class="p1">- Вы знаете, что происходит? - поинтересовался Антон у провожатого, с трудом поспевая за ним. Тот обернулся, бегло осмотрел его, потом пошёл дальше. Ещё быстрее. Даже в золотистой полумгле было заметно, как дрожат его крохотные ручонки.
- Вам ответить честно?
Бойченко с Кимико переглянулись: лицо той помрачнело.
- Э-э-э... желательно.
- Я понятия не имею, что здесь творится. Вы не представляете, как я напуган - за всю историю Дронариума подобное здесь впервые. По крайней мере, в летописях об этом ни слова... - администратор взглянул на Антона снизу вверх и поднял палец к потолку. - Вы наверняка заметили, какая у этого места необычная аура. Все, попавшие сюда, чувствуют себя намного спокойнее. Это будет не самое лучшее сравнение, но прибывшие здесь как под действием транквилизаторов. Никакого вреда и зомбирования; всё на благо общественного порядка и душевного равновесия. Из-за этой ауры тут никогда не возникало инцидентов. Ни насилия, ни убийств. Даже ссоры здесь редкость, разве что кто из новоприбывших детишек повздорить может... В данный момент аура не работает. Последствия могут быть весьма плачевными.
- И почему она вдруг вырубилась, эта ваша аура?
Администратор слегка усмехнулся, не разнимая губ; улыбкой отчаяния и безысходности.
- Спросить у местного, почему отключилась аура, равноценно тому, что спросить у кого-нибудь из землян, почему потухло Солнце... Теперь понимаете, о чём я? Её наличие здесь - нечто само собой разумеющееся. Аксиома.
- Выходит, что не такая уж и аксиома, - язвительно уколола Кимико.
Бойченко взволновался не на шутку: он, как всегда, умудрился затесаться в компанию проклятых. Даже на том свете. Впрочем, ничего удивительного - он уже начинал привыкать к своей способности притягивать проблемы. Администратор оказался на удивление многословным, и Антон решил использовать эту возможность, пока не стало поздно.
- А что находится за дверью?
- Когда вы прибыли? Недавно? - вопросом на вопрос ответил мальчик.
- Сегодня, - подтвердил Антон. - Часа два назад, что-то в этом районе.
- Придя в себя, вы очутились в Покое Прибытия. Это тот самый зал с плитами. Как вы уже, наверное, подсчитали, всего этих покоев в Дронариуме десять. Люди, появляющиеся в каждом из них, умерли в разных временных промежутках. Какой был год, когда смерть настигла вас?
- Шестнадцатый. В смысле две тысячи шестнадцатый.
- Значит, вы прибыли сюда через второй храм. Наш Дронариум принимает людей из двадцать первого века. Такая система вполне логична - уверен, помимо нашего Дронариума существует множество других таких же. Не так давно... даже не знаю, как долго: со временем тут тяжело, оно мало кого интересует...
- Насчет этого я в курсе, - вставил Бойченко, стремясь услышать суть.
- Когда-то давно три последних Храма Прибытия, отвечающих за три десятка лет перед двадцать вторым веком, начали пустовать. Люди просто перестали там появляться. Ни одного человека. По Дронариуму поползли слухи, что там, на Земле, наступил конец света. Но согласитесь: если бы все погибли, они бы оказались здесь. Тогда как это объяснить? Смертные сумели побороть время и стали бессмертными? Что бы там ни было, Синклит Квазариан принял решение запереть их. Все уже давно позабыли про них, но тут... Кажется, блудные сыновья решили вернуться.
Краткий экскурс в сложившуюся ситуацию напомнил Антону о книге, припрятанной во внутреннем кармане. Он восстановил в памяти главу, в которой та, кто шагает в двух метрах от него, вышла на связь со старшей копией и увидела собственную погибель. Мрачный образ умирающих на той видеозаписи людей предстал пред ним подобно жутким триптихам Иеронима Босха. Антон передёрнулся от страха как раз в тот момент, когда Кимико потянула его за рукав.
- Читал, когда в «Союзе» я?.. - спросила она, но он даже не дал ей закончить вопрос:
- Только-только об этом вспомнил.
- Надеюсь, эти события не связаны.
- Я тоже.
- Ты только не думай о плохом, Антоша. Помни, что я рассказывала: теперь твои мысли способны оживать.
- Понял... Постараюсь...
* * *
Невзирая на тех, кто пытался как можно скорее смыться из атриума, у арки, в которую не переставая что-то ломилось, скопилось немало любопытных. Люди толпились в ста шагах от врат, но подходить к ним ближе остерегались. Антону вспомнилась Оранжевая Революция: всё это скопление напомнило ему митингующих на Майдане. Крики, голоса и споры не утихали.
- Я знал, что они вернутся! Я знал!
- Может, нас заберут отсюда?
- Держи карман шире - как бы нам подвинуться не пришлось.
- А вдруг Господь решил объединить Дронариумы?
На фоне всей этой ватаги выделялись несколько людей в белых хламидах с капюшонами. Одеяния их походили на плащи греческих жрецов. Антон сразу понял, кто эти люди: он впервые увидел в Дронариуме взрослых администраторов. «Видать, кто-то из верхушки». Почему-то это придало ему смелости. Быть может, это было всё то же влияние толпы; быть может, нахождение рядом Кимико. Мальчик, который сопровождал их, взбежал по ступенькам на смотровую площадку с деревом и полукруглым фонтаном. Забрался на одну из скамеек. Не глядя на то, что ростом он мог сравниться разве что с гномом из Белоснежки, паренёк выглядел так, словно от него зависят жизни всех этих людей.
- Если бы аура работала, никто бы здесь не остался. Их любопытство пугает меня.
Антон почувствовал зудящую между лопатками неуверенность; он колебался, хотя сам не знал, перед чем. С одной стороны, он хотел узнать, что же там, за дверью, напрашивается к ним в гости. Он хотел увидеть что-то, что заставило бы его ощутить себя равноправным участником всех этих книжных событий. Не обязательно что-то плохое. С другой - ему было жутко находится здесь. Впервые.
Вскоре Атриум заполнился почти полностью. Прибежавшие даже из жилого сектора люди ожидали зрелища; в тёплом и спёртом воздухе витала нетерпеливость. Давление толпы усиливалось. В глазах некоторых мелькали вопросительные знаки, в глазах других - многоточия. Разговоры и обсуждения, споры и возмущения - всё это образовывало единый шумовой ландшафт, который наряду с вращающимися аварийными лампами создавал гнетущую, бесящую своей медлительностью и неторопливостью, атмосферу.
- Что бы
