Уточнив у Жоржетты направление, я отправилась на поиски нужной комнаты. Она находилась рядом с раздевалкой для официантов. Проходя мимо, я услышала смех и радостные возгласы.
— Кристоф, как ты не старался завалить новенькую, она справилась. Девчонка — кремень! — говорил кто-то.
— Да это он все из-за спора, — ответил другой, — больше всех же поставил на вылет в первый день!
— То-то он сначала заказы не брал, а потом всем так нахваливал, что несчастную чуть не завалило листками с заказами.
К горлу подступили слезы. Они что тут, поспорили на меня? А тот приветливый официант, который приносил мне заказы, хвалил и улыбался, на самом деле больше всех был заинтересован в моем увольнении?
Да он даже хуже Эрнеста Кортелло! Тот хотя бы не скрывает своей неприязни.
***
Слезы брызнули из глаз, я едва успела спрятаться в кабинке. Злость, обида и невероятная усталость и напряжение этого дня прорвались наружу. Хорошо, что рядом запас салфеток был.
Я жалела себя и думала все бросить. Вот заберу Аркадия, вернусь к бабушке Поле.
— Если сдашься сейчас, то признаешь его правоту, — услышала я приятный женский голос из соседней кабинки.
Я шмыгнула еще раз, но плакать перестала. Я хотела было спросить, кого моя невидимая собеседница имела в виду, но она быстро покинула место моего уединения.
А ведь она права!
Кого бы она не имела в виду, но я себя в обиду больше не дам. Пора было возвращаться на кухню, пока Кортелло и остальные не решили, что я сдалась и сбежала.
Глянув в зеркало я увидела красные глаза и опухший нос — рыдания никого не делают краше. Я поплескала холодной водой на лицо в надежде привести себя в порядок. На полочке рядом с мылом я увидела разные полезные мелочи: спрей для волос «блеск и объем», магический крем «летящая походка» и артефакт для свежести лица. Да это же все кучу денег стоит!
Кажется, официантки в этом заведении выглядят свежо даже к концу рабочего дня не просто так. Заботливый работодатель все предусмотрел. Пожалуй, я тоже могу воспользоваться предложенным арсеналом.
Спрей для волос мне без надобности, а вот снять усталость с ног и придать лицу свежести не помешало бы. Приведя себя в порядок, я отправилась на кухню. Официантов в их комнате уже не было. Наверное, по домам разошлись.
В зале тоже было пусто, лишь гоблины-уборщики чистили ковры и скатерти.
Я надеялась, что и в кухне уже никого нет, но подойдя к двери услышала оживленные голоса за ней. Не желая больше тайно подслушивать, я решительно вошла внутрь.
Внезапно в кухне оказались все сотрудники: администратор, официанты, бариста и все повара. И над всем этим доминировал Эрнест Кортелло.
Судя по тому, что в руках у многих были деньги, они прямо сейчас выясняли, кто победил в этом гадком споре. Когда я вошла, все стихло. Это еще раз подтвердило, что присутствующие обсуждали мою персону.
Не сговариваясь, все повернулись в сторону шефа. Он посмотрел на меня испытующе. Словно мысленно задал вопрос и ждал, как я на него отвечу.
Я выдержала его взгляд. Он кивнул.
— Позвольте представить, новый помощник шефа, Лора Йосан! — провозгласил он в полнейшей тишине.
А я чуть не упала. Вот же жук, он, оказывается, прекрасно запомнил мое имя, просто хотел позлить меня лишний раз! На моем лице заиграла улыбка.
— Первый день, конечно, прошел ужасно, — Кортелло решил высказать все свое недовольство, но это уже не могло испортить мне настроения.
Веселья добавила и расстроенная физиономия Кристофа, который достал деньги из кармана и передал соседу.
— Ты совершенно не умеешь распределять нагрузку и договариваться с официантами о том, чтобы они временно переключали внимание гостей на другие блюда, — продолжал отчитывать меня шеф, — работаешь хаотично и сумбурно. Но ни разу не отклонилась от рецепта и не допустила ошибок при подаче.
Он подошел ближе и положил передо мной горстку монет.
— В конце дня мы распределяем чаевые между работниками. Сегодня ты заслужила только это, — он кивнул на жалкие монетки.
Я-то видела, что остальные стыдливо прячут в карманы банкноты. Значит, мне досталась жалкая сдача, которую богатые клиенты не пожелали забирать.
Так хотелось гордо отказаться от этой подачки, которую, словно кость, бросили голодной псине. Но внезапно я увидела тихую и незаметную Жоржетту, которая стояла за стеллажом и кивала мне, взглядом указывая на деньги.
Неужели это очередное испытание?
— Спасибо, шеф, я буду стараться, — сказала я и сгребла предложенную мелочь.
Хоть корм куплю Аркадию.
Кажется, мои коллеги свободно выдохнули после того, как я взяла деньги. Надеюсь, теперь меня приняли в коллектив.
— Жду тебя завтра, — бросил шеф и скрылся в своем кабинете. Следом за ним ушли и остальные.
Я переоделась и отправилась в общежитие. Почему-то мысли об Аркадии не покидали меня.
Как там мой фамильяр?
***
Заскочив в круглосуточную лавку, я прикупила корм фамильяру и кое-какие мелочи для обустройства быта. Пара пушистых полотенец, мягкие тапочки и душистое мыло — это все, что я могла себе сегодня позволить. Грошей, которые мне выдали в качестве чаевых, на покупки не хватило, пришлось вытащить из заначки.
Аванс, который достался мне так легко, еще отработать надо. А судя по тому, как меня приняли в теплом дружном коллективе ресторана «Л. Е. С», шансов на это не так уж и много. Слишком много хищников среди этих лесных жителей. Только я одна — безобидная зайка.
Ничего, покажу им зубки!
Я тихонько пробралась мимо консьержа, помня его вчерашние наставления, и стараясь не шуметь. Не хватало еще тут проблем.
Однако, поднявшись на свой этаж, я поняла, что кто-то из соседей наглым образом нарушает режим тишины. И дело даже не в громких разговорах. Кто-то пел! Приглушенный мужской бас тянул жалобную песню, отчаянно фальшивя и подвывая.
— Зам-у-учен тяжелой нево-о-олей…
Вот ничего себе кто-то развлекается, а этот гоблин-консьерж даже замечания не сделает! А мне, между прочим, завтра на работу. А тут кто-то устроил вечеринку.
От злости на шумного соседа даже ключ не сразу в замочную скважину смогла засунуть. Наконец, дверь поддалась, и я вошла в свою скромную обитель.
— Ты сла-а-авною смертью почи-и-ил…
— Аркадий⁈ — от неожиданности я так и остановилась у выхода, едва не уронив покупки. А заодно и челюсть.
Грустный рыб сидел на каменном гроте, подперев голову плавником, задумчиво смотрел вдаль и тянул печальную песнь. Увидев меня, он встрепенулся, расплескав повсюду воду.
— Наконец-то явилась! — буркнул он. — Я тут страдаю в одиночестве!
— Страдалец ты мой, — вздохнула я, вспоминая невероятно тяжелый первый рабочий день.
Я сходила в душ и переоделась в домашнее. Уютно устроившись на краю постели, я достала угощения для фамильяра и орешки для себя.
Аркадий с аппетитом поедал сушеных креветочек, а я смотрела в окно на темное небо.
— Скажи, а зачем мне нужен фамильяр? — спросила я у сытого и довольного рыба.
— Как это — зачем? — удивился он. — У каждой приличной ведьмы должен быть волшебный помощник.
Я рассмеялась. Аркадий надулся. Выглядел он при этом достаточно комично, поэтому я рассмеялась еще сильнее. Рыб обиженно отвернулся и спрятал нос в водорослевых зарослях. Правда упитанное брюшко туда поместиться уже не смогло. Креветки мешали.
Отсмеявшись, я все же решила восстановить мир.
— Прости, Аркадий, но никакая я не ведьма. Да и из тебя помощник так себе!
От такого заявления фамильяр забыл про обиду и вылез из своего укрытия.
— Как это — не ведьма? — его и без того круглые глаза от удивления округлились еще сильнее.
— Ну вот так, — пожала плечами я, — мама у меня не ведьма.
— А отец? — с надеждой спросил Аркадий.
— А что отец? — не поняла я.
— Ну кто он? Ведьм? Ведьмак? Как там у вас называется? — попытался объяснить Аркадий.
— У нас — никак, — пожала плечами я, — у меня ведьм в роду не было. Так что фамильяр мне не положен.
