мышцы наливались свинцом, еще немного и тупо грохнусь на землю, и черт его знает, смогу ли подняться во второй раз.
— Ничего себе, встреча, — проскрипел иссохшими губами, стоило перевалить через взгорок.
Привалившись одним боком кверху на сером песке лежал Торк собственной персоной.
Грешным делом, я поначалу подумал, что мой охранник по давней привычке завалился спать, но приглядевшись понял, что ни о каком отдыхе речи не идет.
Рваная одежда, многочисленные ссадины по всему телу и большое количество крови. Судя по внешнему виду ему досталось гораздо больше чем мне.
— Хей! — едва ли не шепотом позвал я, язык плохо слушался, в горле першило, жутко хотелось пить.
Бывший крестьянин из феода дьюка Харальда по-змеиному обернулся, оказалось он стонал не просто так, а занимаясь перевязкой кровоточащего бока.
Черные глаза мрачно сверкнули, но разглядев кто перед ними, едва заметно смягчились.
Осторожно ступая, стараясь сохранить равновесие на непослушных ногах, я спустился со взгорка.
— Чем это тебя так? — спросил я, тяжело опускаясь рядом, сил стоять уже не оставалось.
Торк мотнул головой в направлении испачканной кровью деревяшки, судя по всему, выдернутой из раны и отброшенной в сторону.
Ага, эта фиговина ему выходит пропорола бок. Ясненько.
— Ты случайно не успел прихватить ничего из наших запасов? — не слишком надеясь на положительный ответ, осведомился я.
Заросший по самые брови здоровяк недоуменно нахмурился. Мне почему-то захотелось дико заржать, насколько выражение непонимания не подходило к его свирепой физиономии.
— Какие-нибудь зелья, — пояснил я.
Торк отрицательно покачал головой. Мда, плохо. С другой стороны, глупо надеяться, что получится по-другому. В трюме шла болтанка не хуже, чем в каютах. Как в такой ситуации успеть что-то забрать? Тут бы самому уцелеть.
— Кого-нибудь еще видел?
И снова покачивание мохнатой башки. Блин, его «красноречие» просто убивает.
— Дай посмотрю.
Склонился над раной. Осторожно убрал ткань, поморщился. Выглядит не очень. Деревяшка проткнула плоть не хуже хорошо заточенного кола. Зашивать надо, простой перевязкой не обойдешься.
Черт. Где бы еще найти медицинские принадлежности. Да что там медицинские, обычный набор ткача из катушки ниток и пары иголок вполне подойдет. За неимением лучшего.
Проблема в том, что и этой малости поблизости нет. Дерьмо. Что же делать?
— Ладно, пока перетяни, как можно туже, а я пойду осмотрюсь, может найду что-нибудь среди обломков.
Торк молча кивнул и принялся зубами рвать свою и так потрепанную рубаху на лоскуты.
Вот так вот. Никаких тебе: не оставляй меня здесь одной, не бросай меня и другого подобного нытья, что непременно услышишь от рефлексирующих личностей.
Спасать надо мужика.
Больше ничего не говоря, я отправился дальше вдоль берега, ища следы других выживших. Ведь не может быть, чтобы спаслись только мы вдвоем.
Так и оказалось. Метров через пятьдесят откуда-то слева прилетел крик:
— Эгей-гей!
Я устало повернулся в ту сторону, на вершине пологого холмика стояла фигура и активно махала руками.
Слабо махнул в ответ, с удовольствием останавливаясь. Чувствовал себя просто ужасно. Голова раскалывалась, ноги подгибались, так и норовя подломиться, руки безвольно болтались вдоль туловища.
Что-то мне совсем нехорошо.
— Твое магичество, — человек оказался одним из матросов Незабудки.
Сбежал вниз легко, совсем не походя на потерпевшего кораблекрушение.
Я почему-то подумал, что он не один и что Махани каким-то чудом не только выжил, но и уже успел организовать своих людей.
Как выяснилось буквально через пару минут догадка была совершенно верной.
— Мы разбили лагерь вон там, — матрос махнул рукой куда-то за спину.
— Много выжило? — я тяжело оперся на подставленное плечо.
Матрос, парень лет двадцати помрачнел.
— Нет, — коротко ответил он, почему-то не вдаваясь в подробности.
И если уж совсем честно, меня в данный момент это тоже не слишком заботило. Куда больше интересовало другое.
— У тебя нитка с иголкой есть? — спросил я, притормаживая. Матрос уже едва ли не подхватывал меня под руку, утягивая за собой.
Он удивился. Потом быстро догадался зачем мне ткацкие принадлежности. В самом деле, не пуговицы же пришивать.
— Вы ранены?
— Нет, но моему человеку нужна помощь, — настала моя очередь махать рукой, только уже в обратном направлении. — У него пробит бок и большое кровотечение.
Матрос понятливо закивал, о чем-то подумал и предложил:
— Давайте дойдем до лагеря, а уж там посмотрим.
Я едва не зарычал от злости. Чего там смотреть? Человек умирает, что неясного?
— Беги в лагерь и скажи, что нашел меня. Пусть кто-нибудь придет сюда, — сказал я, понимая, что пока мы с ним доковыляем до стоянки выживших пройдет очень много времени. Из меня сейчас тот еще пешеход.
Матрос замялся, неуверенно оглянулся назад. Это еще больше разозлило. Чего он тупит?
— Живо пшел! Или в жабу превращу! — рявкнул я злобно. Очень уж меня взбесила нерешительность моряка.
Помогло, умчался, как ветер. Кретин заторможенный… Пинка бы ему дать для ускорения, да боюсь сам бы свалился.
Я медленно побрел обратно, прикрывая глаза прижатой ко лбу ладонью. Солнце, как и жара никуда и не думали уходить.
Боже, куда нас черт возьми занесло? Не припомню в Заррии подобного климата. Тропики какие-то право слово. Ну и печет.
Пот градом катился по лицу, вызывая еще большую слабость. Не знаю, что помогло мне удержаться на ногах. Скорее всего жажда жизни, доставшаяся от Эри. Вот кто уж точно ни при каких обстоятельствах не будет складывать руки даже в самых отчаянных ситуация. Зубами вцепиться, а не сдохнет. Или, что еще лучше — перегрызет кому-нибудь глотку в стремлении выжить.
Вот он, инстинкт выживания во всей красе.
За размышлениями не заметил, как вернулся обратно, Торк полулежал в том же положении, рану плотно обхватывали несколько полосок ткани. От рубахи почти ничего не осталось.
— Сейчас придет подмога, — сообщил я, устало усаживаясь на вершину барханчика с тем расчетом, чтобы меня могли заметить издалека.
Торк невозмутимо кивнул, будто и не ожидал услышать что-то другое. Его оптимизм в отношении меня чем-то порадовал. Неужели и впрямь был так уверен, что непременно вернусь?
— Кроме нас еще выжили люди, — зачем-то сказал я.
Последовал еще один неторопливый кивок. Ну и самообладание у мужика. Само воплощения ледяного спокойствия. Такой выдержке можно лишь позавидовать.
— Скоро придут, — повторил я.
И застыл, уловив боковым зрением неясное шевеление справа.
Очень медленно развернулся и едва не отвесил от удивления челюсть. В паре метре от Торка на вершине пологого холмика застыл скорпион размером со взрослую кошку.
Глава 5
Глава 5.
Огромный… нет просто гигантский скорпион выползал на вершину барханчика с видом полновластного хозяина всех окрестных земель.
Сказать, что я обалдел, это ничего не сказать. Никогда в жизни не видел таких здоровенных тварей.
— Что за… — я растерянно посмотрел на Торка.
И понял, что ждать помощи с той стороны не стоит. Выглядел
