— Смогу ли я у тебя взять дополнительные уроки работы с чужой сущностью? — заинтересовано уточнил, наклонившись к явлению.
Чуть позже ещё позвал группу Черти, к моему удивлению, демоническими басами пропевших: Nickelback — How You Remind Me. Чертила явно умудряется использовать свои редкие выходы в материальный мир с максимальной пользой. Мои вкусы он определённо выучил. Если бы не контракт душ, то у меня было бы довольно много сомнений на его счёт.
Пускай продолжает, мне нравится.
Конечно, леди, не ожидавшая того, что ей демоны будут петь, на радостях согласилась, и я был рад, что она не понимала английский, иначе могла неправильно понять контекст выступления, — или понимала, сделав вид, что не понимает, — да и на демонический лад оно смотрелось как-то странно, но чем Чертила не шутит. Если честно, даже немного жаль, что она не просто не может покинуть своё место рождения, но и, что действительно немного печально, не хочет. По факту, у меня просто не самым стандартным (зато очень действенным) методом купили безопасность, а потом начали просто благодарить за то, что закрыл прорыв.
Не было ни чувств, ни чего-либо ещё. Как и у меня, впрочем, но явление — как личность очень приятная леди, а такие всегда приветствуются в моём внутреннем мире.
Ну, не судьба — так не судьба. Зато приятных воспоминаний предостаточно.
Конечно, на этом моя жизнь в деревне не ограничивалась, тем не менее чего-то масштабного не происходило: работал по хозяйству с дедушкой, постепенно сближаясь с ним всё больше, расширял и укреплял хрущёвку, по чуть-чуть мучался от начавших преследовать меня снов-воспоминаний о прошлом, из-за чего по пробуждению я нередко просыпался в холодном поту, продолжал искать какие-то детали жизни бабки Светы, признавая, что это бесполезно, продолжал учиться местному магичеству от Петровны (мы начали затрагивать построение этих волшебных кругов), наконец, по чуть-чуть шугал впечатлительных и очень наглых бабулек с дедульками…
Из-за этого со мной даже на эту тему поговорил дедушка.
— Витька, — вздохнул устало старый, — я же тебя просил не пугать местных. Зачем ты это делаешь?
— А зачем они плюют мне под ноги? — задал встречный вопрос, лежа на лавочке. Погода была хорошей, лавочка удобная — жизнь прекрасна. Не хватало только дивана, но я предпочитал его лишний раз не вызывать — не хотелось бы, чтобы он потерял свою изюминку. — Зачем свои кресты в лицо суют? Зачем «незаметно», — от количества сарказма в моём голосе можно было получить передозировку, — обливают меня святой водой?
Первые дни меня шугались похуже чумы, зато потом все постепенно начали смелеть и проводить ответные вышеперечисленные атаки. Диверсанты, твою мать. Скучно ходячим мумиям, вот и нарушают покой бедных детей.
— Ох… — потёр глаза дедушка Илья. — Здесь остались одни суеверные маразматики. — Ну, на этот счёт даже не знаю… — Ладно. Витька, только прошу, не убивай никого, хорошо? Поверь мне, на душе от этого проще не станет.
Я приподнял бровь, смотря в честные, добрые глаза старика.
— Не буду, конечно. — Дедушка облегчённо вздохнул, искренне улыбнувшись. — Это слишком просто.
Взгляд дедушки был очень выразительным.
В таком темпе прошёл первый месяц, а затем и второй. Домовик через мою сущность ещё не подавал сигналов, продолжая свою деятельность, поэтому я его не трогал — видел удаляющуюся далеко цепь, совершенно мне не мешавшую, иногда оценивал ситуацию через оружие из моей сущности, которое иногда пожирало разных существ, да и всё. Наверное, единственный действительно примечательный момент — в какой-то момент понял, почему у меня растут рога.
Проснулся посреди ночи, ничего не говоря вышел на улицу, подошёл к столбу и начал об него биться.
Воспоминания буквально затопили меня:
— Мы же ко-о-ореши? — спросил Четырхрукого, плывя в мраке.
На тот момент мы с ним плавали уже очень долго, и это существо перестало считать меня своим рабом — во-первых, я рос в силе, во-вторых, с самого начала вёл себя с ним практически как с другом, в-третьих, вспоминал анекдоты из дырявого прошлого — вот это и был последний и самый главный кирпичик наших «дружеских» отношений. Для местных сама концепция анекдотов была чужда, однако я терпеливо объяснял каждый из них, пока к моему «компаньону» не приходило осознание.
— Да-а-а? — удивлённо уточнил скорее полуразумный, чем разумный субъект, Четырхрукий, почесав двумя парами чёрных рук рога. — По-о-очему?
— Я вы-ы-ырастил ро-о-ога! — показал на труд последних… чёрт знает. Научился искажать энергетическое тело, сделал это уже давно, и за это время (или что-то другое) привык к ним, став считать частью себя. — То-о-олько ко-о-ореши та-а-ак де-е-елают!
Четырехрукий серьёзно загрузился, после чего кивнул. Его примитивная логика не могла найти никаких проблем в этом. Мы уже встречали по-настоящему разумных тварей, и я очень рад, что рогатый не один из них.
— То-о-огда мы-ы-ы коре-е-еши!
На моём лице появилось подобие улыбки — по факту же, чёрная пасть.
— А на-а-астоящие ко-о-ореши не оста-а-авляют вся-я-яких гадо-о-остей на ко-о-орешах, зна-а-ал? — как бы между делом уточнил.
Дабы я не сбежал и, в целом, слушался, в мою сущность Четырехрукий поместил хороший кусок себя, готовый сожрать меня в любой момент. Сейчас, чисто теоретически, могу подавить его кусок и сожрать, но в открытом бою он может меня и победить, особенно пока я буду занят пожиранием его части.
Немного подумав, «кореш» согласился и убрал из меня свою сущность, счастливый, что нашёл друга.
— А те-е-еперь по-о-ошёл на-а-ахрен, ма-а-амонт!!! — нечеловеческим смехом засмеялся, показал пару неприличных жестов, после чего скрылся в мраке.
На краю сознания услышал безумный рык боли и отчаяния.
Вынырнув из воспоминаний, видя, что чуть не сломал своей головой столб, восстановил его, после чего просто сел на землю, ухватившись за рога, давно ставшие частью меня. Если бы я тогда отрастил четыре руки и действительно начал считать их частью себя, то у меня бы и дополнительные руки начали расти.
— Какой же хренью я занимался там… — сидя в одних труселях на улице, пробормотал в лёгком отчаянии.
Почему не убрал рога после? Почему?! Мне столько времени пришлось потратить на их пилку!!!
Я же там себе после ничего больше не отращивал? Нет же? Если своё энергетическое тело трансформировать относительно несложно, то с материальным телом всё иначе — рога уже часть меня на генетическом уровне. Если изменю энергетическое тело, то рога может и перестанут расти, но, по факту, я сделаю себя не совсем полноценным. Чёртова материя более строгая к подобным изменениям…
Ещё же через какое-то время подал сигнал о помощи домовик. Я к тому моменту как раз освободился, удивившись проблемам мелкого старичка.
Как оказалось, зря я давал сверхъестественному существу, помешанному на своей любви, столько свободы.
Начнём с того, что он зачем-то отправился в Японию. М-да…
Глава 10
Сигнал о помощи я придумал довольно оригинальный — достаточно было поставить сущность под достаточно высокую температуру и продержать определённое время. Как уже неоднократно говорил, в моих возможностях чувствовать любую частицу себя на любом расстоянии, и чем она больше — тем лучше чувствую. Более того — у меня есть примерное понимание, что с ней происходит, поэтому настолько специфическое ощущение могу разобрать легко. С недавних пор так вообще имею возможность кое-как следить через себя за кем-либо — так, например, смог примерно узнать, как там да та же Юленька. Судя по мелькавшим образам, в Америке.
Земля, как говорится, асфальтом. Надеюсь, выживет.
На почве этого даже подумывал отправить свои частицы разным влиятельным политикам, чтобы начать понимать обстановку в мире лучше и, если потребуется, корректировать, но потом мне стало лень — чай, пока простой школьник, только переходящий в девятый класс. Вершитель миров, сидящий на задней парте, ага. Мамин рогатый отличник, ученик великолепной школы №666. К разным же «теневым» организациям по защите мира вообще не лез — существа мрака периодически прорываются в материальный мир, из-за чего есть ненулевой шанс того, что я могу себе как-то и спалить. Это простые недосвещенники и даже относительно могущественные говорящие не могут разглядеть мою сущность, а что касается по-настоящему сильных ребят? Сомневаюсь, что среди людей нет никого класса опасности А, если не выше. Было бы слишком скучно.
