и нет? От своего плана я не отказался, пока у меня есть возможность и время, займусь заработком. В Охотничьем не дали закончить, значит, тут сделаю так, как хочу.
Благо сейчас у меня есть то, что я могу использовать, чтобы дела пошли в гору.
Пока сидел и ждал гостей, уже наметил план действий и места, куда нужно заглянуть. Послышались шаги, в подвал стали заходить люди. В основном парни моего возраста и чуть старше.
Следом спустился мужик лет тридцати, лысый, на одной руке надет кастет, а в другой нож. Тяжело дышит. Непонятно, это потому, что он торопился или из-за того, что жирный.
— Сопляк! — обратился он ко мне. — Где эта крыса?
Потом облизнул губы, мерзко так, меня аж передернуло.
— Крысы? — переспросил я. — Да они повсюду, оглядись и увидишь парочку.
— Ты тупой? — снова облизнулся мужик. — Где Чалый? Я эту тварь лишу руки, а потом он у меня побираться пойдет, чтобы вернуть все, что украл.
— Я послал молодого человека по делам, — ответил и понял, почему его зовут «сухим» — урод постоянно облизывается.
— Ты охренел? Это мои люди, и приказывать им могу только я, — крикнул и начал приближаться ко мне Сухой.
— Я слышал, что ты маг. Правда? — спросил я. — Чалый сказал, что отлично лепишь куличики в песочнице.
Жирдяй оскалился. Облизнулся и хрустнул шеей, покрутил руками, убрал нож и снял кастет.
— Смотрите, ребята, как я сейчас размажу этого фраера, — повернулся он к своим. — Давно чего-то не разминался. Ха-ха-ха!
Я посмотрел на мерзкого Сухого и улыбнулся. Он напрягся так, будто в туалете пытается освободиться от лишнего веса, потом развел руки, и появились песочные ладони. Все заохали от могущества своего «пахана». Сухой повернулся и ощетинился, ловил восторженные взгляды каждого, будто они ему уверенности придавали.
— Сдохни, тварь! — крикнул мужик и свел руки. Песочные ладони стали сжиматься.
Глава 5
Магия Сухого почти сомкнулась на мне. Я чихнул и выпустил две звуковых пули в стороны. Прогремел небольшой взрыв, только акустика стен добавила шума. Когда песок исчез, то я как сидел за столом, так и продолжал.
— Какого? — возмутился жирдяй.
Послышались охи и вздохи его людей.
— Прости, в нос что-то попало. Давай еще раз, а то вижу, что ты расстроился, — улыбнулся я Сухому.
— Так значит, ты маг? — скрепя зубами, произнес он.
— Кто? Я? — показал на себя пальцем. — Умею чутка, а что?
Мужик дернул щекой и зло посмотрел на меня. Перевел взгляд на своих людей, которые были раздосадованы, что не увидели мою смерть.
— Тому, кто принесет голову этого урода, дам пять рублей! — объявил он охоту.
— Знаешь, немного обидно, — поднялся я. — Еще не так давно одни готовы были дать пятнадцать тысяч, другие — десять. Даже военным обещали заплатить, а тут всего пять рублей.
— Что? — не сдержался один из его людей. — Пятнадцать тысяч? Да я тебя на куски порежу и стану богачом!
Толпа медленно направилась в мою сторону, а я задумался: «Еще дети, убивать их не хочу». А вот Сухой… Демонстрация силы просто необходима. Пожал плечами и пошел навстречу новым знакомым.
Вокруг возник барьер, словно кокон. Жалкие попытки ударить, пырнуть не увенчались успехом, я уже приблизился к Сухому. Тот снова напрягся, аж покраснел, надеюсь, не обгадится от стараний. И перед ним появилась тоненькая песчаная защита.
Чудо, что в этих трущобах вообще есть кто-то, обладающий магией. К его несчастью, он свернул не на ту дорожку. Ударил ему в живот. Кулак прошел через защиту и уперся в мягкое пузо, я приложил усилия и толкнул.
Сухой завопил, как бешеный, и упал на колени, держась за брюхо. Люди остановились и уставились на него. Взрослый мужик орал, а потом начал блевать. Негоже на дело с полным пузом приходить. Следом пошла кровь, а звуки постепенно приглушились.
Через минуту он заткнулся и уперся рожей в пол. Все стояли молча. Я присел, чтобы проверить его пульс.
— Умер! — сказал, когда поднялся.
— Тебе конец, сопляк! — крикнул один из ребят. — Когда узнает Глеб Тимофеевич, что ты беспредел устроил на его земле, прикончил Сухого, он выпотрошит тебя, как рыбу!
— Ух ты! — сделал я наигранное удивление. — А он сильнее этого куска сала?
— Да! — ответил этот же пацан и сделал грудь колесом. — Он аристократ. Ты не спрячешься, другие паханы подтянутся.
— А когда можно встретиться с Глебом Тимофеевичем? — уточнил я.
Аристократ в криминале — это интересно и может быть полезно. Дурачок, который только что пугал, открыл рот и уставился на меня. Ожидал, что я испугаюсь?
— Валим! — взял на себя бразды правления банды самый уверенный. — Скоро, ублюдок! И Чалому с его пацанами тоже конец. Можешь передать Сяве: его сестренка на панель пойдет отрабатывать.
— Звукова пуля! — произнес я, и почти сразу голова паренька взорвалась. — Молодые люди, если узнаю, что кто-то имеет отношение к принудительной проституции — убью на месте! И никто вас не спасет! Можете передать своим паханам, или кто они там у вас? С этого момента район мой, а скоро — и другие тоже.
— Какое у тебя погоняло? — спросил другой пацан.
Точно, мне же тогда еще Филин говорил придумать что-то броское и запоминающееся. Потрошитель? Нет, длинно и слишком вычурно. Нужно что-то простое.
Солнцев-Марков Борис Иванович. Что бы такого придумать?
— Обращаться ко мне можно Симба! — ответил я.
— Симба? — повторил паренек. — Странная у тебя кликуха.
— Молодые люди, заберите тело, а то он, походу, еще обосрался. Воняет жутко, не хочу смотреть и нюхать. Другого тоже прихватите, — вежливо я попросил подчиненных Сухого.
Мою просьбу пропустили мимо ушей. Придется снова.
— Звуковые пули! — сказал я. Железную дверь выгнуло, в стенах появились дырки размером в мяч. — Повторяю: забрали быстро тушу эту, или их станет больше!
Теперь мои слова услышали. Несколько парней подхватили Сухого, по два человека на конечность, и потащили его отсюда. Без головы тоже забрали. Улыбнулся тому, что нужно было придумать новое название себя. Взял первые буквы из фамилии и инициалы, собрал слово, только еще «а» добавил.
Уселся за стол и стал ждать моих гонцов. Надеюсь, у них хватит мозгов не кинуть меня. Второго шанса я не дам.
* * *
Чалый со своими ребятами
Парни вышли из убежища и направились в сторону лавки Валерия Каргановича. Мужчина работает без отдыха и сна, всегда готов продать вещи. Он находится под крышей, и его не обносят.
— Может, кинем этого придурка? — остановился рыженький паренек. — У нас триста рублей. Дадим сотню Сухому и откупимся, покаемся, и все. А он сейчас прикончит этого пацана. Мы еще и с прикупом останемся.
— Чалый! — дернул его за рукав черненький. — Это все из-за тебя. Поперся
