Молли удочерили!
Больше в бумажке ничего не было – ни приветствия, ни подписи.
Офелия была потрясена. Как же ей раньше не приходило это в голову? Скорее всего, история с отцом Молли была выдумкой. Офелия замерла: если Молли не захочет узнать о своем прошлом и поискать родственников, то сестра, возможно, потеряна навсегда. Она в оцепенении посмотрела на объемистый документ, прочла несколько строчек, не понимая, что это такое. Не веря своим глазам, Офелия опять подошла к адвокату:
– Похоже, в этом конверте другое завещание.
– Можно мне взглянуть? – В голосе Мортона прозвучало неподдельное удивление.
Офелия, все еще думая о сестре, передала ему бумагу. Не следовало возлагать такие надежды на это письмо. Теперь, когда она узнала правду, ей казалось, что Молли стала еще дальше, чем прежде.
– Могу я поговорить с вами в гостиной, мисс Картер?… Простите, миссис Метаксис.
Офелия и Мортон немедленно очутились в центре внимания, и в комнате установилась тишина.
Офелия тупо наблюдала, как Доналд Мортон подошел к одному из юристов. На лице того отразился ужас, и он быстро направился к своим коллегам.
Офелия с трудом узнавала гостиную. Вместо бедности и беспорядка – красивые картины и шикарная мебель. На окнах висели потрясающие шторы. Она закрыла лицо руками. Офелия наконец осознала существование другого завещания. Какое еще испытание придумала Глэдис Стюарт? Если второй вариант завещания подписан позже первого, то отменяет его.
– Офелия… – Лисандер с каменным лицом вошел в гостиную и направился к ней. – Что происходит? В чем дело? Второе завещание?!
– Я не знаю… Я правда не знаю, – напряженно ответила Офелия, стараясь не смотреть на него и не вспоминать, как его чувственный рот флиртовал с ее ртом.
Лисандер удержал ее за руку, когда она попыталась уйти. Офелия встретилась с его вопросительным взглядом, вспыхнула и высвободила руку. Она подавила влечение, которое испытывала к нему, растоптала, как искру, которая грозила разгореться в большое пламя. Пусть ее палец украшает кольцо, но, по сути, оно ничего не значит.
– У миссис Стюарт, похоже, было другое завещание, составленное в лондонской фирме. Оно подписано, заверено, и у него более поздняя дата, чем у первого документа, – сообщил Доналд Мортон.
– Это означает, что первое завещание теперь не имеет силы, – решительно заявил Лисандер.
– По этому завещанию, мистер Метаксис, вы не являетесь наследником, – добавил адвокат.
– И что в этом завещании? – хмуро поинтересовалась Офелия и опустилась на ближайший стул, потому что ноги не держали ее.
Все поместье бабушка оставила ей одной.
Лисандер стоял, не говоря ни слова, и смотрел на свою теперь уже жену. А Офелия не могла поднять глаза. В состоянии шока она сидела на стуле, как крошечная фарфоровая кукла с детскими голубыми глазами. Но Лисандера это не впечатлило. Конечно, она знала о втором завещании! И тот факт, что он был вынужден действовать быстро, оказался Офелии на руку. Лисандер ослушался совета юристов и ускорил свадьбу. Если бы его команда все проверила, возможно, раскрылись бы факты, которые дали бы Лисандеру время для размышлений, либо в поле зрения попали бы дела миссис Стюарт с другой юридической фирмой. Но что случилось, то случилось. Следует быстро реагировать на новую ситуацию. У Лисандера всегда был план на случай непредвиденных обстоятельств.
К ним подошла команда юристов. Ситуация обсуждалась на греческом языке. Когда же адвокаты стали спорить на двух языках, Офелия встала и вышла из комнаты. Она была поражена жестоким коварством бабушки и вспомнила триумфальный прогноз Глэдис Стюарт: «Мадригал-Корт» принесет внучке исполнение всех надежд и желаний. Но Офелия мечтала только о том, чтобы найти свою сестру, и о свободе, стремясь добиться успеха в жизни. Ее шокировало, что она невольно стала инструментом мести бабушки. Пожилую женщину не волновало, кто может пострадать, когда она нанесет смертельный удар Метаксисам. Она свела свою внучку с сыном своего заклятого врага. Конечный результат бесспорен – Лисандер Метаксис женился на Офелии без всякой пользы для себя.
Теперь Офелия – единственная владелица «Мадригал-Корт»! Но вместо радости она ощущала невероятной силы чувство вины. Учитывая предыдущее завещание, Лисандер ждал, что она продаст ему свою долю дома, и Офелия не позволила бы себе поступить иначе. Но теперь все переменилось. Теперь, когда весь дом принадлежит ей, у нее появился выбор. Безрассудное ощущение вызова уже бурлило в душе. Удастся ли ей превратить «Мадригал-Корт» в выгодное предприятие, чтобы сохранить наследство? И что вообще ей теперь делать, черт возьми?
Гости разъехались, в доме установилась зловещая тишина, когда Офелия наконец поднялась из кухни. Стало уже темно, на стенах горели красивые новые светильники. Офелия приглушила их яркость и вздрогнула, понимая, насколько глубоко укоренилась в ней привычка экономить деньги. Лисандер расположился у огромного камина в гостиной. Она резко остановилась, потому что все еще не знала, каким будет ее окончательное решение.
– Куда ты исчезла потихоньку? – прозвучал его резкий голос.
– Я никуда не исчезала! – ощетинилась Офелия. – Мне нужно было все обдумать.
Лисандер пристально посмотрел на нее. В его глазах был ледяной холод. Ей еще предстоит узнать, что удару он противопоставляет удар еще большей силы. Она не сможет его победить, никому это не удавалось, хотя многие пытались. Его взгляд задержался на соблазнительно пухлых губах, потом скользнул по высокой груди, обтянутой шелком свадебного платья. Он помнил ее на вкус и на ощупь. В паху стало жарко, и обжигающее желание пересилило гнев.
Офелии было ужасно неловко, она по-прежнему чувствовала себя виноватой, хотя понимала, что не сделала ничего дурного.
– У вас есть все основания злиться. Мне жаль, что так получилось.
Лисандер перевел свой холодный презрительный взгляд на стакан с бренди в руке. Он не сомневался, что Офелия решила получить за дом максимально возможную цену. Любопытно, как она почувствует себя, когда осознает, насколько бессильна на самом деле. Девица упустила одну деталь: она – его жена.
Напряженная тишина подавляла и заставляла Офелию нервничать. Когда стало совсем невмоготу, она заговорила:
– После того как мать осталась брошенной, бабушку преследовала идея наказать вашу семью. Возможно, я недостаточно серьезно отнеслась к этому, возможно, не представляла, что она может сделать. Я даже не думала, что она способна зайти так далеко…
– Теперь слишком поздно лгать. Ты не могла не знать, что завещаний – два. В спектакле, поставленном твоей бабушкой, тебе была отведена звездная роль. Все устроено к твоей выгоде.
