— Но ты сама говорила, что женщина всегда должна быть начеку, готовая к вероломству мужчин.
Баронесса слегка откинула назад свое массивное тело, отчего кресло под ней заскрипело.
— Я не говорю, что мы не должны проявлять осмотрительность. Лорд Личфилд — красивый и богатый мужчина и завидный жених, а потому легко может стать добычей для всякого рода нетитулованных ничтожеств. Пока вы не обвенчались, нельзя сбрасывать со счетов такую угрозу. — Леди Сент-Джеймс тяжело поднялась на ноги. — У меня есть друзья в Йорке. Я постараюсь узнать, что им известно об этой мисс Грей.
Эллисон улыбнулась. Она всегда могла рассчитывать на свою мать.
— Спасибо, мама. — Она наклонилась, поцеловала ее в пухлую щеку и тут же поморщилась от неприятного ощущения рисовой пудры на губах. — Теперь я пойду наверх и переоденусь к чаю. Я еще не надевала свое новое желтое платье с нижней юбкой в полосочку. Мне кажется, оно должно выглядеть очень привлекательным.
— Я в этом уверена, дорогая.
Выйдя из гостиной, Эллисон вновь подумала о Кэтрин. Ничего, скоро они все узнают о ее семье и друзьях, о ее прошлом и, может быть, даже о планах на будущее. Скоро все секреты этой незнакомки будут раскрыты. Мать знает, как разделаться с женщиной, пытающейся посягнуть на ее будущего зятя. Теперь можно ни о чем не беспокоиться.
Эллисон улыбнулась и поспешила в свою комнату, думая о новом шелковом платье и о том, купить ли ей новую пару желтых кожаных туфель.
Глава 4
Кэтрин посмотрела на подол чудесного шелкового платья, которое Уинни принесла к ней в комнату.
— Я не могу принять еще один такой великолепный наряд, — запротестовала она, с восхищением глядя на переливающуюся темно-зеленого цвета ткань.
Уинни рассмеялась:
— Пустяки. Платья, которые я отдала тебе, стали слишком малы мне, а на тебе они сидят просто великолепно. Надо только немного ушить в груди.
— Я чувствую себя ужасно неловко. Может быть, когда-нибудь…
— Не говори глупости. Мне приятно видеть, что эти вещи оказались полезными кому-то.
Стоя перед большим зеркалом, Кэтрин любовалась прекрасным платьем с глубоким вырезом на груди, с зауженными к локтю рукавами, заканчивающимися каскадом пышных кружев, и юбкой с широким кринолином. Ее маленькие груди возвышались над декольте нежными холмиками.
В этот вечер маркиз принимал гостей, герцога и герцогиню Карлайл. Спускаясь вниз по лестнице в гостиную, Кэтрин испытывала легкое волнение. Она желала объяснить это присутствием герцога и герцогини, хотя втайне осознавала, что это не так.
На самом деле причиной ее волнения был маркиз, от жгучего взгляда которого, казалось, мог воспламениться любой предмет. В его присутствии Кэтрин часто ловила себя на том, что смотрит на его губы, размышляя, такие ли они жесткие, как выглядят, и каким будет ощущение, если поцеловать их. Потом она спохватывалась, стыдила себя за эти мысли. Ведь маркиз принадлежит леди Эллисон и скоро женится на ней.
И все же она не могла не думать о нем, не могла не волноваться, слыша его глубокий мягкий смех, встречая его печальный взгляд. Всякий раз сердце ее замирало, а во рту пересыхало, как сейчас, при одной только мысли, что увидит его.
Кэтрин задержалась у подножия лестницы, еще раз бросила взгляд на свое отражение в зеркале, поправила напудренные локоны, спускавшиеся на плечи, и помаду в уголках рта. Она еще ни разу не представала перед маркизом так нарядно одетой и поэтому волновалась вдвойне, не зная, получит ли его одобрение.
Сделав глубокий вдох, Кэтрин решительно вошла в гостиную. Маркиз о чем-то оживленно говорил с гостями. Он первым заметил появление Кэтрин, и на какое-то мгновение ей показалось, что при виде ее в его глазах вспыхнул огонь.
— Мисс Грей, — произнес он, потом подошел и, наклонившись, поцеловал Кэтрин руку. — Мы уже начали думать, что вы нашли более подходящую для себя компанию.
— Прошу прощения. Я не хотела опаздывать, просто не знала, сколько прошло времени, — извиняющимся тоном проговорила Кэтрин.
— Вы задержались совсем немного. И кажется, Пепис сказал: «Лучше сейчас, чем никогда»?
Кэтрин улыбнулась:
— Да, хотя его часто неправильно цитируют.
— Вы выглядите просто восхитительно… мисс Грей, — произнес маркиз, скользнув взглядом по глубокому вырезу платья.
Кэтрин охватило какое-то неясное волнение, но она постаралась совладать с собой.
— Надеюсь, лучше, чем при нашей первой встрече, — шутливо ответила она.
Люсьен засмеялся:
— Способность посмеяться над собой есть величайшее достоинство.
Кэтрин на минуту задумалась, а потом призналась:
— К сожалению, не могу припомнить, кто это сказал.
— Это сказал я, — усмехнулся маркиз, и при этом черты его лица сделались мягче. — Вы удивительная женщина, мисс Грей.
Кэтрин почувствовала, что слегка покраснела. Последнее время никто не баловал ее комплиментами. От смущения она не сразу нашла что ответить, поэтому была благодарна тете Уинни, пришедшей на выручку:
— Если мой племянник решил единолично завладеть вниманием мисс Грей, нам остается только приступить к ужину.
— Прекрасная идея, — поддержал ее Джейсон. — Я ужасно проголодался.
Все прошли к роскошному столу, уставленному превосходными блюдами. Здесь были жареный лебедь, устрицы, телячья вырезка, картофель, запеченный в кожуре, а также восхитительный яблочный пудинг. За столом Кэтрин оказалась рядом с Личфилдом, и это удивило ее, так как они должны были разместиться в другом порядке. Виновницей такой перестановки оказалась герцогиня. Распознав ее уловку, маркиз бросил в сторону Велвет хитровато-насмешливый взгляд.
Заметив это, Кэтрин вновь почувствовала, как запылали ее щеки. Она поняла, что герцогиня намеренно усадила ее рядом с маркизом.
— Может быть, ее светлость правильно сделала, усадив нас рядом, — сказал Люсьен. — Я собирался поговорить с вами о том, что сообщил мне мой адвокат. Он тайно наводит справки о вашем опекунстве. Один из королевских судей является его другом, и он полагает, что этот человек способен вывести вас из-под опеки лорда Дунстана.
— Вы говорите, он может назначить мне другого опекуна? — переспросила Кэтрин, радостно блеснув глазами.
— Да.
— Лучшего нельзя желать, но, к сожалению, я не представляю, кто мог бы стать моим новым опекуном.
Джейсон усмехнулся и произнес:
— А как насчет герцога и герцогини Карлайл?
Кэтрин едва не вскрикнула от неожиданности и в следующее мгновение почувствовала, как слезы навернулись на глаза.
— Это было бы прекрасно. Просто не знаю, как благодарить вас, — в волнении промолвила она.
