Решив завтра сделать дочери основательную выволочку, Татьяна легла. Но сон не шел. Перед ее мысленным взором стоял Виктор. Его шоколадные глаза пристально рассматривали ее, и она вся цепенела. Чтобы отвлечься от навязчивого образа, она пыталась думать о предстоящем разговоре с дочерью, но вновь и вновь возникало это смугловатое лицо с тонкими чертами, обрамленное иссиня-черными волосами с легкой проседью на висках. Оно плыло перед ней в переливчатом блеске ресторанных огней, гипнотизировало, манило в какие-то бездны…
Утром Татьяна позвонила на кафедру предупредить, что ее сегодня не будет. Она прождала дочь весь день, сидя за письменным столом и просматривая рефераты. Временами вставала и принималась нервно ходить по комнате. Отсутствие дочери ее тревожило. Татьяна чувствовала, что Катя уходит из-под ее контроля и будет неимоверно трудно, а может, уже и невозможно заставить дочь отказаться от этого брака.
Катя явилась вечером, когда на окне, обращенном на запад, золотился последний солнечный луч. Услышав щелчок замка, Татьяна вышла в прихожую и с минуту молча смотрела, как дочь переобувается. Глаза Кати возбужденно блестели.
— Итак, ты решила сама устраивать свою жизнь, — строгим тоном произнесла Татьяна. — Мать для тебя уже ничего не значит.
Катя бурно задышала.
— Как ты можешь так говорить, мама! Это же моя жизнь, понимаешь, моя! Вон Соня и Даша, на год моложе меня, а уже имеют детей!
— Отсюда не следует, что они поступили умно. Интересно будет посмотреть, как сложится у них жизнь лет этак через пять!
— Когда у тебя родилась я, ты была еще моложе!
— Поэтому я и осталась одна. Все эти двадцать лет одна, с ребенком на руках! Ты хочешь повторить мою судьбу?
У Кати дрожали губы, а в уголках глаз начали набухать слезы. Однако лицо ее по-прежнему выражало упрямство.
— Ничего я не хочу. Мы с Олегом твердо решили пожениться. Пусть даже вы с Виктором Владимировичем против — все равно! У Олега есть заработок, у меня тоже есть возможность устроиться в одно место. Буду учиться и подрабатывать. Мы сможем жить самостоятельно, отдельно от вас, и ничего вы с нами не сделаете!
Татьяна остолбенела. Никогда еще дочь не разговаривала с ней в таком тоне!
— И все равно без моего разрешения ты замуж не выйдешь! — Она едва сдерживалась, чтобы не перейти на крик.
— Но, мама, объясни мне, почему ты против Олега? Чем он тебе не нравится? Думаю, если бы ты узнала его получше, то изменила бы о нем свое мнение!
— Мне незачем знать его лучше. Ты выйдешь замуж только тогда, когда закончишь институт. Это мое окончательное решение.
— Нет! — взвизгнула Катя.
— И прекрати, пожалуйста, устраивать здесь истерику!
Катя вбежала в ванную.
— Ты хочешь, чтобы я осталась одна с ребенком, как ты? — крикнула она, приготовившись закрыть за собой дверь.
— Каким ребенком? — насторожилась Татьяна.
— А таким! — Выглядывая из-за двери, Катя деланно расхохоталась. — Сегодня, когда Виктор Владимирович сказал, что наша свадьба с Олегом отменяется, я решила: у меня будет ребенок — несмотря ни на что! Знай, мамочка, сегодня ночью я не принимала таблеток! И Олег одобрил мой поступок! Все! Теперь у меня будет ребенок!
— Ты круглая дура!
— Если я забеременею, у тебя не останется другого выхода, как согласиться на наш брак!
Кровь бросилась Татьяне в лицо.
— Как ты смеешь так разговаривать с матерью? — закричала она, влепив дочери пощечину.
Катя с приглушенным воплем скрылась в ванной и заперлась изнутри.
— Дрянная девчонка, ты хоть соображаешь, что делаешь? — воскликнула Татьяна, подойдя вплотную к двери.
— Прекрасно соображаю! — откликнулась дочь. Из ванной донесся громкий плеск воды. — Ты хочешь, чтобы я навсегда ушла к Олегу?
— Завтра же мы идем в женскую консультацию!
В ответ Катя лишь истерично расхохоталась.
Татьяна в сердцах ударила кулаком по двери ванной и вернулась в комнату, сдерживая наворачивающиеся на глаза слезы. «Что делать? Что делать? — лихорадочно думала она. — Этот брак невозможен. Надо позвонить Виктору, поставить его в известность о том, что натворила эта дура Катька. Может быть, ему как-то удастся повлиять на ситуацию. Хотя бы со стороны Олега, потому что дочь, похоже, совсем потеряла голову. Того и гляди действительно забеременеет, а то и сбежит из дома».
Минут пятнадцать Татьяна сидела в кресле, стараясь успокоиться. Считала до ста, массировала себе виски. Потом подошла к зеркалу и привела в порядок лицо. Только после этого подсела к телефону.
Трубку на другом конце провода снял Виктор. Она сразу узнала его голос.
— Я бы не стала тебе звонить, если бы дела с детьми не приняли весьма нежелательный оборот, — проговорила Татьяна официальным тоном.
— Что-нибудь случилось?
— Катя не ночевала дома.
— Она до сих пор не вернулась? Я сейчас спрошу у Олега.
— В этом нет необходимости. Она провела ночь с твоим сыном.
— Олег иногда не ночует дома, — пробормотал Виктор после секундного замешательства. — Но он меня всегда предупреждает об этом. И насчет вчерашней ночи я тоже был в курсе…
— Значит, ты знал, что он остался с моей дочерью?
— Нет, именно этого я как раз и не знал. Татьяна, даю тебе слово, я сделаю все, чтобы такого больше не повторилось. И будем надеяться, что эта ночь пройдет без последствий.
— А вот в этом я не уверена! Дочь только что заявила мне, дескать, желает иметь ребенка и не сделает ничего, чтобы предотвратить беременность.
На том конце провода снова возникло замешательство. Голос Виктора стал мягче.
— А может, это и к лучшему? Они все-таки наши дети.
— Ты соображаешь, что говоришь? Мы же с тобой до сих пор формально женаты!
— Заявляю тебе как юрист, это не является помехой для их вступления в брак. Хоть мы и женаты, но они-то не брат и сестра…
Татьяна чуть слышно простонала и посмотрела на полуоткрытую дверь. Катя, кутаясь в полотенце, выскользнула из ванной и быстро прошлепала к себе в комнату.
— Виктор? — Татьяна снова поднесла трубку к уху. — Вот об этом мы и должны серьезно поговорить. И лучше всего не по телефону.
— Если хочешь, я сейчас подъеду к тебе.
— Хорошо. — Она положила трубку. — Не брат и сестра! — повторила она вслух слова Виктора, и ее губы сложились в горькую усмешку. — О, если бы это было так! — Татьяна встала и подошла к секретеру. Достала из выдвижного ящичка Катины документы: справку из роддома, свидетельство о рождении. «Екатерина Викторовна Демина», — прочитала она на справке. Пусть он посмотрит на дату Катиного рождения, а потом взглянет на ее карие глаза! Не брат и сестра…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
