Вечерняя заря начинается через 15–20 минут после захода солнца, сразу, как поднимется на крыло и хрипло прокричит большая выпь. В народе говорят: выпь открывает зорю. Первыми, когда бывает еще достаточно светло, перелет начинают чирки. Кряква и другие утки летят в густых сумерках. Чем больше осень вступает в свои права, тем позднее начинается перелет. В середине сентября кряква летит в полной темноте, и стрелять ее становится трудно.
Утренний перелет начинается еще затемно, перед рассветом, бывает активен до восхода солнца и через час после восхода практически прекращается. Теперь охотник может рассчитывать лишь на тех случайных птиц, которых кто-то потревожил в месте дневки.
В поймах рек с множеством извилистых стариц, озер, озерков и болотин, поросших по берегам кустарником, специальный скрадок для охоты можно не устраивать. Нужно только хорошо замаскироваться в кустах и быть в защитного цвета одежде. На больших водоемах делают специальный скрадок, «подгоняя» его под фон окружающей растительности. Лучше всего соорудить шалаш в островке растущего среди плеса тростника или рогоза, покрыть его стенки пучками этих же растений, обновляя перед охотой высохшие и пожелтевшие. Сверху шалаш обычно не закрывают, поскольку на вечерних и утренних зорях уток стреляют в основном влет, из положения стоя, а значит, охотник должен иметь возможность быстро вскочить и выстрелить.
Независимо от того, устраиваете вы скрадок на водоеме или выбираете место для охоты на берегу, нужно учитывать общее требование: сбитая утка должна падать либо на зеркало чистой воды, либо на пашню, выкошенный луг. Ведь даже смертельно раненная утка, упавшая в высокую траву или камыш, чаще всего бесполезно пропадает для охотника, так как найти ее без собаки очень трудно. Поэтому, учитывая умение раненых уток прятаться, никогда не надо жалеть лишнего выстрела, чтобы добить подранка.
С наступлением поздней осени утки сбиваются в крупные стаи и перемещаются на большие водоемы. Местные стаи речных уток увеличиваются за счет подлетающих с севера. С приходом холодов появляются и стаи нырковых уток — морской и хохлатой чернети, гоголя, белоглазого и красноголового нырков, нырка Бэра и др.
Наступает время валового пролета водоплавающей дичи и охоты на уток с чучелами.
Резиновые чучела, изготовляемые нашей промышленностью, можно приобрести в магазине. Однако по раскраске они даже приблизительно не соответствуют природному оригиналу, так что охотники вынуждены их перекрашивать. Лучшими же считаются деревянные чучела. Их делают сами охотники, причем порой с таким мастерством, что и вблизи они выглядят, как живые. Для охоты надо иметь десяток-полтора чучел речных уток и столько же нырковых.
Охота с чучелами ведется из шалаша, который устраивают на границе тростниковой крепи и чистой воды. Хорошо сделать шалаш в конце зарослей надводной растительности, узким языком далеко вдающейся в пространство чистой воды. Во время валового пролета, который в средней полосе Европейской России приходится обычно на вторую декаду октября, охота занимает весь день — прижатые морозом на севере стаи подваливают постоянно.
Охота на осеннем пролете азартна, добычлива и по-своему интересна. Позже, коротая зимние вечера в теплом и уютном доме, охотник будет с удовольствием вспоминать холодный октябрьский день, свинцовую воду большого озера и лохматые, низкие тучи, моросящие дождем вперемешку со снегом, шуршание качающихся стеблей сухого тростника и рогоза и летящую вдоль берега над самой водой стаю чернети, которая, сделав разворот, сядет вне выстрела, а потом, выстроившись в шеренгу, начнет подплывать к чучелам. Припомнит, как мокрый и промерзший приходил каждый день со связкой уток в неказистую избушку и после крепкого чая блаженствовал на нарах у раскаленной железной печки.
К числу самых распространенных и традиционных русских охот относится охота с подсадной («круговой») уткой на селезня. По богатству впечатлений такая охота нисколько не уступает другим охотам «по перу», а многие из них даже превосходит.
Вероятно, большинство охотников согласятся, что нет ничего красочнее и радостнее картин весеннего половодья. Когда вы пробираетесь на лодке к заветному островку, широкое, сверкающее под солнцем водополье сменяется тихими плесами в затопленном чернолесье, а узкие бурлящие протоки, где под напором воды гнутся кусты ивняка, — заливом, в воде которого дрожит отражение соснового бора. Нигде, кроме как, притаившись, в шалаше на весеннем разливе, не услышишь столько радостных охотничьему сердцу звуков: крики журавлей на восходе, гогот поднимающейся гусиной стаи, чуфыканье тетеревов на ближнем острове, звонкую протяжную песню большого кроншнепа, трюканье чирка-свистунка и жвяканье крякового селезня.
Охота на селезней очень интересна. Ведь если вы вырастили и подготовили подсадную уточку сами, наблюдать за ее поведением представляет не меньшее удовольствие, чем за работой гончей или подружейной собаки.
Вот вы высадили свою крякушу на воду и, спрятавшись в шалаше, видите, как она встряхивается, поправляет смятые перышки и, склоняя голову то налево, то направо, посматривает вверх бусинками черных глаз. Оглядевшись, утка начинает «манку»: раздается всем известное кря-кря-кря, которое повторяется обычно 5–6 раз подряд. Вы еще не видите и не слышите селезня, а крякуша вслед за «манкой» вдруг дает знаменитую «осадку» — «ка-ка-ка-ка», начинающуюся с самых высоких тонов и постепенно слабеющую. Теперь, наконец, и вы обнаружили селезня, который, протянув другим берегом залива, закладывает вираж в сторону шалаша, а подсадная тем временем, надрываясь, дает одну «осадку» за другой. Она вся изгибается, трепещет крылышками. Зеленоголовый красавец не выдерживает и, выставив вперед ярко-красные лапы, шлепается на воду метрах в тридцати от вас.
При кажущейся простоте охота на селезня далеко не всегда бывает удачна. Тут многое зависит от погоды, правильного выбора места охоты и устройства шалаша, подготовленности и «мастерства» подсадной утки.
Очень важно верно определить главное направление лёта селезней, которое на широком весеннем водополье совпадает, как правило, с местами гнездования и дневки уток. Такими местами служат острова, полузатопленные гривы, протянувшиеся от основного лесного массива и поросшие кустами ивняка с бордюром из прошлогоднего тростника, рогоза, осоки, затопленные летние болота, заливами заходящие в лес. В подобных местах и ставят шалаш. Однако необходимо учитывать конкретные особенности, например то, что селезень боится крупного леса и плохо подсаживается к утке, если скрадок устроен на краю его.
