Я смотрел и не мог поверить и... насмотреться. Мне казалось, что всё давно прошло и забылось, боль утихла и превратилась в светлую грусть, с оттенком стыда. И после того первого чувства были другие. Но вот он, Май, стоит передо мной, и моё глупое сердце пропустило удар, а затем пустилось вскачь. Я так и не переболел им.
- При всём уважении, - начал Ванюша-Джон, - думаю, вы слишком молоды, чтобы быть достаточно опытным для такого рода работы.
- Ну, было бы неплохо узнать, в чём заключается задача фотографа, а потом уже делать выводы, - не отрывая взгляда от серых глаз напротив, ответил я.
- Необходима концептуальная фотосессия коллекции вязаной одежды. Русские мотивы в высокой моде, - напыщенно сообщил мистер костюмчик.
- Всё ещё вяжешь на заказ? - усмехнулся я. Май склонил голову к плечу и, вздернув светлые брови, не остался в долгу:
- Снимаешь свадьбы, серьёзно?
Я засмеялся. О, как мне хотелось послать всех, схватить Мая, утащить его куда-нибудь и расспросить обо всём. Но это было бы невежливо. Сначала решим рабочие вопросы, а потом непременно воплощу свой великолепный план, тот что с утаскиванием.
- Да. Для артбука "Русской недели моды в Париже", - сознался я шёпотом, по секрету. На лице Джона прибавилось уважения.
- И мы для него же, - пожал плечами Май.
- Участвуешь в показе? - я был приятно удивлён.
- Не самостоятельно, от одного модного дома. Ну всё, выяснили, что у обоих достаточно длинные. Может, заключим контракт и обговорим уже кое-какие детали? - ехидно улыбнулся Май, усаживаясь в мягкое кресло возле небольшого журнального столика.
- Сдается мне, господа, вы уже знакомы, - хмыкнул Львович и радостно потёр руки.
Подписание контракта не затянулось надолго. А вот вопросы по предстоящей съемке решить мы не успели.
- Я, к сожалению, не могу сейчас ничего обсуждать. У меня встреча, - с досадой сообщил Май, - но вечер сегодня у меня свободен. Если у тебя нет планов, могли бы сесть и всё обговорить.
- Хорошо. Вот визитка. Как освободишься, позвони. Планы можно передвинуть, - этот радостный дебил, что, правда я?
Мы распрощались, и весь день я был просто глупо улыбающейся бестолочью. Всё валилось из рук, ничто не интересовало. Я каждые десять минут смотрел, нет ли пропущенных вызовов. Мысленно строил в голове наш с Маем диалог. На работу пришлось забить, толку от меня не было, один вред. День подходил к концу, сначала рабочий, потом световой. Тишина. Я уже отчаялся дождаться, и тогда Май позвонил.
- Привет, надеюсь не слишком поздно? - его голос в трубке звучал мягко и немного устало.
- Нет, нормально.
- Если хочешь, мы можем перенести встречу на завтра...
- Ты устал?
- Нет, я думал ты не захочешь уже никуда ехать. Тогда, может, поговорим у меня? Я с утра ничего не ел. И в душ хочу.
- Не вопрос, какой адрес? - спокойно согласился я, а мысленно отплясывал самбу.
- О, чудно! К твоему приезду как раз ужин доставят, - выдохнул Май с облегчением, - Я скину адрес в сообщении.
Я опущу описание моих сборов, скажу только, что это было эпично. Во мне бурлила такая смесь чувств, что казалось грудь разорвёт. Там была и надежда, и страх, и нетерпение, и любопытство, и смущение, и радость. Очень много радости. Я не мог остановиться ни на секунду, тело рвалось куда-то, каждая мышца зудела от желания начать двигаться, что-то делать, а мозг периодически подвисал. В такси пришлось применить тибетскую дыхательную гимнастику, иначе дело бы кончилось гипервентиляцией легких.
И вот стою я перед дорогой металлической дверью и дрожащей рукой пытаюсь попасть в звонок. Что-то никто не открывает и тишина. Звоню еще дважды, прежде чем наконец слышу щелчок замка. На пороге Май и его в таком виде должны официально запретить. Во всяком случае, в больших дозах. Это чревато кровоизлиянием или в мозг или... в другое место. На нем были светлые драные джинсы, как те, в которых он впервые пришел ко мне однажды. Они сидели очень низко и обтягивали так плотно, и не были застегнуты до конца... Выше была майка. Простая белая борцовка. Тонкая ткань не скрывала напряженные соски, нижний край задрался, когда Май поднял руки и открыл взору полоску молочно-белой кожи на животе. Оголенная длинная шея, ключицы и часть груди... А эта зараза как ни в чём ни бывало развернулся и пошлёпал босыми ногами в коридор, вытирая мокрые волосы и демонстрируя плотно обтянутый денимом зад.
- Прости, я не сразу услышал. Был в душе. Проходи, - пригласил Май и исчез в глубине своего жилища.
Квартира его размещалась в одной из новостроек, причем не какой-нибудь там, а элитной. Занимала она, похоже, чуть ли не пол-этажа и начиналась с большого холла. Я разулся и последовал за хозяином. Но возникла проблема - коридор разделялся.
- Иди направо, - крикнул Май, - сначала поужинаем, ты же не против?
- Я не против, но ты мог бы побыть моим провожатым. Мне кажется, я вижу вон в том углу чей-то скелет, - крикнул я в ответ.
- Это не скелет, это Пушок, - оповестил меня хозяин квартиры, появляясь в поле моего зрения.
- Май, ты в курсе, что он лысый? - осторожно поинтересовался я.
- Я в курсе, но это не мой кот и кличку ему не я давал, - фыркнул Мирошенко и, кивком указав направление, двинулся дальше по коридору. У меня легкий ступор перешёл на качественно новый уровень. Я хотел было уточнить по поводу кота, который, кстати, с противным рёвом бежал впереди нас, видимо, ожидая, что его покормят, но меня интересовала не эта лысая животина.
- Присаживайся, я сейчас, - предложил Май и стал хозяйничать. Я боялся, что он может заказать что-нибудь экзотическое, а я не любитель всяких там суши и острой тайской пищи, но ужин был из итальянского ресторана, простой и вкусный.
Май быстро сервировал стол и, порывшись в специальном шкафу, достал бутылку вина. Я хотел задать тысячу и один вопрос, но он был и впрямь голоден, поэтому поужинали мы практически молча. К тому же из под стола плотоядно рычал лысый зверь, и мне не хотелось привлекать к себе его внимание. И, только когда перебрались в гостиную с остатками вина, разговор оживился.
- Я сегодня очень удивился, когда тебя увидел... и очень обрадовался, - признание далось легко, видимо, вино было ну очень хорошее.
- Да? Это приятно. Я тоже рад встрече. Сколько прошло, лет десять? - кивнул Май, улыбнувшись, но в его голосе чувствовалось напряжение.
- Ты исчез тогда так быстро. Мы с родителями искали тебя, я писал сообщения тебе в блог...
- Да? Я не заходил туда больше.
- Как ты жил все это время? - спросил я. Мне хотелось услышать, что он скучал.
