— Это мой институт. Один из самых секретных объектов страны, расположен глубоко в тайге. Полностью автономен. Система экспериментальных портативных атомных реакторов обеспечивает его всем необходимым. Там я создаю технологии даже не 21-го, а 23-го века. Под тайгой огромный подземный полигон, где идут испытания атомных систем будущего. Холодный синтез, коллайдер, прототипы силовых установок космических кораблей — вот далеко не полный список ведущихся там проектов. Но всё это требует ресурсов. Поэтому некоторые прикладные технологии уже давно внедрены в жизнь многих цивилизованных народов. Японцы, китайцы, корейцы, американцы и европейцы пользуются нашими наработками, сами того не подозревая. Сложнейшая система прикрытия нашей деятельности через тысячи внешне независимых фирм — порой, с вековой историей.
Конечно, у меня есть безопасники. Но я не могу вечно сидеть в четырёх стенах, а перемещаться, подобно президенту страны, с охраной и многодневной подготовкой визитов — на это у меня просто нет времени. Ты, должно быть, слышал, как готовится визит такой особы: ближайшие кварталы по пути следования берутся под плотный контроль службы безопасности, работают противоснайперские системы, и любой блеск бинокля в окне может привести к захвату ни в чём не повинного любопытствующего. А это излишнее внимание к нашей организации. Одним словом, мне постоянно нужен рядом верный человек и скрытая группа в непосредственной близости. Во время же частных визитов к сильным мира сего или на официальные приёмы, мне просто нужен мужчина, благодаря которому я не буду белой вороной среди завсегдатаев таких сборищ. Там банально не принято приходить в одиночестве. Если же пришёл, некоторые гости могут проявить излишнюю навязчивость. Она сильно мешает делу. Если же дойдёт до драки во время какого-нибудь покушения, мужчина сможет переключить на себя внимание наблюдателей, всё можно преподнести так, будто он играл основную скрипку в победе над супостатом… Надеюсь, ты ещё не утратил нить разговора?
Я с открытым ртом смотрел на разворачивающееся на моих глазах действо. Все слова женщины сопровождались иллюстрациями. На одной записи было видно, как очищают путь президенту его спецслужбы. Даже картинка с захватом любопытствующего имела место. На приёмах к Диане откровенно клеились самые разнообразные типы, и она, вместо акцента на переговорах, вынуждена была отбиваться от особенно назойливых ухажёров. А вот моя дама самолично скручивает какого-то недоноска с массивной составной снайперкой. Выглядело это просто нелепо.
— Я всё понял, девочка. Очень красноречивые кадры. Они же все настоящие? Как ты умудрилась снять работу президентских службистов?!
— Моя организация не уступает президентской, а в части используемых технологий сильно её превосходит. Я люблю комфорт не только в быту, но и в части обеспечения собственной безопасности, поэтому прототипы работают и здесь.
— Ладно, красавица, я всё понял. Дай мне телефон. Нужно отменить тренировки, передать залы другому тренеру, указать новый путь моим ученикам.
— Твои ученики… Я знаю, это важно для людей твоего склада, поэтому не требую от тебя рвать всё. Пару часов в неделю… Даже два дня в неделю по паре часов вполне можно выкроить. Мне и самой будет полезно понаблюдать за тобой в деле. Отвлечься. Я очень уважаю тех, кто умеет передавать свой опыт молодёжи. Это жизненно необходимо для выживания человечества.
— Нет. Это мой «дао», он в основе всего. А душевную связь между учителем и учеником разорвать почти невозможно. Учитель указывает путь и учит, как по нему идти. Я укажу им путь, укажу, как по нему пройти, а тренировать тело они смогут и у других наставников. Если же понадобится мой совет — всегда есть интернет и конференцсвязь.
— Как странно… Я считала, дело в другом… Хорошо. Всё будет. Могу предложитьсвой собственный узел связи, с него вести переговоры будет куда сподручней, — женщина вдруг из деловой вновь стала игривой, прижалась ко мне всем телом, даже голову на плечо положила. — Только прошу, сильно не задерживайся. Нам ещё столько нужно узнать друг о друге; одно только моё тело хранит в себе массу секретов, которые просто жизненно необходимо разгадать как можно скорей!
— Господа, как вы знаете, место руководителя вашей службы вакантно. Сегодня пришло время исправить это упущение. Позвольте представить — ваш новый руководитель, Леон Иванович Познань. Прошу любить и жаловать. Обращаю ваше внимание, Леон Иванович наделяется исключительным правом принимать кадровые решения, согласования со мной ему не требуется, так что вы поступаете в его полное и безоговорочное подчинение. Вопросы?
Диана сидела во главе большого Т-образного стола, выполненного из натурального дерева, а потому особенно массивного. Ещё трое безопасников расположились вокруг узкой и длинной ножки буквы «Т», во внешне случайном порядке. Я единственный в кабинете стоял — аккурат за спиной и чуть правее от своей женщины.
Мой кабинет… Никогда бы не подумал, что произнесу это словосочетание. Мне куда больше подходило: «мой спортзал» — именно это сочетание звуков было мантрой, навязчивым желанием любого человека одного со мной склада. Арендовать чужой зал было дорого, не каждый тренер мог себе это позволить; многим приходилось идти на поклон ко всяким частным спортивным лавочкам, отдавая им солидную часть нажитого непосильным трудом. Зато наличие собственного зала создавало огромный простор для манёвра, не говоря уже об авторитете в тренерской среде. Собственный кабинет мне при таком раскладе был без надобности. До того самого момента, покуда в моей жизни не появилась Диана, в рабочей обстановке — Диана Андреевна Велеславская.
— Диана Андреевна, кто уполномочен ввести нового… начальника в курс дела? — намеренная пауза явно намекала на совсем иной статус протеже директора института.
— Виктор Васильевич, в вашем голосе я уловила оттенки пренебрежения и нежелания исполнять чёткие и недвусмысленные поручения. Или я ошиблась? — глаза хозяйки обожгли мужчину могильным холодом, заставили его зябко поёжиться.
— Ошиблись, госпожа директор, — службист не желал переть напролом, он посчитал достаточным одного прозрачного намёка, чтобы начальница уловила его настрой. — Я лишь высказал частное мнение. Высказал очень корректно и завуалированно.
— Хорошо, я приняла его к сведенью. С этого момента вы лично отвечаете за степень осведомлённости господина Познань. Надеюсь, совместные беседы повлияют на ваши отношения самым благоприятным образом.
— Диана Андреевна, можем ли мы ознакомиться с личным делом Леона Ивановича? Мы ведь профессионалы, нам так будет проще найти общий язык, — в разговор вступил ещё один безопасник. На этот раз говоривший не спешил перечить хозяйке. Молодой, в очочках, с длинными волосами, он производил впечатление гения из фильмов. Собственно, и направление, им возглавляемое, было очень популярным в современном кинематографе — информационная безопасность и системы слежения.
— Всю личную информацию, которую сочтёт нужным, ваш новый руководитель доведёт до вас сам. Вы, Андрей Борисович, конечно, можете добыть её без его согласия, вашей квалификации для этого более чем достаточно, но лично я не советую.
— Я понял, госпожа директор, — любопытный компьютерщик поднял руки, открытыми ладонями вперёд.
Третий безопасник так ничего и не сказал. Это почему-то показалось Диане неправильным, она предпочла спровоцировать его на откровенность.
— Павел Николаевич, я услышала почти всех своих силовиков, кроме вас. Что скажет боевой блок?
— Он ведь будет постоянно с вами, Диана Андреевна? Меня волнует только степень его подготовки. Если она на уровне — мы сработаемся. Я давно жаловался на слабое перекрытие ближней зоны, — мужчина мазнул по мне взглядом своих чёрных пристальных глаз. Наверняка ветеран какого-нибудь спецназа — вон и седых волос, несмотря на физическую молодость, хватает. Весь бок седой, словно его приласкала всамделишняя снежная королева.
