прилетевшую в виде птицы-колпицы жену, принявшую его за царя, бывшего хозяина этой постели. Тогда выхватил Иван-царевич меч и отрубил правую руку своей неверной жене.
Русская «Сказка о молодце-удальце, молодильных яблоках и живой воде» рассказывает, что молодец-царевич попал туда, откуда никак не мог выбраться «на белый свет», там, у одного «подземельного царя», была дочь Полюша и «птица-колпалица: она может их туда несть, только б было что ей в дороге есть». Для птицы-коллалицы убили и запасли на мясо целого быка. Этого быка положили на спину птице, уселись царевна с царевичем ей «на хребет» и «понеслись на божий белый свет». Всего быка птице-колпалице скормили, прежде чем поднялись из подземного царства.
В другой русской сказке рассказывается про сына царя Гороха, Ивана-царевича, отправившегося выручать мать, которую утащил нечистый дух. Пришел царевич в медное царство, затем — в серебряное и золотое. И в каждом царстве — и в медном, и в серебряном, и в золотом — сидело по тридцать три девицы-колпицы. А мать он нашел в жемчужном царстве, у Ворона Вороновича, которого победил герой. О существовании же колпиц жемчужного царства в сказке не упоминается.
Еще в одной русской сказке по совету Бабы-Яги Иван-царевич отправился «на сказанное место» и спрятался в кусты. Тогда «прилетели двенадцать колпиц, ударились о сырую землю, обернулись красными девицами и стали купаться». Царевич украл сорочку у старшей, Василисы Премудрой, и, когда ее сестры улетели, та пообещала выйти за выкравшего сорочку доброго молодца замуж, если тот придет к ее отцу, водяному царю. И, получив сорочку, обернулась колпицей и улетела.
Не исключено, что своеобразной заменой ибиса у славян являлась птица аист. С христианским праздником Благовещения (25 марта — 7 апреля) славяне связывали прилет птиц из Ирия и в этот день ожидали появление аистов, пекли лепешки в виде лапы аиста под названием «бусневы», часть которых бросали в гнезда птиц. Впрочем, то, что греки-фессалийцы почитали одновременно аиста и журавля указывает на возможность отнесения этих схожих птиц в одну группу, делает возможным персонификацию ими в числовых шифрах пернатых одного числа. И журавль, и аист назывались одним именем — бусел. Вариантами этого слова являются: бусюль, бусюл, бусол, буско, боцан. Бусел, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Воскресением своим весь народ с пекла вислободил».
Одним из элементов, составляющим человеческую сущность, загробным воплощением человека древние египтяне считали некий «Ах» [17]. В то время как тело принадлежало земле, Ах принадлежал небу. Это слово переводили как «блаженный», «просветленный». Различали несколько Ахов, чаще всего семь. На изображениях бог Ах имел облик хохлатого ибиса. В стране пирамид эти птицы почитались как символы мужества, и после смерти их бальзамировали.
Не исключено, что слово «иблис», служащее для названия дьявола в исламе, связано с птицей «ибис», являющейся, по-видимому, олицетворением языческого небожителя.
Творящие чудеса гуси, прекрасные лебеди и ужасные гуси-лебеди:
А гуси-ты на мори бояра,
Лебеди боярицкие жены.
Эти строчки шифровального ключа по тексту сказителя И. Фепонова однозначно ставят гусей на третье место среди птиц, а лебедей — на четвертое. При этом в тексте сказительницы Георгиевской эти птицы занимают те же места после колпика и колпицы, как и в тексте Фепонова:
На мори гуси бояра,
Лебедушки были княгины.
В тексте сказителя Максимова лебеди просто следуют прямо за гусями:
Гуси ты на мори бояра
Белые лебеди княгины,
а в тексте сказителя Лядкова, в котором лебеди вообще не упоминаются, гуси стоят на третьем мете после царика и царицы. Это подтверждает правомерность нахождения гусей и лебедей соответственно на третьем и четвертом месте списка пернатых шифровального кода, Не суть как важно, что некоторые сказители называют лебедей княгинями, а некоторые — боярскими женами.
Получается, что устойчивому словосочетанию русского языка «три — четыре» соответствует знакомое «Гуси-лебеди», которое достаточно часто встречается в русских сказках.
Максимальное число затмений в году равно семи [76]. По данным современной астрономии возможны два варианта. По первому число солнечных затмений — 4, а лунных — три. По второму варианту солнечных затмений — 5, а лунных — 2. Последние хорошо наблюдаются на обширнейших территориях. Полные солнечные затмения наблюдаются редко — раз в несколько лет, а в островном это явление носит частный характер, т. е. затмевается только небольшая часть солнечного диска. Она иногда настолько незначительна, что даже нельзя уверенно сказать: было или не было солнечное затмение. Так что в древности люди, вероятно, могли более уверенно говорить о первом варианте максимального числа затмений.
Гуси, по всей видимости, олицетворяют в сказках лунные затмения а в древнерусских шифрах цифру три Лебеди — солнечные и цифру четыре. Гуси-лебеди — всяческие затмения: и солнечные, и лунные.
Купил купец из русской сказки за большие деньги в тридесятом царстве диво дивное, чудо чудное. Гуся, которого можно жарить и есть, но есть гуся надо за один раз, и если гусиные кости не разбрасывать, то гусь оживал. Привез покупку купец жене. А та вздумала угостить гусем любовника. И подивился народ на необычное зрелище — идет гусь, к нему купчиха прилипла, к той — ее любовник и приказчики, которые пытались их разнимать. Так они и ходили, пока неверная жена не созналась во всем мужу. Только купец смог их разнять.
Сказка может указывать на бытовавшие у людей представления о связи лунных затмений с нечистым временем. Недаром это время использовалось колдунами. Отметим также связку: купец-гусь.
В шифре профессий нет воинов. Служивое боярство, по всей видимости, возникло на Руси из воинов княжеской дружины. Возможно, что сказочные солдаты и стрельцы явились в шифрах профессий поздней трансформацией профессии боярина. Хотя и сам стрелец, последовательно убивающий птиц птичьих шифров, вполне мог иносказательно уподобиться месяцу.
Солдат в русской сказке дал мудрые ответы царю. Царь посадил солдата в темницу и обещал прислать ему тридцать гусей, чтобы солдат выщипал из них по перу. И посадил в темницу тридцать купцов, которые не смогли paзгадать царские загадки. Дал солдат купцам отгадки, за что получил от купцов большие деньги. Выпустил тогда царь всех из темницы. В этой сказке участвует связка купцы-гуси-солдат, что в некоторой мере подтверждает гипотезу об использовании солдатской профессии в шифрах профессий
Как говорится в сказке: «Гуси-лебеди давно себе дурную славу нажили, много шкодили и маленьких детей крадывали…». Так и в известной русской сказке «Гуси-лебеди» эти птицы
