Марк повернулся к Пальметто:
— Боб, на крючке у двери висят ключи. Не откажешься взять нашу машину и съездить в супермаркет? До него всего три мили. У меня инвалидные номера, так что парковаться можешь прямо у входа. Нужны деньги — мой бумажник…
— Нет-нет. Я идиот, не догадался захватить вина. И раньше-то не отличался воспитанностью, а теперь и подавно. Вернусь через несколько минут.
У супругов был «фольксваген». Пальметто уже и не помнил, когда в последний раз садился за руль, но зажигание по-прежнему включалось поворотом ключа, так что он справился. Он отыскал супермаркет, встал на место для инвалидов и выскочил из машины, торопясь покончить с этим делом.
— А ну-ка, минуточку, мистер.
Ему даже не понадобилось оборачиваться. Приказ копа всегда звучит одинаково, вне зависимости от интонации и акцента.
— Ваша машина? — осведомился коп. Он как раз объезжал парковку в патрульном автомобиле и увидел, как этот тип, никак не похожий на инвалида, выскочил из машины, припаркованной на месте для инвалидов.
— Нет, сэр, — ответил Пальметто. — Моего друга.
— Ваши права.
Пальметто понурился. Двадцать лет он избегал этого момента. Он посмотрел вокруг. Попался. В супермаркете.
— У меня нет прав, инспектор.
Как он просил, как умолял. Он геофизик, гость научного учреждения в Марблхеде. До дома друзей всего две минуты езды.
— До полицейского участка тоже две минуты езды.
Боб Пальметто редко задумывался о еде; она для него не имела почти никакого значения. Но в тот самый вечер он отдал бы все, лишь бы спокойно поужинать с друзьями.
К тому времени, когда Мэй и Марк всерьез разволновались и позвонили в полицию, Боба Пальметто уже увезли из Марблхеда в федеральный центр предварительного заключения в Бостоне, откуда дежурный офицер уже поздно ночью позвонил по домашнему номеру некоего федерального судьи в Новом Орлеане.
— Не отпускайте его, — рявкнул судья Буше. — Я прилечу завтра первым же рейсом.
Буше досталось последнее место на утренний рейс в Бостон. Самолет приземлился, он взял напрокат машину и поехал туда, где содержали Пальметто. Его сразу же проводили в камеру.
Пальметто встретил его совершенно диким взглядом.
— Что вы здесь делаете? — спросил он и почти сразу же добавил: — И что я здесь делаю?
Буше попросил охранника открыть камеру.
— Оставьте нас на минуту.
Охранник повиновался. Судья вошел внутрь.
— Что вам известно про убийство Рут Калин? — спросил он.
— Рут Калин? Сотрудницы Декстера Джессапа?
— Тело обнаружили в ее машине… перед моим домом.
Буше пристально смотрел на собеседника, готовый заметить первые же признаки вранья.
Пальметто снова опустился на койку.
— Я ее даже никогда не видел. Я исчез, она исчезла. Я появился снова, она… Господи, теперь они и меня убьют.
Его затрясло. Ужас его явно был не наигранным.
Буше положил руку ему на плечо.
— Я решил попробовать отыскать вас прежде, чем это произойдет. Инспектор, который расследует дело Рут Калин, указал мне, что вы — единственное связующее звено между этими двумя убийствами, и намекнул, что вы, возможно, солгали мне. Я должен был это проверить, поэтому реанимировал ордер о вашем задержании. И как вас поймали?
— Я поставил машину на место для инвалидов.
— Чтоб я провалился.
По заявлению Буше Пальметто без лишних проволочек отпустили ему на поруки. Когда они шли к машине, Пальметто сказал:
— Мне нужно извиниться перед двумя славными людьми. Вы можете мне в этом помочь. С вас причитается.
Марблхед находится примерно в двадцати милях к северу от Бостона, и, когда они прибыли на место, рабочий день уже закончился. Они поставили машину перед домом друзей Пальметто и зашагали по подъездной дорожке. Марк и Мэй вместе открыли дверь со словами:
— Что с тобой приключилось? Мы так волновались!
Пальметто кинул косой взгляд на Буше:
— Вот вы им и расскажете.
Судья выдумал какую-то историю про перепутанные бумаги и о том, что, когда он узнал, что невинного человека незаконно посадили за решетку, он решил лично во всем разобраться. Марк и Мэй ему поверили и даже укрепились в своей вере в сострадательность системы правосудия.
Забирая рюкзак, Пальметто сказал:
— Марк, я ведь приехал сюда по делу. Рассчитывал обсудить это с тобой за ужином, но… — он бросил укоризненный взгляд на Буше, — мне не дали. Можно я утром заеду в институт?
— Разумеется, Боб. В любое удобное время.
Когда они шли к машине, Пальметто сказал:
— Судья, завтра мне потребуется ваша помощь. Я буду просить, чтобы мне дали воспользоваться кое-каким их оборудованием. Нужно, чтобы вы меня поддержали. Вы можете мне помочь, я вам скажу, как именно.
Они сели в машину. Буше вел ее, а Пальметто объяснял, что и почему он должен сделать.
Они нашли тихий ресторанчик, где подавали морепродукты, и проговорили до закрытия, потом сняли два номера в мотеле и продолжали беседу до поздней ночи. Буше пересказал Пальметто все, что произошло после их последней встречи: как он познакомился с Рут Калин перед самой ее гибелью, какие у него состоялись разговоры с инспектором Фитчем. Пальметто выглядел озадаченным.
— Декстера Джессапа застрелили, потому что он собирался донести на судью-взяточника. Но почему после смерти судьи убили Рут Калин? Мне кажется, она хотела попросить вас закрыть все разбирательства по поводу судьи Эпсона, чтобы она могла вернуться к нормальной жизни. А потом кто-то увидел ее той ночью рядом с вашим домом и пришел к совершенно иным выводам.
— Каким именно?
— Например, что она работает со мной.
— Нет, думаю, с вами это не связано — по крайней мере, напрямую. Она считала, что судья Эпсон, возможно, убил ее жениха, но…
— Жениха?
— Они с Декстером Джессапом были помолвлены.
Пальметто явно опешил:
— А он никогда мне этого не говорил.
— Она тоже убеждена, что ассистентку Джессапа убили. Поэтому и скрывалась. Но при этом она была целеустремленной натурой. Она собиралась так или иначе добраться до Джона Перри. В ночь перед своей смертью она отдала мне папку с документами. Там был доклад, который Декстер собирался передать в ФБР, и кое-что еще. Это кое-что напрямую связано с Перри и «Рекскон энерджи». Возможно, именно поэтому ее и убили.
Пальметто с трудом подавил зевок. Он даже сидел с трудом.
— Вам нужно поспать, — сказал Буше. — Сомневаюсь, что нынче ночью вы выспались.
— Верно. — Пальметто пошел к дверям. — Мне кажется, ответ лежит на дне океана, — добавил он.
Утром, когда они приехали, Марк уже сидел за компьютером.
— А то исследовательское судно куда-то ушло, — сообщил он.
— Вот и хорошо, — ответил Пальметто. Он сел рядом с Марком за его компьютер. — Это облегчает нам дело.
— Какое дело? — спросил Марк.
— Марк, сделай запрос на выход «Бигля» в море. Мне нужна «Люси», — сказал он.
— «Люси»? Зачем?
— Мне представляется, что судно, радиообмен которого ты перехватил, проводило противозаконные геофизические исследования морской акватории.
Буше сделал шаг вперед.
— Если у судна, о котором идет речь, нет разрешения на геологические и геофизические изыскания, выданного Комитетом по использованию, регулированию и исследованию океанских энергетических запасов Министерства внутренних дел США, тогда они действуют вразрез с положениями тридцатого тома Свода федеральных постановлений, раздел второй, параграф пятьдесят первый, пункт второй.
Оба ученых смотрели на него, подняв брови.
— Он федеральный судья, — пояснил Пальметто. — У него энциклопедические познания в области законов. Но если серьезно, Марк: мне кажется, я знаю, кто там орудует. И если я прав, они собираются сотворить на океанском дне такое, что последствия могут привести к катаклизму.
— Вуаля, — вставил Буше.
— Он каджун, — пояснил своему другу из Новой Англии Пальметто. — Они любят хвастаться своим французским. — Он повернулся к Буше. — Вот почему Перри до сих пор мною интересуется. Он боится, что я все-таки раскупорю банку с червяками, которых судья Эпсон столько лет держал под крышкой. Они обнаружили залежи гидрата метана и хотят держать это в тайне.
— Боб, — сказал Марк, — но это судно находилось в двухстах милях от берега. Это в любом случае нейтральные воды. Так что на американское законодательство им наплевать.
— Кто дает задания «Биглю»? — спросил Пальметто.
— Ну, теоретически могу и я, — ответил Марк. — Но у нас не принято отправлять судно в экспедицию с бухты-барахты. Это, знаешь ли, стоит денег.
— Марк, но речь идет о бандитах. Их надо изобличить.
— Ну, не знаю. Мне нужны убедительные обоснования.
