взорваны. Вороны уже в казарме – задыхаясь, доложил Виктор.
–Но они должны были напасть в головной штаб. Наверное, произошла ошибка – лихорадочно расхаживал в кабинете министр.
–Ошибки быть не может. Я лично расшифровывал сообщение. Уверен это наёмники решили нажиться. Управы на них нет! – взревел генерал-маршал и ударил кулаком по столу.
–Айзек, быстро дуй к моей маме и сестре. Не отходи от них ни на шаг, пока я не приду – начал распоряжаться командир казармы.
Получив приказ, воин выбежал за дверь.
–Генерал-маршал, главный министр, Виктор проводит вас в безопасное помещение и вернется в бой – продолжил он, вытаскивая свое оружие.
–Что-то тут не так. Нужно поймать этих воронов и допросить. На смерть не стрелять. Думаю это....
Договорить ему не дал генерал-маршал:
–Даже если все, так как думаешь. Убить всех, кто замешан в этом. Предательство нужно рубить на корню! Стреляйте без колебаний!
–Но отец!
–Я сказал, пощады не будет!
Министр и его сын стояли, потупив взор. Оба понимали, что допрос это справедливая идея, но перечить жестокому главе государства, никто не смел.
–Да, сэр.
Даймонд сжав кулаки, выбежал в коридор сражаться. Он ринулся в бой и в голове у него вспыхивали его первые бои. Подростком он участвовал в сражениях в рядах тогдашней королевской армии. В те времена его воротило от одного вида крови, и меткая рука дрожала, как только вместо привычной мишени была направлена на живого человека. В своих самых дерзких мечтах он не мог представить, что когда-нибудь станет таким же искусным бойцом как отец. Да еще получит под командование целое воинское отделение.
Его желания были более мирные и приземленные. Он всегда хотел быть спортсменом. Но жребий судьбы предначертал ему другой путь. Хотя с опытом Даймонд думал о том, что война это самый жестокий спорт и самая закаляющая характер дисциплина
Корпус за корпусом он бежал, не зная, что предпринять. Вороны бились будто играючи. Все они словно стаей пытались куда-то пройти. Блэк младший с удивлением замечал, что захватчики не борются, а стараются увильнуть от боя. Также он понял, что те, кто сражались, использовали пневматические оружие. Раненые резиновыми пулями его солдаты лежали без чувств. Даймонд не знал, что делать он не смог ни поймать, ни ранить хоть одного противника. Уж слишком они быстрыми были.
В это время четверо Воронов, которые, по всей видимости, были предводителями компании, разделившись по двое, продолжали поиски чего-то ценного. Ради чего и был устроен этот налет. Два человека в черных плащах бежали по коридорам, заглядывая во все комнаты, что попадались на пути. По очереди они прикрывали друг друга от натиска преследователей. Вскоре им показалось очередная дверь у поворота.
Ворон со шляпой, кивнув головой, забежал в комнату и обнаружил там еще несколько дверей. Со всей быстротой, на которую он был способен он начал заглядывать во все 5 комнат, в которые выходило помещение. Ворон – Бомбардир быстро вытащил из сумки за поясом пули. И снова стал отстреливаться от настырного противника, который хоть и был безоружным не оставлял попытку схватить их. Он с огромным удовольствием стрелял в нападающего, который всеми силами пытался увернуться. Ворон давно не участвовал в битвах. Каждая минута битвы приносила ему массу наслаждений, что он забыл обо всем остальном, что тревожило его.
Стоя спиной к повороту в очередной коридор Ворон не мог видеть, что к нему приближался командир казармы. Увидев одного из налетчиков, Даймонд решил незаметно подкрасться и это ему почти удалось. Когда он был уже в шаге от него, Ворон резко достал из сапога маленький кинжал и кинул в противника, который был в метре от двери. Рука Ворона освободилась, и Даймонд увидел только-только заживающую рану на его ладони. Это была рана от шва. От шва, который он наносил сам.
В ужасе он схватил руку девушки и она, наконец, заметила его.
–Смит? Что ты тут делаешь?! – кровь пульсировала в висках.
Он понял, что был прав и это не наемники, а повстанцы. Их обвели вокруг пальца! Но его собственная правота совсем не радовала его, а наоборот огорчала. Все остальное было неважно рядом с тем, что сейчас Мэриэнн находилась в лагере, где приказано убить каждого, кто окажется причастным к нападению.
Мэриэнн стояла как вкопанная и смотрела на свой шрам, который начал заживать. К своему удивлению она поняла, что настоящая рана находится гораздо глубже и его не так просто излечить. Все ее воодушевление от участия в битве пропало, как только она увидела его зеленые глаза.
Не дав ей заговорить, он крепко схватил ее за руку и потащил подальше от места сражения.
–Что ты тут делаешь?! Ты что страх потеряла?! – крикнул он в отчаянии.
Очнувшись от оцепенения, Мэриэнн попыталась вырваться. Но их остановил чей-то крик.
–Даймонд, это ты?! – кричал Виктор.
В ужасе двое остановились у двери, где на них теперь смотрел и Итан Лэнгфорд, который пытался найти прятавшегося генерал-маршала.
Прежде чем Виктор успел появиться за поворотом, Даймонд крепко схватил Мэриэнн словно пленника. Крутанувшись, он стал боком к месту появления Виктора стараясь заслонить ее собой, и прошептал ей:
–Просто молчи.
Итан не знал, что предпринимать. Он видел, что теперь она смотрит на него. И отчаянно хотел спасти свою боевую подругу, но ему мешали две вещи. Первое это осознание того, что, даже выстрелив в Блэка, он может не успеть спасти ее от Макадама. Голос, которого он услышал секунду назад. Второе это то, что Мэри в очередной раз заслоняла собой Блэка и он мог попасть в нее. В тоже время он не мог не заметить, что и Блэк также стоял, заслонив ее от своего друга. И в этот кризисный момент главарь Воронов думал о том, что эти двое инстинктивно пытаются защитить друг друга.
Виктор, появившись у поворота, прекратил бежать, увидев, что его друг жив и здоров. Да и к тому же держит в руках пленника. Не успел он ничего сказать, как тот перебил его слова:
–Виктор, я ошибался! Это наемники, я узнал этого. Отправляйся к другим. Здесь все чисто. А я допрошу этого.
С каждым словом, ему становилось все хуже. Он обманывал своего верного воина. Причем, даже не понимая, что говорит. Но единственное, что его сейчас волновало это увести подальше выскочку Смит. Один только вид любителя пыточных допросов Виктора приводил его в ужас.
Его заявление удивило Мэриэнн, и она поняла, что он не собирается ее сдавать. Хотя
