хищники. Кстати сказать, за время существования заповедника несколько наблюдателей (так неофициально называют лесников) стали жертвами варварских повадок браконьеров. Правда, за последнее время браконьеров стало гораздо меньше, однако редкий год обходится без серьезных инцидентов.
Не следует, конечно, думать, что за каждой сосной наблюдателя подстерегает опасность. Однако лес — не городская улица, где каждый у всех на виду. Неожиданностей в лесу встречается немало. Большей частью они связаны с «мелкими» нарушителями заповедных границ — туристами, рыболовами, грибниками. От них и пожары, и другие неприятности.
Заповедник, как на ладони, — расположенный на участке площадью в 330 кв. км, он занимает часть Аргаяшского и Чебаркульского районов, территории г. Миасса. Начинаясь у ст. Миасс заповедная земля заканчивается вблизи села Ново-Андреевка, в двух десятках километров от г. Карабаш. Наибольшая ширина заповедника — всего 12 км. Кругом города, люди, машины…
Обо всем этом мы беседуем на берегу пруда, густо заросшего тростником. В двух шагах от воды на опушке густого сосняка примостился на покатом скальном выходе Гудковский кордон — высокий симпатичный домик с двухскатной крышей и телевизионной антенной над ней. Входим в калитку ворот, поблескивающих зеленой краской.
В доме чисто и прибрано, не сказать, что просторно, но и не тесно: небольшая кухня, детская, спальня, горница, обставленная современной мебелью. Ухоженность квартир характерна почти для всех кордонов. В каждом доме электричество, телефон, стиральные машины. Некоторые семьи обзавелись газовыми плитками. В домашнем благоустройстве, очевидно, не последнюю роль играет и рациональная красота природы, окружающей кордоны.
В дом старшего объездчика Д. П. Иванова, что стоит в конце одной из улиц деревни Селянкино, мы заехали невпопад. Хозяева завершили капитальный ремонт кордона. Супруга Дмитрия Павловича с внуком сидела возле новенькой русской печи. Глава семьи перебирал за столом какие-то бумаги. Наш разговор с ним сразу коснулся ремонтных проблем. Надо, мол, белил побольше — светлее в доме будет, да вот оконная рама щербатая, глядеть, мол, на нее страшно и т. д. Потом хозяин сокрушенно развел руками:
— Записи свои где-то потерял с этим ремонтом…
— Чай найдутся, — отозвалась хозяйка, — а нет, изнова напишешь…
— Изнова, изнова, — закипятился Дмитрий Павлович, — нет уж, ничего не буду придумывать…
Речь шла о записях фенологических наблюдений.
Такой он во всех делах — один из лучших работников заповедника, до щепетильности исполнительный. Казалось бы, чего проще заново написать, когда появились первые проталины и прилетели скворцы. За двадцать лет непрерывных наблюдений за природой все эти даты и сроки невольно запомнились наизусть. Но Д. П. Иванов хорошо понимает: на память тут полагаться нельзя. Факты жизни природы, необходимые для научных анализов и обобщений, должны быть абсолютно точными.
Образно выражаясь, можно сказать, что наблюдатели — глаза и руки научных работников. Лесная стража (охрана заповедника прежде всего!) готовит зимнюю подкормку для ценных копытных, оборудует солонцы, ведет учет живности, фенологические наблюдения по специальной программе, тушит лесные пожары, спасает от заморов рыбу, участвует в различных мероприятиях, проводимых научными сотрудниками.
Настоящий следопыт не может не быть исследователем природы, ее бережливым, заботливым другом. В этом смысле работникам заповедника во многих делах, как маяк, светит пример подвижничества ученого-самоучки покойного С. Л. Ушкова. О нем рассказывал нам один из лучших объездчиков В. И. Ширяев, когда мы остановились возле кустика редкого в этих местах можжевельника, огороженного кольями и опоясанного проволокой, чтобы его не погубили дикие животные:
— Многому у него научился… Бывало наступишь на крохотную сосенку, старик увидит, разволнуется… На живое дерево мол наступил!.. Начнет объяснять, как, да почему оно тут выросло, зачем оно тут нужно…
Пятнадцать лет возглавлял Сергей Львович научно-исследовательскую работу в заповеднике. Лесовод, зоолог, эколог, фенолог, Ушков был первоклассным таксидермистом — изготовителем чучел птиц и зверей. Его руками создана вся экспозиция биологического отдела музея заповедника. Он никогда не убивал зверей и птиц, даже самых распространенных. Использовал тушки только погибших животных. Но чучела, изготовленные Ушковым, и сегодня поражают своей правдоподобностью. Сергей Львович не признавал в заповеднике иного вида транспорта, кроме «своих двоих» или лошадки. Таким был этот замечательный человек — неутомимый энтузиаст развития биологической науки в Ильменах, страстный пропагандист охраны природы.
С. Л. Ушков.
Возвращение науки
Под высокими соснами на каменистом берегу озера Миассово дымит железная печурка. Киносъемочная группа телевидения готовит ужин. Впереди светлеет водная гладь, обрамленная дальними горами и сумерками. Нашу стоянку плотно обступил сосновый бор, где в многоместной палатке живут геологи. Но они нас почти не интересуют — задание, по которому мы приехали в заповедник летом 1971 года, предусматривает знакомство с работой биологов. Их в заповеднике несколько групп, каждая проводит исследования по «своей» теме, а все вместе они озабочены здоровьем земли и всего живого на ней. Завтра начинаются встречи с учеными. Вспоминаются рассказы ученого секретаря заповедника, кандидата биологических наук В. В. Плотникова о международной биологической программе и научных исследованиях в Ильменах.
…Население земного шара — более трех с половиной миллиардов человек — располагает ныне могущественной цивилизацией. Человек посылает в космос корабли, вызывает в природе планеты процессы, сопоставимые по мощи с землетрясениями, вулканическими извержениями и ураганами. Но две трети населения земли сегодня недоедают или просто голодают. В отдельных густонаселенных пунктах земного шара не хватает пресной воды, не говоря о жилье и одежде. Несмотря на все свое техническое могущество, благосостояние человека всецело зависит от материальных, главным образом, биологических ресурсов планеты. А биологические ресурсы, как показывает действительность, являются весьма исчерпаемыми.
Значит ли это, что земля окончательно оскудела и нашим потомкам грозит повсеместный голод? Отнюдь нет. Даже по подсчетам буржуазных экономистов, нынешние сельскохозяйственные земельные площади могут обеспечить нормальным питанием не три с половиной, а сорок пять миллиардов человек. Другие ученые значительно увеличивают эту цифру. Нельзя, конечно, забывать о бедственном положении трудящихся в капиталистических странах, о хищническом использовании природных богатств. Однако можно смело утверждать, что проблема голода разрешима. Но, к сожалению, еще не решена. Поэтому Международная биологическая программа исследований осуществляется под девизом: «Увеличение биологической продуктивности планеты в целях повышения благосостояния человечества».
Задача заключается в том, чтобы изучить в масштабе всей планеты наземные, пресноводные и морские, как естественные, так и созданные человеком сообщества растений и животных. Это необходимо для того, чтобы выяснить основные закономерности их жизнедеятельности
