десять лет назад. Здесь учатся те, кто никогда ее не видел… Так откуда такая звериная ненависть?!» — пронеслось в голове Рианет.
А после подошла ее очередь. Она получила пачку бумаг, ключ от комнаты и уменьшенную стопку формы.
Вещи Риа тут же спрятала: красно-черную расцветку ни с чем было не перепутать. Остальные факультеты не настолько яркие и…
— Идем. — Дея подхватила подругу под локоть. — Вальгер предупреждал не ходить по одному, но это уже после клятвы.
— Нас двое, — напомнила Рианет.
— Точно, — нервно хихикнула Деорис. — Ничего, нам бы только год продержаться, да?
— Скажем прямо, — усмехнулась Риа, — выбора у нас не будет.
Выходя из административного крыла, леди Дельсийе поймала на себе чей-то острый, неприятный взгляд. Обернувшись, она увидела седовласого мужчину с тростью.
— Не смотри, — прошипела Дея, — это профессор Моркант. Мне кажется, его ненавистью питается вся академия. Его истинная погибла у него на глазах, а он выжил.
Деорис немного помолчала и припечатала:
— Лучше б помер, всем бы проще было. Это мне Вальгер сказал.
— Вальгер?
— Что-то вроде нашей старосты курса, — кивнула Дея и прибавила шагу, — он предупреждал держаться подальше от Морканта.
Отдав декану полученные бумаги, подруги поспешили покинуть Академию.
— Послезавтра начинаются занятия, — Дея тяжело вздохнула, — страшно. Я… Мне так стыдно, но еще и радостно, что я не одна.
— Я бы не бросила тебя, — серьезно сказала Рианет. — Если бы стала арифманткой, я имею в виду.
Дея подняла взгляд на подругу и кивнула:
— Я знаю. Но это все равно было бы немного другим. Тц, давай в кусты!
По дорожке вышагивал Талборд, а рядом с ним… Один из профессоров? Темно-синяя форма и эмблема академии, но обшлага рукавов серые, а это…
— Канцелярия, — прошептала Дея. — Он что, поступает? Он же был куратором парней в школе, значит, окончил, разве нет?
— Я думаю, что он туда устроился из-за меня, — проворчала Рианет, — понимать бы только, чем я так ценна.
— На любовь его действия точно не похожи, — вздохнула Деорис, — может, дело не в тебе, а в нем? Вдруг у Талбордов есть родовое проклятье и нормальный отец дочь им не отдаст? Вот и подсуетился, гад.
А странная пара меж тем приблизилась, и подруги услышали лебезящий голос канцелярской крысы:
— Могу вас заверить, что никто с именем Рианет не поступал на факультет арифмантов.
— А на другие факультеты? — отрывисто спросил Рован.
— Вы не просили узнать и это, — пискнула «крыса».
— А сейчас прошу, — рявкнул Талборд.
А Рианет очень четко поняла, что домой ей нельзя. Либо она недостаточно хорошо просчитала свою семью, либо Талборд оказался умней.
«Что я буду делать с вещами?! Стипендия-то мне не положена! Я из знатной, богатой семьи, таким не выплачивают».
Леди Дельсийе была в ужасе. Она судорожно соображала, сможет ли она продать свои простенькие золотые сережки и хватит ли этого на одежду на год?!
— Возвращаемся, ночевать будем в Академии, — шепнула Дея, — ключи у нас есть. Я даже не спросила, какой у тебя номер.
— Двадцать шестой, — рассеянно отозвалась Рианет.
— Ф-фух, после меня никто из девчонок не поступал, — просияла Деорис, — вместе поселимся! А домой никому из нас нельзя.
— Я бы вообще какое-то время не стала из Академии выходить, — согласилась Рианет. — До клятвы — точно. Ректор-то с меня взял только малую клятву, чем подтвердил мое желание стать студенткой. А большую общую клятву мы будем давать все вместе.
— Это я помню, — кивнула Дея, — единственное, что все факультеты еще делают вместе.
Так, прячась за кустами, подруги устремились к общежитию боевого факультета.
Правда, долго они прятаться не стали: меньше всего им хотелось, чтобы будущие сокурсники поймали их за таким неблагородным занятием.
— Знаешь, может, это и к лучшему, — проронила вдруг Рианет.
— Что именно к лучшему? — Дея на ходу сорвала травинку и закусила ее.
— Что мы останемся здесь. — Леди Дельсийе мягко улыбнулась и сощурилась, пряча взгляд от яркого солнца. — Посмотрим, что там с формой. Если правильно выстроить заклятья, то ночью… Мой приступ в кои-то веки послужит на благое дело. Форма не будет мяться, грязниться и рваться. У нас все равно будет боёвка, так что…
— Я до сих пор не могу принять эту открывшуюся истину, — вздохнула Дея и выплюнула травинку, — я про приступы.
— Давай называть это «легким недомоганием», — сказала Рианет, — иначе можем влететь.
— Ты права, — согласилась Деорис и сдавленно охнула: — Это что, наше общежитие?!
Каменная коробка с узкими окнами, без балкончиков и без какой-либо растительности. Все вокруг здания было тщательно вычищено, а трава… Траву явно кто-то стриг.
— И дверь закрыта. — Деорис подергала ручку.
— Кому неймецца? — раздался скрипучий голос, и в цельном дверном полотне появилось окошко. — Новенькие?
— Да, Рианет Дельсийе и Деорис Брихт.
Окошко исчезло, и дверь приоткрылась.
— Чую ключ, но один. Но вторая есть в списках… А, нет, второй ключ тоже чую.
— Мы решили пораньше заселиться, проникнуться духом академии, — проворчала Дея.
Дверь открылась полностью, и Рианет с недоумением уставилась на молодую девушку в форме боевого факультета. Та ядовито усмехнулась и щелкнула себя по горлу, после чего проскрипела:
— Магия, чтобы те, кому не надо, не опознали дежурных по голосу. На этажи парней не ходить, к себе не водить. Кого поймают, тот пойдет мыть полы в общежития других факультетов.
Вздрогнув, Рианет представила себе последствия и поняла, что закроет их с Деей комнату всеми возможными заклятьями!
«Воистину приступ на дело пойдет», — хмыкнула про себя Рианет.
— Спасибо за предупреждение.
Дежурная что-то неопределенно фыркнула и вернулась в нишу у двери. Там у нее было несколько зеркал и удобный стул.
— Как, интересно, она почуяла твой ключ? — заинтересовалась Дея.
— У нее в нише стоит несколько зеркал, — задумчиво проговорила Рианет, — вряд ли она любуется собой все свободное время. Скорее всего, это артефакты.
— Про какую нишу ты говоришь? — удивилась Деорис. —
