Она же просто исчезла, как будто в стену вошла!
Рианет недоуменно посмотрела на подругу, но спорить не стала. Еще не хватало, чтобы кто-то услышал!
«Получается, я могу видеть сквозь иллюзию? Или просто дежурная на секунду сняла завесу? Но тогда и Дея бы увидела», — думала про себя Риа.
Поднявшись на третий этаж, подруги свернули направо. Прошли почти до конца и, наконец, оказались перед пошарпанной дверью с медной табличкой.
— Двадцать шестая, — со вздохом произнесла Рианет, — тут уже есть твое имя.
— Ты сейчас своим ключом откроешь, и твое появится, — тихо сказала Дея. — Ты не пугайся, там внутри кошмар, конечно, но мы вдвоем справимся. Я в одиночку делать ничего не стала, мало ли кого подселили бы.
Леди Дельсийе только и смогла, что невнятно промычать:
— М-м-м, ага.
— Да, я примерно так же отреагировала. Только еще бегала вокруг, воздевала руки к потолку и вопрошала «за что?» и «почему?».
Рианет только покивала. Комната, в общем-то, когда-то была уютной. Ее не портило даже слишком узкое оконце. Правильная квадратная форма, большой письменный стол на двоих, с одной лампой по центру, два стула. Две узкие постели, а напротив два шкафа, как раз по обеим сторонам от двери.
Вот только сейчас на стенах пузырилась облупившаяся краска, деревянный пол местами прогнил, железные кровати покрылись ржавчиной. Последнюю было заметно благодаря свернутым в рулон матрасам.
— А умывальня где? — растерянно спросила Рианет, боясь представить, в каком та состоянии.
— Одна на весь этаж, — вздохнула Дея, — и туалет общий. Но там много кабинок, очереди небольшие.
От новостей леди Дельсийе стало еще немного грустней. Жизнь не готовила ее к таким условиям, но…
«Привыкну, — сказала она сама себе. — Обязательно привыкну».
— Я пошлю папе вестника, — Дея потерла кончик носа, — чтобы он принес твое платье и мои вещи. И предупрежу, чтобы они про тебя молчали.
— Главное, не вестником предупреждай, — проговорила Рианет, — мало ли кто рядом будет.
Ее Императорское Величество Хестер Мерех Элеарская, прозванная в народе Неустрашимой, вывела список обязательных к изучению заклятий. Среди них был и вестник, который подруги довели до идеала всего за пару недель. А что, скучно же вечерами, так можно хоть поболтать.
— Все, — Деорис хлопнула в ладоши, — займемся комнатой? Я тут подумала, что краску на стенах уже не восстановить, так что можно просто зачистить до камня. А вот пол лучше постараться исправить, потому что зимой… Ох, боюсь, что зимой мы заледенеем.
— К зиме надо насушить сена, — огорошила подругу леди Дельсийе, — и превратить его в два ковра: готова поспорить, что стены будут ледяными.
— Сено… Сено папа привезет, пару тюков. — Дея потерла ладони и, подмигнув подруге, принялась за стену.
— Краску всю левитируй в сторону, в одну, — сказала вдруг Рианет, — есть у меня одна мысль.
Сама леди Дельсийе сняла с руки магритовый браслет и тоже взялась за очистку стен. Вдвоем подруги справились всего за час.
— Что ж, серенько, — вздохнула Деорис, — но глаза уже не так боятся.
С полом работать было немного проще. Гниль была вычищена, а сами доски сняты и приставлены к стенам.
— Я думаю, что под кроватями нам не слишком-то нужен хороший пол, — задумчиво проговорила Рианет и, поморщившись, вновь надела браслет.
Все это время она то снимала его, то вновь возвращала на запястье. Хотелось закончить с комнатой, чтобы просто… Просто перетерпеть предстоящую ночь и встретить следующий день почти здоровым человеком.
— Как и под столом, — кивнула Деорис.
Но леди Дельсийе покачала головой:
— Как раз под столом нам очень нужен хороший пол, мы же там сидеть будем! А нагревательная пластина, которая стоит под окном, очень маленькая.
В итоге обновленных досок хватило только на часть комнаты — получилась широкая линия между кроватями и под столом, этакая деревянная буква «Т».
Каменный пол заклятьями отшлифовали до блеска, затем так же натерли стены, и комната стала выглядеть даже немного красиво.
— Сена потребуется много, — Рианет потеребила свои сережки, — к зиме нужно будет многое утеплить.
— У меня не получалось смягчать сено, — вздохнула Деорис, — почему я не думала о будущем?
— Я меня получалось, — напомнила Риа, — превращение природных материалов в мягкие губчатые пластины — тема моей выпускной работы. Которую никто даже не стал читать, увы.
«Еще бы пряжи прикупить». Леди Дельсийе прикусила губу, понимая, что забор сундуков из каретного ангара — это ее единственный шанс не умереть зимой от холода.
Подруги взялись за матрасы. И, на их счастье, те оказались из тех самых природных материалов. Так что, пока Деорис зачищала ржавчину, Рианет превратила тонкие матрасики в пышные губчатые перины. Подушки подверглись тому же воздействию.
— Я пойду папу встречу, — встрепенулась вдруг Дея, когда вокруг нее закружились огоньки будильных чар. — Я условилась с ним на шесть вечера.
Рианет сосредоточенно кивнула. Она вновь вернула на запястье магритовый браслет и сейчас, распотрошив выданные в канцелярии вещи, карандашиком выписывала защитные знаки.
«В окно никто не пролезет, — отметила она про себя. — Остается только дверь. На ней уже имеются охранные чары, поэтому, чтобы не мешать, свои я размещу чуть в глубине».
Как итог — ноги незваных гостей должны приклеиваться к каменному полу, но…
«Чары напитаются моим приступом, потому что на очереди еще обновление и укрепление постельного белья».
Вернувшаяся Дея порадовала Рианет домашним ужином. Простым и сытным.
— Мама еще купила нам по кружке и отдала наш старый медный чайник. Он помят и помнит мои попытки его починить. Первый год обучения моим родителям дался нелегко: я горела желанием применять знания на практике, — Дея наморщила нос, — но получалось у меня просто отвратительно. А еще у нас теперь есть немного заварки и сухарики на утро. Но, к счастью, завтра уже мы получим паек: магия общежития передаст в столовую, что мы уже заселились.
После ужина подруги занялись постельным бельем, приготовили кровати и совсем без сил собрались знакомиться с мыльней общежития.
— Мама тебе кое-что собрала. — Дея протянула подруге один из свертков. — Ночная рубашка,
