– Имя, какие-то подробности о нем. Может странно, с акцентом, говорил?
– Нет. Ничего такого. Может, он Толстому Жерару что-то сказал? – предположил Жан.
– Господа, мы согласны заплатить хорошие деньги за наши… – начал было просить нас Роже, но я его перебил:
– Кончай!
Меня снова удивил шевалье. Луи, восторгавшийся пейзажами во время нашего путешествия и воспевавший в своих песнях любовь и благородство, сначала быстро и хладнокровно перерезал глотку бандиту, а потом, обыскав труп, забрал кошелек. Я сделал то же самое, вот только в отличие от него у меня не было его веры в человеческие добродетели, зато я был хорошо знаком, в той жизни, с большей частью смертных грехов.
«Впрочем, и в этой тоже», – подумал я, тщательно вытирая свой кинжал об одежду мертвеца.
Еще раз прислушавшись, мы постарались как можно быстрее уйти с места преступления. Вернувшись на постоялый двор, решили, что нам не стоит задерживаться в этой гостинице и уже завтра, с самого утра, съехать. Шевалье все это время молчал, видно ждал, что я ему все объясню, а не дождавшись, спросил:
– Мой друг, ты мне ничего не хочешь сказать?
– Я же предупреждал тебя, Луи, что еду по делам, а значит, для веселья времени не будет.
– Это у тебя такие дела? Причем в самый первый день нашего приезда. Боюсь даже представить, что будет дальше, – он помолчал, испытующе глядя на меня, но не дождавшись какой-либо реакции, продолжил: – Не хочу навязывать себя, но если у тебя неприятности, ты так и скажи. Мы не друзья, но раз я считаюсь твоим учителем, а ты мой ученик, то ты под моей защитой. Надеюсь, ты не хочешь меня обидеть своим недоверием?
Он говорил серьезно и, похоже, уже начал сердиться.
– Луи, это государственное дело, – увидев, что шевалье нахмурился, я поспешил добавить: – Если мне придется схватиться с врагом лицом к лицу, то, клянусь своей честью, ты будешь стоять со мной, плечом к плечу. Договорились?
Шевалье помедлил, пытаясь найти подходящие аргументы, но не найдя, сдался:
– Хорошо, но ты поклялся.
Открылась еще одна грань человека-дворянина. Он был готов обнажить оружие и вступиться за человека, которого знал чуть больше недели. Как это назвать, если не рыцарской честью? Еще мне понравилось, что Луи не стал меня ни о чем расспрашивать, хотя с его большим жизненным опытом должен был понимать, что от политических игр надо держаться как можно дальше. Если и прилетит, то будет не так больно.
Наутро мы разъехались по разным гостиницам, договорившись время от времени встречаться.
Меня предали и продали, что не являлось ни новостью для меня, ни поводом для переживаний, зато теперь я точно знал, что расшифрован. Сведения обо мне опоздали в Бурж только на несколько часов, но надо признать, что я не сильно торопился в дороге. Сразу появилось предположение, что весть о шпионе была передана с королевским курьером, что означало прикрытие местной шайки на высшем уровне.
Главное для таких, как я – подготовка и информация. Находясь на чужой территории, приходится непрерывно изучать и анализировать окружающую обстановку, чтобы правильно оценивать степень опасности. Бдительность помогает реагировать на внешние угрозы, расставить приоритеты и оценить риски, а для того, чтобы свести риск к минимуму, агент должен уметь «оставаться в тени», то есть быть невидимым для противника. Вот только сейчас я потерял свое главное преимущество, так как обо мне уже здесь знают и, в чем я уже не сомневаюсь, готовят облавную охоту. Правда, был шанс, что стоит им узнать о провалившемся покушении, мои враги могут просто свернуть все операции и лечь на дно. Пока новости не дошли до противника, мне надо было срочно навестить посредника, Толстого Жерара, хотя особой надежды у меня на него не было, так как в таких делах обходятся без имен и представлений.
«В любом случае начинаю обрастать связями, а значит, дело сдвинулось с мертвой точки», – усмехнулся я про себя и с самого утра отправился в таверну, где должен был находиться посредник. Для начала я решил посмотреть на него, а уже потом решать, с какой стороны к нему подходить. Деньги, угрозы или прямое насилие.
Таверна по своему внешнему виду, исходя из моего опыта посещения подобных заведений, выглядела на троечку. Правда, тростник, лежавший на полу, был свежий, да и на хозяине заведения был относительно чистый фартук, но при этом здесь не пахло душистыми травами и копченостями, так как все, несмотря на открытые окна и двери, перебивал запах пива и чеснока. У стены, в самом конце зала, сидела компания из трех человек, игравшая в кости. Если исходить из того, что здесь находилась своего рода бандитская штаб-квартира, то эти уголовники, скорее всего, представляли собой группу силовой поддержки. Меня они обшарили взглядами с ног до головы, но ни слова, ни жеста в мой адрес с их стороны не последовало. В свою очередь я быстро огляделся и сел за стол у открытого окна, чтобы иметь возможность ненавязчиво наблюдать за посредником. Толстый Жерар, некогда мощного сложения мужчина, сейчас представлял собой кучу жира, расплывшуюся на широкой деревянной лавке. Перед ним на столе стоял кувшин и кружка, к которой он время от времени прикладывался, а также тряпка, которой он вытирал с лица и шеи пот. Я заказал пирог из кролика и вино. Единственный вывод, который пока можно было сделать, глядя на посредника, заключался в том, что у того хорошо варила голова. Во-первых, он не окончил жизнь на виселице и не был убит в пьяной драке, во-вторых, он и сейчас имел определенное влияние, хотя бы потому, что прямо сейчас что-то негромко втолковывал трем головорезам, сидевшим напротив него, а те его внимательно, не перебивая, слушали.
«Если у него есть мозги, значит, он сначала меня выслушает, потом прикинет, насколько это дело ему выгодно, после чего уже начнется торговля. А вот угрожать ему, пожалуй, бесполезно».
Мне повезло, что, когда я пришел, разговор за столом Толстого Жерара заканчивался. Когда бандиты ушли, я уже доел пирог, а вино мне не понравилось, поэтому допивать его не стал. Обвел взглядом зал и неожиданно наткнулся на внимательный и ощупывающий взгляд посредника, который как бы говорил, кто ты такой, парень? Причем встретившись со мной глазами, он не отвел взгляда.
«У толстяка, похоже, хорошо развита интуиция. Сразу понял, что я не обычный посетитель».
Поднявшись, кинул пару мелких монет на стол, потом подошел к столу Толстого Жерара и сел напротив него. Тот криво усмехнулся, но при этом было видно, что напрягся. От него шел острый запах пота и кислый запах грязного белья, поэтому пришлось сделать определенное усилие, чтобы не поморщиться. Его лицо, как и тело, было рыхлым и оплывшим, но взгляд при этом оставался живым и острым. Здороваться я не стал, да и он тоже не произнес ни слова. Посетителей в зале было немного. Игроки в кости и несколько посетителей, занятые едой.
– Так что тебе надо? – наконец спросил он меня.
Причем в его голосе не было ни злости, ни угрозы и, хотя он прозвучал как бы спокойно, в нем чувствовалась нотка беспокойства.
– Ответь мне прямо и честно на один вопрос. Я хорошо заплачу.
– Говори.
– Тебе заказали меня убить. Роже и Жан, они так себя назвали, – теперь толстяк еще больше напрягся, но при этом в его взгляде читалось любопытство, к тому же, судя по его реакции, он уже знал о их смерти. – Мне нужно имя заказчика.
– Знаешь, как эти парни себя называли? Торговцы смертью. Это Жан придумал. Славный парень. Он ведь когда-то был актером. Мои друзья любили красиво поговорить и хорошо одеваться, но при этом свое дело знали и приносили мне неплохой доход, – при этом его голос по-прежнему был бесстрастен, не чувствовалось ни малейшего следа эмоций.
– Сочувствую твоей утрате, – усмехнулся я, – но тут или они, или я.
– Понимаю. Вот только чем ты докажешь, что это ты их убил, парень?
– Я не собираюсь ничего доказывать. Мне просто нужно имя того дворянина, который меня заказал.
– Так дела не делаются, господин хороший, – тут он бросил взгляд поверх моего левого плеча и негромко крикнул: – Огюст!
