предвкушающая улыбка, словно ещё немного, и весь мир падёт к их ногам!
Что за игры?!
С каждой секундной мне все больше становится не по себе. В голове зарождаются довольно неприятные картины с распятием рук, кровью и прочей ужасающей атрибутикой. Всё это напоминает мне фильмы про еретиков и прочих любителей проведения сумасшедших ритуалов, с обязательным жертвоприношением!
И похоже внутренняя интуиция меня не подводит…
Мужчина подносит кинжал к руке мальчика и, коснувшись его кожи, начинает медленно выводить на ней замысловатые закорючки, так напоминающие древние иероглифы. Не проходит и минуты, мальчик начинает истошно кричать. Однако все продолжают уныло заниматься своими делами! Так, словно они стоят в очереди за хлебом! Когда от рук мальчика начинает исходить легкий, искрящийся дым, а кожа становится невероятно красной, словно по ней проехались утюгом, мужчина довольно кивает.
Господи, да он ведь сейчас получит ожог!
Я не выдерживаю очередного душераздирающего крика. Особенно последней каплей в чаше моего терпения становится – кровь! Кровь, которая медленно стекает с его рук, по запястьям, капая на пол. Дергаюсь в сторону. Однако меня резко утягивают назад, крепко ухватив за руку.
Перевожу недоумевающий взгляд на того, кто осмелился меня остановить. И даже не удивляюсь, когда натыкаюсь на хмурого декана, который едва покачивает головой и говорит мне: «Не дёргайся».
Надо ли говорить, что в этот момент внутри меня всё закипает от злости!? Да я готова разнести эту богадельню, только бы помочь рыжему!
Как так можно?!
У них вместо сердец – камни?!
Только вот не успеваю что-либо придумать, крик прекращается.
Я приглядываюсь и моему удивлению нет предела! На лице парня расцветает улыбка, а слёзы больше не стекают мокрыми дорожками по щекам. Перевожу взгляд на его руки. Следы огненного, красного цвета сошли, а выведенные иероглифы начинают превращать в золотые узоры, которые сливаются в единый рисунок.
Мужчина что-то тихо ему говорит, и парень, довольно кивнув, опускает руки в чашу с водой, которая появляется так же внезапно. Через секунду улыбка рыжеволосого становится ещё шире, когда на своих руках он видит золотые переплетения, в виде могучего дерева. При этом его кожа становится прежнего розовато-белого оттенка.
«Красиво…» — всё же думаю я, понимая, что данный обряд схож с походом в тату салон. Правда даже там - люди так не кричат.
Действительность происходящего не желает укладываться в моей в голове. В особенности, когда я окончательно понимаю, что мне предстоит пройти тоже самое. Надо ли говорить, что данное открытие заставляет меня не только напрячься, но ещё и моё сердце биться, как никогда прежде?..
Я неосознанно, хотя почему – неосознанно? Скорее осознанно отступаю назад. Так сказать: поближе к выходу.
Может, ну его, эту магию?
И без неё как-нибудь выживу. Стану портнихой какой-нибудь или кондитером? Сладкое я люблю. Шить умею. Почему бы и нет?..
Я разворачиваюсь и делаю несколько шагов, в направление выхода, как меня ловко хватают за запястья, заставляя развернуться и впериться взглядом в глаза напротив.
— Далеко собрались?
— Н-нет. Просто… Воздухом подышать. Как-то у вас здесь душновато, — нервно блею я, словно овечка, и собираюсь дать дёру. Только у меня снова не получается! Мою руку сжимают с ещё большей силой, заставляя меня зашипеть от боли и гневно посмотреть на мужчину.
— Осталось недолго. Уж потерпите, — насмешливо произносит бездушный декан, и меня рывком притягивают к мужской груди, одарив холодным, изучающим взглядом, от чего мои губы невольно приоткрываются в недоумение, когда мужчина, вздохнув, резко отпускает меня, вернув на прежнее место.
Вот ведь...чёртов некромант!
Интересно, они все такие несносные или только этот - такой особенный?!
— Твой дар - целительство, — вдруг слышу я со стороны и перестав испепелять мужчину взглядом, вновь обращаю всё своё внимание на обряд. — Да прибудет с тобой истинная сила исцеления и сама жизнь. И пускай путь, на котором будут спасены многие жизни, во имя святой Михаэль, станет твоей звездой.
Мальчик улыбается, что-то тихо сказав ему, и, поклонившись, уходит к матери. Та одобрительно хлопает его по плечу, погладив по голове. А затем они уходят.
Эх… Счастливчики. Кто бы меня отсюда забрал? Хотя, стоп! Чего это я расклеилась!?
Ну, подумаешь какой-то обряд! Ничего! Бывало и хуже!
«Так, Золотарёва, соберись! Настал твой час-Х!»
— Виктория, ваша очередь… — произносит ректор те самые слова, одарив меня подбадривающим похлопыванием по плечу. Я сглатываю вязкую слюну. — Будет...немного больно, но поверьте такую боль можно вытерпеть. К тому же я уверен, что после обряда, вам будет уже не до боли. — Он улыбается и слегка подталкивает меня в сторону мрачного незнакомца, поскольку я не очень-то спешу узнать свой дар.
Мамочки!..
3.2.
Если бы вы только знали, как в данный момент у меня дрожат колени! Внутренности скручиваются в большой, тугой узел! А руки так сильно трясутся, что можно подумать, будто бы я алкаш со стажем! Того и глядишь: начнёт шатать в разные стороны!
Думаю, вероятность того, чтобы упасть в обморок еще до того, как начнется обряд…равна примерно ста процентам! Но, черт! Потратить столько сил и времени, чтобы потом трусливо поджать хвост и просто сбежать? Ну уж нет! Только не я!
Однако… Как же все-таки страшно!
И...кровь…
А-а-а, я ненавижу кровь!
НЕ-НА-ВИ-ЖУ!
У некоторых людей есть непереносимость лактозы. Так вот у меня практически всё тоже самое! Только непереносимость КРОВИ! От одного её вида уже бросает в холодный пот…
Бр-р-р…
— Протяни руки, дитя, — слышу едва тихий, но такой замогильный голос, что в мыслях невольно появляется: «А не зомби ли проводит обряд?!».
И если это так, то сейчас они будут выносить мое бездыханное тело! Либо… либо у меня начнется истерика и тогда придется уже выносить всех, кроме меня - ангелочка, поскольку я стану фурией!
Я сглатываю и послушно вытягиваю свои дрожащие руки вперед, ладонями вверх, засунув при этом негативные мысли в самый дальний чулан под названием «Некромант вам, а не мой страх!», стоит мне увидеть, как губы декана расползаются в насмешливой ухмылке.
Ух! Смешно ему видите ли!
Чтоб ему нежити побольше, да попроворнее!
Мужчина без промедления подносит к моей коже тоненькое, но такое острое лезвие кинжала, и начинает выводить те же самые иероглифы. Я всё же не сдерживаюсь и кричу.
Это невыносимо больно!
Осознание того, что на твоей коже выводят непонятные символы, без какого-либо обезболивающего - приводит меня в панический ужас! К тому
