осмотрела Лилу сверху вниз.
— Хм.
Так быстро женщины снова завели эту пластинку. Только когда разговор становился интересным, они завершили его и вернулись назад к обсуждению брака. Лила заработала головокружение просто пытаясь поддержать беседу.
— Что заставляет вас думать, будто я хочу поймать Спенса?
— Ну, а кто не хочет Спенса Томаса? Под всей этой грубостью, он хороший улов. — сказала Дарла.
Лила оттолкнула эту мысль так далеко в ее голове, как только могла. В ее списке дел нигде не было темы о том, как узнать Спенса Томаса получше.
— Я не рыбачу.
Не в этой разрушенной жизни. Стивен использовал аккаунты счетов клиентов ее фирмы как его начальные инвестиции в азартные игры, обещая, что спланировал возместить убыток за счет следующего большого выигрыша. Она пропустила намеки и доверяла ему управляться с бухгалтерией. Все, что она советовала женщинам не делать с их деньгами, она сделала сама. Она доверилась неправильному парню и позволила всему этому произойти. Это больше говорило о ее доверчивости и неразборчивости в мужчинах, чем о ее доскональном анализе.
Благодаря удаче и отсутствию доказательств, связывающих ее с преступлением, она избежала наказания. Она даже выплатила все деньги Стивена, которые он украл, опустошая сбережения, которые он еще не спустил и погасила кредиты наличными авансами. Она прошла все, от владения невероятным кредитом до невозможности купить хот-дог без вмешательства поручителей.
Скандал разорвал ее репутацию на части и оставил ее с адвокатскими счетами, которые она должна оплатить и только несколько тысячами долларов, с которыми она должна начать все сначала. Но худшая часть было то, как он бросил ее, когда все выяснилось. Бросил ее прямо, когда она рвала и метала. Она просто выбросила все его костюмы на грязный тротуар и ждала его возвращения из полицейского участка, чтобы она могла выгнать его окончательно. Он вошел, и прежде, чем она успела что-то сказать, выдал ей мне-нужно-вернуть-мою-жизнь-и-начать-заново речь, будто от нее исходило все плохое влияние на их брак. Единственное что она не понимала это почему же она не заметила, что он неимоверный козел до того, как так поимеет ее.
— У меня было хорошее предчувствие о другой парочке, и оно было верным. То как Кэссиди решила все за Митча просто отлично, — сказала Клео.
— Тебе не понравилась Кэссиди совсем, когда она впервые вернулась в город, — подметила Дарла.
Клео продолжила говорить, будто Дарла никогда и не заговаривала.
— Кэссиди жила где-то еще, прежде чем встретила Митча, но держу пари, что у нас появятся новости о свадьбе после праздников. Я говорю о Новом Годе. Митчу, кажется, нравятся большие-новости-на-новый-год.
Лила понятия не имела, о чем они говорили.
Дарла повернулась к Лиле.
— Но у тебя есть время.
Все еще не понимая, она отвечает:
— Для чего?
Клео покачала пустой кружкой перед Дарлой.
— Чтобы полностью заполучить Спенса, конечно.
Старушка никогда не выключит свою пластинку.
— Я не ищу...
Дарла указала на стеклянные двери ресторана.
— Его грузовик только что подъехал. Тебе лучше начать действовать.
Лила оглянулась и увидела огоньки, окружающие окно и пластикового Санту, сидящего прямо снаружи.
— Почему?
— Нет никакой причины заставлять хорошего мужчину ждать. Иди к нему, милая. Держу пари, съедешься с ним к Рождеству. — Дарла закончила комментарий почти крича, что по закусочной прокатилось одобряющее бормотание.
Это стоило Лиле целого пончика и двух чашек кофе, но она начинала понимать. Дарла не приветствовала городские правила. Она сказала, что была на ее месте и понимала это. И иногда казалось, что это плохо.
— И ты имеешь в виду фактическую ставку, верно? Кто-то уже делает ставки.
Дарла перевернула ее лист с заказами в блокноте и посмотрела на линии голубой печати.
— Хочешь поучаствовать?
Лила даже не знала, что голова может пульсировать так сильно.
— Я пытаюсь додуматься, как из этой заварухи выпутаться.
Клео взяла пальто Лилы и протянула его ей.
— Иди и заполучи его.
— Что?
Она покачала головой.
— Когда вы, современные леди, поймете это и прекратите со всей этой скромностью?
Дарла рассмеялась.
— Мудрые слова.
Что тут происходило? Лила пришла позавтракать, а попалась в ловушку. Горожане были просто одержимы Спенсом и чем больше кто-то говорил о нем, тем труднее было ей не думать о нем. Это был какой-то зловещий план сватовства.
— Иди.
Клео практически прогоняла Лилу прочь. Стискивая ее за руку, она спихнула Лилу со стула.
За ароматом гардений, окутывающий старушку, скрывалась сила. И вдруг идея сбежать понравилась Лиле. Она потянулась к пятерке, скрытых в кармане ее джинс.
— Мне нужно...
Дарла отмахнулась от нее.
— Сегодня завтрак за мой счет.
— Я... ух. Ладно.
Лила могла утверждать, что потеряла способность говорить о многих вещах. Она одела перчатки, пытаясь убраться отсюда и быстро. Должно быть это был лучший выход. Возможно, единственный.
Она каким-то образом добралась до двери и прошла через еще один раунд быстрого обмена улыбками и небольших кивков от других посетителей. Холодный воздух ударил в нее и проник в ее горло за минуту, пока она выходила на вымоченный шквалистым потоком тротуар с пальто в руках. Холод должен был восстановить ее, но она не могла прийти в себя после разговора с женщинами.
Спенс вылез из грузовика компании и стоял там с открытой дверцей.
— Я хотел прийти спросить, хочешь ли позавтракать.
Теперь это была ужасная идея.
— На твоем месте, я бы туда не заходила.
Его улыбка сникла, а глаза сузились, пока она приближалась.
— Выглядишь так, будто тебя побили.
— Что-то вроде того.
Он тремя длинными шагами обошел переднюю часть машины и встретил ее у пассажирской дверцы. Его руки взяли ее, потирая вверх и вниз ее замороженные конечности.
— Ты в порядке? Что случилось?
Лила покусывала нижнюю губу, пока внутренне обсуждала как много сказать ему.
— Дарла и эта женщина по имени Клео...
— Ааа, Клео, — напряжение, прокатившееся по его щекам, ушло, когда она начал кивать, — она городское достояние.
— Это то, как мы зовем ее? — Лила пыталась игнорировать, то, как ее дыхание превращалось в пар, когда она говорила. Также пыталась пошевелить пальцами ног, чтобы вернуть им чувствительность. Холод проник за секунду, когда она шагнула за дверь и медленно замораживал ее изнутри.
— Мы делаем это, потому что уважаем ее. — Он подмигнул, когда говорил это. — Она тебе говорила, что я
