все видные личности заслуживают места в истории. Идеи некоторых настолько опасны, что способны отравить будущие поколения.
Из закрытой литературы Храма.
Мы забрались в театр через соседнее здание.
Дарлан в очередной раз толкнул меня в темноту, мы попали в темный дом и спустились вниз. Долго плутали по катакомбам, и это было… странно. Как будто бы я должна была бояться темноты, расходящихся по сторонам звуков, неизвестности… а на деле влилась в знакомую волну и легко плыла вперед.
В какой-то момент Дарлан остановился и нащупал руками железную лестницу, по ней мы выбрались наверх и оказались в пыльной подсобке. Воздух был затхлым, я закашлялась, а Дарлан поспешил распахнуть дверь и выпустить нас в коридор.
— Ходить по катакомбам для меня было нормальным? — спросила я шепотом.
— Вполне, ты редко отказывала себе в удовольствиях.
— И я занималась расследованиями… как у меня получалось?
— Ужасно, конечно, — охотно ответил Дарлан. Опять издевался, я уже научилась отличать эти отвратительные оттенки его словесного поноса.
— Тебя послушать, так я была плоха во всем, за что бралась.
— Даже не представляешь, как близка сейчас к истине… нам сюда. Я попросил кое-кого подготовить сцену и главный зал. С улицы огней видно не будет, а ты, быть может, разглядишь что-нибудь знакомое.
— Я любила театр?
— Скорее выпивку и вечеринки, которые здесь проходили.
Информация требовала осмысления. Уважаемая альтьера, но с тягой болтаться по подворотням, умением взламывать замки, любовью выпить и повеселиться… я была девушкой мечты.
Сейчас сложно было представить себя на вечеринке, не понимая, каково это… мне виделись яркие картинки, но они мелькали и исчезали быстрее, чем получалось за них ухватиться. Я представляла себе шум, смех и музыку, но не знала, фантазия это или правда, были ли мне весело, наслаждалась ли я. Возможно, сообщив о вечеринках, Дарлан сделал именно то, чего опасался: подкинул мне легкие воспоминания. Или как он это назвал? Ложным миром? Что-то вроде того. Я живо представляла вечеринку, но не понимала, присутствовала ли на ней сама.
— Не рассказывай больше ничего, — попросила я. — Вспомню своими силами.
— Тогда прошу, — Дарлан распахнул передо мной дверь.
Я сделала шаг и зажмурилась от яркости света. После темных коридоров и улиц я почти ослепла, шагнула назад и прижалась спиной к двери. Уже закрытой — Дарлан остался в коридоре, заперев меня в одиночестве. Что ж, так будет лучше… пожалуй, чужой внимательный взгляд мне бы только мешал. Постепенно я привыкла к освещению, открыла глаза и прошла вперед.
Это место я видела, когда представляла дворец.
Тот самый расписанный потолок с золотой лепниной, балкон наверху… взгляд зацепился за этот балкон. Там бархатные кресла, позади них выход в коридор через тайную дверь, а еще небольшая лестница, по которой можно подняться под купол. Я окинула быстрым взглядом зал и приметила дверь, кажется, через нее можно попасть на этот балкон. Вскоре мои пальцы порхали по золотой лепнине, по бархатной обивке кресел, пыльной, но все равно шикарной. Счастье и горечь — что-то такое крутилось в глубине души.
Не думаю, что я здесь что-то расследовала.
Не только.
Я шагнула за тяжелый занавес к стене… где-то здесь она должна отодвигаться или как-то открываться. Подробности казались смазанными, и я ужасно нервничала из-за этой своей несостоятельности, смотрела на стену, на вид пустую и никак не выдающую наличия тайного выхода, разглядывала балкон и мучительно вчитывалась в строки на пустом листе памяти. Но эти строки были такими смазанными, что прочитать их не представлялось возможным. Обессиленно я упала на пыльное кресло и разглядывала сверху сцену до тех пор, пока не пришел Дарлан.
Он сжал мое плечо и поинтересовался:
— Как успехи?
— Тут должна быть дверь, но… ее нет.
— Ты в королевской ложе. Полагаю, искомая дверь находится выше: там есть балкон поменьше, его легко упустить из виду.
Я побежала к основной лестнице, а Дарлан занял мое место в кресле. Сверху и впрямь нашелся еще один балкон, значительно меньше, словно был рассчитан на одного человека. Двоим пришлось бы сидеть здесь в возмутительной близости… но чужие удобства меня волновали мало, а тайный выход к куполу — очень даже. Хотелось убедиться, что мои фантазии правдивы. Руки надавили на стену, и она отъехала в сторону, освободив проход. После ярко освещенного зала проход казался провалом в бездну, темным и холодным. Возможно, там не будет необходимых ответов, но… я медлила. Не из-за страха перед темнотой, а из-за горького предчувствия: ответы мне могут не понравиться.
Замешательство длилось недолго: лучше помнить горечь, чем плутать в темноте. Лучше жить, зная о совершенных ошибках, чем их повторить. А о том, что в моей жизни было немало ошибок, я уже догадывалась, поэтому без сомнений нырнула в темноту.
Коридор был коротким, закончился узкой лестницей. Я знала, что это не единственный путь, точно знала. Был еще коридор, широкий, охраняемый. И люди… по дороге к куполу было много людей. Свет, золото, красная оббивка кресел и люди… шикарные туалеты на альтьерах, мужчины в костюмах, блеск.
Это все отсюда.
Не без внутреннего трепета я толкнула неприметную дверь и оказалась под куполом. Помещение было большим, без стен и перегородок, простор и много стекла. Широкая кровать за ширмой, настолько большая, что запросто вместила бы пяток человек. Я поспешила отвести взгляд, к чему думать о какой-то кровати? И кроме нее было, что разглядывать.
Обстановка так сильно отличалась от всего того, что я уже видела… вместо холодного камня — теплое дерево, вместо узких и длинных окон сплошное стекло, вместо пустоты — детали. В открытую дверь задувал ветер, теребя края лежащих на столе тетрадей. И вела эта дверь на улицу, весь купол можно было обойти, даже это я знала. Много знаний для человека, который здесь что-то расследовал однажды… но теперь я понимала, почему Дарлан так сказал: я должна сама. Все сама. И его кривые фразы побуждают вспоминать старательнее, чтобы потом бросить в лицо всю его ложь.
Подумав об этом, я усмехнулась.
Сволочь он все равно порядочная.
Я вышла на балкон, обогнула купол, посмотрела на редкие огни города. Ветер трепал волосы и низ плаща, я держалась за перила, пытаясь понять, была ли здесь раньше, смотрела ли так же на город. А небо меж тем уже не было таким черным… Дарлан говорил, что надо торопиться. А мне так хотелось остаться здесь еще хоть немного!
Нехотя я вернулась в комнату.
Подошла к столу, села в мягкое кресло, осмотрелась… эти простые на первый взгляд
