жизни вместе. Они расходились много раз и проводили месяцы проживая раздельно, пока Остин не разыскивал Кэрри и отказывался сдаваться. Отношения наладились только на прошлое Рождество и после этого Остин потянул ее к алтарю при первой же возможности.
Вместо того, чтобы рассказывать мрачную историю, Спенс осветил лишь основные моменты с пользой для Лили.
— Он жалкий, когда Кэрри уезжает.
Улыбка Лили стала даже шире.
— Это мило.
Женщины.
— Не совсем, — сказал Спенс, не пытаясь скрыть жалобы в своем тоне.
— Брат Кэрри, Митч, руководитель нашего предприятия. Он навещает Кэрри со своей девушкой Кэссиди, — сказал Остин, приходя в свое обычное состояние легкого стеба и обаяния. — Мы все поедем на эту большую вечеринку на работе Кэрри, продадим несколько рождественских елок, большое их количество мы разместили в городе возле нашего там местечка, а затем Кэрри и я отправимся обратно сюда для уютного семейного Рождества, после того как мы уложим Спенса в кровать на ночь, чтобы он не спугнул Санту.
— Что насчет Митча и Кэссиди и их Рождества? — спросила Лила.
— Я впечатлен, что ты следила за всем сказанным.
Спенс нуждался в шпаргалках, чтобы быть в курсе всего происходящего вокруг за последнее время.
— Они проводят какое-то время в городе, но будут дома прямо перед Рождеством, что является практически обязательным в этих местах. — Остин бросил беглый взгляд на Спенса, прежде чем снова повернуться к Лиле. — Кстати говоря, а где ты будешь на праздники?
Спенс пальцем вырисовывал круги на краю меню, пока выжидал ответа. Каждый мускул в нем натянулся в напряжении. Реакция, что он теряет контроль, раздражала его. Его не должен волновать ее ответ. Ему следует желать, чтобы она собралась и ушла. Ему не нужны были осложнения, но она пообещала быть одним из них еще до того, как вообще открыла свой рот и согласилась присоединиться к нему в том номере отеля.
И тот рот... черт, было воспоминание, от которого он не мог избавиться.
— Я буду здесь. — Она открыла меню, а затем снова его закрыла, не заглядывая внутрь. — Ну, не в Холлоуэе, но поблизости, в Парри-Спрингс, где находится база отдыха. Я сейчас там живу.
— Что? — Остин бросил на Спенса «будь любезен объяснить» взгляд. — Она шутит, верно?
Спенс распознал потрясенное выражение лица Остина, так как Спенс чувствовал то сочетание замешательства и бесполезности с тех пор, как открыл дверь в офис Митча и увидел стоящую там Лилу.
Спенс использовал возможность, чтобы попытаться получить от нее более четкий ответ.
— Что насчет провести праздники со своими родными?
— Нет никого, кроме дяди Неда, и слетать, чтобы увидеть его, — это нелепая выходка, которую в данный момент я не могу себе позволить. — Ее голос оставался сильным и уверенным, будто слова ничего не значили, лишь печаль пробежала в ее глазах.
Спенс мог бы поспорить, что в его глазах отражался гнев. Представление того, что она думала быть в одиночестве на праздники, уже было причиной, чтобы его ярость взлетела на уровень выше.
— Это не произойдет.
— Я ненавижу соглашаться со Спенсом, но мне придется в этот раз, — сказал Остин. — Ты не можешь оставаться в одиночестве. Не там.
Спенс оценил братское содействие.
— Послушай Остина. Даже если на секунду не брать во внимание праздничную часть, та база отдыха — развалина. Не секрет, что Нед оставил дело в покое и перестал зарабатывать деньги много лет назад. Он оставался лишь до тех пор, пока действовал из побуждений некой преданности к своей покойной жене.
Остин ногой ударил Спенса.
— Ну, это понятно, так как они построили то место вместе. То есть, конечно, Нед горевал и хотел сохранить привязанность как можно дольше.
Что касается этого, то Спенс переживал, что Нед засиделся.
— Да без разницы!
— Я могу отремонтировать домики и сделать их рентабельными. Место идеально подходит для лыжников и туристов. — Глаза Лилы загорелись, а голос стал задумчивым, в такой же мечтательной манере, как когда женщины говорят про шоколад и туфли. — Если вложить немного любви и личного трудового вклада, то оно снова станет восхитительным.
Время для звонка-напоминания.
— Ты не можешь сохранить живым даже кактус.
Остин стучал по столу пальцами, в то время как взгляд он переключил с Лилы на Спенса.
— Это что-то должно значить?
— Ей нужна некоторая помощь в проведении ремонтных работ.
Остин кивнул.
— Мы можем помочь с этим. Мы оба в долгу перед Недом. Он не раз спасал нас от неприятностей, когда мы были детьми.
— Решено. Нам нужно получить разрешения и материалы для работы. — Спенс перестал говорить, когда Лила начала качать головой. — И что теперь?
Он подавлял желание поговорить о ней. Крик казался сейчас тоже хорошим вариантом. Он бы так и сделал, если бы это было то, что придало бы ей здравого смысла и если бы у них не было зрителей, которые даже сейчас наклонились.
— Ловко, — пробормотал Остин, в то время как развернул в руке свой пустой стакан из-под воды.
— Это не ваша ответственность. Как и я. Это не ваша работа, чтобы вмешиваться, — сказала она.
Это была прелестная короткая речь. Единственная, которую Спенс слушал, тогда ему казалось, что она могла бы провести любые нужные ремонтные работы без падения домика ей на голову. Мысль о том, что она будет там одна и ранена, заставила мышцы его шеи сжаться.
— Но я собираюсь.
Казалось, это будет его новой мантрой с ней. Она настаивала, а он реагировал с автоматическим «нет». Некоторые могут сказать, что это делало его козлом. Он будет спокойно носить навешенный ярлык, если это будет значить, что она была в безопасности и тепле, а не в какой-то канаве где-нибудь.
— Просвети меня, Лила. Почему не принять помощь? — спросил Остин.
— Она из типа «брать на себя всю ответственность», — Спенс сделал все возможное, чтобы интонация была похожа на презрение.
Остин кивнул.
— Это впечатляюще и все такое. Мне нравятся сильные женщины, поверь мне, но ты нуждаешься в помощи. Нам всем иной раз нужна помощь. Даже моя жена, которая иногда ведет себя как диктатор, позволяет мужчинам из семейного круга время от времени вмешиваться.
Когда Лила улыбнулась и была готова поблагодарить Остина за то, что он был мил или
