало на то, что ее прошлое было не слишком счастливым, и ей не хотелось за него держаться. Другое дело – будущее ее девочек. Это фантазийная реальность была куда приятнее.
Да и мне хотелось бы сосредоточиться на этом, на хорошем, и не думать о том, чем завершилась история семьи. Но иногда желания значат куда меньше, чем необходимость.
От священника я примерно знала, что тут произошло. По крайней мере, версию полиции. Теперь, осматривая дом, я видела, почему шериф и его сотрудники так подумали, и мне сложно было с ними спорить.
Убийца вломился через заднюю дверь – ту, что на кухне. Дверь была не самая хлипкая (я в Олд-Оукс вообще стеклянные двери видела, и это никого не смущает), но и не слишком крепкая. Замок был безжалостно разворочен, преступник действовал нагло и быстро. Громко или нет – это уже не важно, соседи все равно слишком далеко. Но Тэмми, думаю, услышала. После такого дверь, естественно, не закрывалась, но полицейские, уходя, приварили здесь решетку, чтобы в дом не пробрались бродяги.
На кухне была разбита посуда, на полу валялся набор ножей – разбросанных, но не тронутых. Борьба началась здесь, вероятнее всего, тут Тэмми встретилась с нападавшим. Но крови я не видела. Получается, преступник был намного сильнее жертвы, он ее скрутил и потащил в гостиную. Тоже не самое типичное поведение для маньяка, якобы слепо подчиняющегося своим желаниям. Почему он не набросился на нее прямо здесь? Кухня по-американски просторная, есть большой крепкий стол – цинично с моей стороны думать о таком, но ведь это правда! Однако вместо этого убийца потащил Тэмми, кричавшую и сопротивлявшуюся, в гостиную.
Шум борьбы должны были услышать дети. Почему они не позвонили в службу спасения? Времени хватило бы! Полиции они сказали, что сильно испугались и забыли взять с собой в укрытие телефон. Но это же какой-то бред! Они не совсем малышки, Джордан почти взрослая. Они как будто отказались от собственной матери, позволили ей остаться наедине с нападавшим… Звучит ужасно даже в моих мыслях, но это слишком очевидный вариант, чтобы закрывать на него глаза.
В гостиной как раз крови хватало. Похоже, ареной жутких событий стал большой ковер в центре комнаты – в прошлом белый, а теперь красно-бурый. С него даже сбросили журнальный столик, чтобы не мешался. Как будто
