Фиона обработала раны настоем из целебных трав, их вид произвел на нее тяжелое впечатление. Именно после этого в ее памяти ожили страшные воспоминания и она стала опасаться ночных кошмаров. Ей стоило большого труда сдержать себя. Фионе хотелось бросить все и бежать из Олтона, бежать от проклятого прошлого, бросив Брэдана на произвол судьбы.
Но она справилась со своим малодушием и решила быть мужественной и пройти этот путь до конца, куда бы он ни вел. Раны Брэдана убедили ее в том, что он говорил чистую правду о своих намерениях и опасности, угрожавшей его сестре. Да, Дрейвен мог нанести такие раны. Фиона хорошо знала этого негодяя.
Дрейвен действительно был страшным человеком, он упивался мучениями своей жертвы и старался причинить ей как можно больше страданий.
Паника охватила Фиону, она изо всех сил старалась забыть Кендрика де Лейси, не думать об этом человеке. Но его образ снова и снова помимо воли возникал перед мысленным взором.
Фиона пыталась навсегда избавиться от Дрейвена. Она убедила себя в том, что если уедет подальше от него, изменит внешность и вернет себе прежнее имя, то навсегда оставит этого человека в прошлом. Ее приводили в дрожь воспоминания о его прикосновениях, его соблазнительных чарах. Он был словно одержим ею, и это приводило Фиону в ужас. Кровь стыла в жилах, когда она представляла новую встречу с этим чудовищем.
Это был настоящий змий-искуситель из Священного Писания — соблазнительный, лживый, отталкивающий и в то же время манящий.
Брэдан беспокойно заворочался во сне, из его груди вырвались хрипы. Фиона, быстро встав, поспешила к больному. Она подвинула табурет поближе к койке, наклонилась, потрогала его лоб и с облегчением вздохнула, не ощутив жара.
Прежде чем поправить одеяло, она взглянула на перевязанные раны Брэдана. На повязках не было крови, значит, раны заживали. Вскоре на месте порезов на груди и руках Брэдана образуются шрамы. Все его сильное, мощное тело было испещрено рубцами — следами боевых ран. Фиона не знала, в каких битвах и сражениях принимал участие этот рыцарь. Он не рассказывал ей о своем прошлом, и ему вряд ли будет приятно узнать, что она раздевала его и видела шрамы. Впрочем, теперь уже ничего не изменишь.
Фиона поднесла к губам больного чашку с настоянным на лекарственных травах вином и заставила его сделать несколько глотков, наблюдая за тем, как он глотает. Вскоре дыхание Брэдана снова сделалось ровным.
По всей видимости, его недавнее беспокойство было вызвано приснившимся кошмаром.
Фиона снова присела у очага, откуда ей было удобно наблюдать за больным. Он лежал неподвижно в комнате, погруженной в полумрак. В этот предрассветный час в доме царила тишина. Лицо Брэдана хранило безмятежное выражение, но Фиона была уверена, что всего лишь несколько минут назад ему снились кошмары. И его ночные мучительные видения, несомненно, были связаны с Дрейвеном.
Закрыв глаза, Фиона дотронулась до своего шрама, который находился на ее груди и был прикрыт одеждой. Он имел форму сердца. Она вспомнила ту ужасную ночь, когда Дрейвен подверг ее унижению. Тогда он вел себя как настоящий изверг. Вообще-то о терпении Дрейвена в обращении с женщинами, которых он выбрал для обучения искусству обольщения, ходили легенды, но в ту ночь его знаменитое терпение лопнуло и он решил строго наказать Фиону. Дрейвен, который всегда гордился тем, что ему не надо прибегать к силе, чтобы заставить женщину делать то, что он хочет, связал ее и подверг истязаниям. Он стремился добиться от нее полного послушания.
Да, Дрейвен умел очаровать и обольстить женщину, он всегда наслаждался властью над слабым полом. Он был хорош собой и опытен в любовных утехах. Дрейвен доводил свою жертву до экстаза и, сломив ее волю, полностью подчинял себе. Однако Фиона, несмотря на свою молодость, очень долго не сдавалась. И это только разжигало аппетит Дрейвена. Постепенно она стала его навязчивой идеей, и он не отпускал ее от себя, пытаясь разбудить в ней чувственность.
И в конце концов Фиона уступила его домогательствам. Она стала послушной игрушкой в его руках, выполняла все его прихоти и приказы. Она даже участвовала в постыдных спектаклях, целью которых было надувательство клиента. Клиент думал, что спит с Фионой, а Дрейвен между тем подкладывал ему в постель другую женщину. Он хотел безраздельно владеть прекрасной Гизеллой и ни с кем не делиться ею. Дрейвен сообщил ей об этом, когда срок обучения Фионы уже подходил к концу. И она поняла, что им движет не благородство, а безумное физическое влечение к ней.
Когда наступило время переводить Фиону в бордель, Дрейвен поселил ее у себя в замке Чепстон. Однако алчность заставила его разработать хитроумный план. Тогда-то он и придумал, как ему торговать телом Фионы таким образом, чтобы она при этом оставалась верна ему и спала только с ним.
Этот план казался Фионе отвратительным, и она еще больше возненавидела Дрейвена, обладавшего изобретательностью и блестящим умом. Она презирала его за то, что он использовал ее в своих корыстных целях, за ложь и подлость, за то, что он превратил ее в Леди в алом. Дрейвен был бездушным и холодным и не вызывал у Фионы никаких положительных эмоций, даже когда она притворялась, что отвечает на его ласки. Да, он был опытен и искусен в постели, но Фиона не испытывала к нему ничего, кроме отвращения. Ее холодность и сдержанность в конце концов вывели Дрейвена из себя, и он подверг ее унизительному наказанию.
Вспомнив ту жуткую ночь, Фиона почувствовала, как у нее перехватило горло. Она тряхнула головой, чтобы отогнать страшные мысли. Никто не знал, что именно ей пришлось пережить в прошлом, кроме нее самой, Дрейвена и Уилла. Фиона понимала, что, если она расскажет кому-нибудь подробности своих злоключений, ей вряд ли поверят. Ее рассказ скорее всего примут за выдумку или за желание оправдать себя. Окружающим было намного проще считать Леди в алом падшей женщиной. И она никогда не оспаривала этого мнения. Ведь по существу люди были правы. Она действительно навеки погубила свою душу и считала, что настоящая любовь ей недоступна. Дрейвен отравил ее своим ядом, он выжег ей душу, вырезав на груди очертания сердца.
Чтобы отвлечься от тяжелых мыслей, Фиона перевела взгляд на спавшего Брэдана. По-видимому, он действительно был благородным и порядочным человеком, готовым пожертвовать своей жизнью ради спасения сестры. По сравнению с Дрейвеном он казался воплощением добродетели, настоящим святым. Однако по отношению к Фионе Брэдан вел себя отнюдь не лучшим образом, и поэтому в глубине души она не доверяла ему. Фиона слишком хорошо знала мужчин и потому всегда сомневалась в чистоте их помыслов. Ей трудно было поверить, что мужчина мог подвергать свою жизнь опасности ради спасения чести женщины. Вероятно, существовали какие-то неизвестные Фионе причины, заставившие Брэдана ввязаться в эту авантюру.
