— Вот и отлично. У меня тоже есть для вас информация в отношении Бенджамина Смолла.
Умелов радостно выдохнул, готовясь к очередной порции успеха.
— Он сейчас живет в Нью-Йорке, в Бруклине, — продолжил Иван Андреевич, — но сразу после Рождества они с женой на пару месяцев собирается отправиться в Европу. У него там какие-то дела по работе. Так, что если Смолл вам действительно нужен, то с ним нужно встречаться прямо сейчас, пока он не отбыл во Францию.
Умелов посмотрел на Мэри.
— То есть нам надо выехать в Нью-Йорк? — переспросила отца Мэри.
— Да.
— А как мы найдем там этого Бенджамина Смолла? — поинтересовался Олег.
— Если вы готовы вылететь завтра, то я сегодня же позвоню в Нью-Йорк и согласую время и место вашей встречи.
Иван Андреевич выжидающе посмотрел на Умелова, понимая, что именно от него сейчас зависело принятие решения.
Олег снова взглянул на Мэри, ища её поддержки.
— Мы готовы, — сразу за двоих ответил Умелов.
— Что же. Тогда я сейчас поднимусь к себе в комнату и попробую связаться с его помощником.
С этими словами Иван Андреевич встал из-за стола и направился на второй этаж.
Когда молодые остались вдвоем, Мэри укоризненно посмотрела на Олега.
— Мы же договорились, что займемся подготовкой к свадьбе. Ведь через четыре дня Рождество. И если мы сейчас не закажем всё, что нам нужно, то все уйдут на рождественские каникулы, и нам придется ждать начала января.
Олег умоляюще посмотрел на невесту.
— Может быть, я сам съезжу в Нью-Йорк, а ты пока займешься организацией нашего бракосочетания?
— Интересно на это посмотреть, — с укором произнесла Мэри. — Ты же совершенно не знаешь Америки. Даже я в Нью-Йорке теряюсь, а уж ты точно попадешь в какую-нибудь историю. Или тебя вместо Бруклина в какой-нибудь неблагополучный район занесет или ты опять с нехорошими людьми встретишься.
— Но ты же слышала, что сказал твой отец. Этот Смолл сразу после Рождества улетает в Европу на целых два месяца. А он мне нужен сейчас. Возможно, у него есть информация, которую я сам никогда не сумею добыть.
Мэри сокрушенно вздохнула:
— Боже, когда это кончиться?! Я так ждала этого момента, и вот снова ты ставишь свое расследование выше наших планов!
Не зная, что сказать в ответ на такую реплику, Олег попытался использовать обычный в данных случаях мужской приём. Он обнял свою невесту, надеясь, что она хоть немного оттает в его объятиях. Но Мэри отстранила его.
— Я вижу, вы никак не решитесь? — откуда-то сверху раздался голос Ивана Андреевича.
Умелов обернулся, заметив будущего тестя, спускающегося со второго этажа.
— Машенька, позволь мне вам помочь. Давай я съезжу в Нью-Йорк с Олегом вместо тебя. Тем более, что лекции у меня уже закончились и до окончания рождественских каникул я относительно свободен. А ты пока займешься всеми вопросами.
Олег, не ожидавший такого неожиданного выхода из ситуации, сразу же приободрился.
— И правда. Ты же сама справишься, — с надеждой произнёс он.
— Как же я без тебя свадебный костюм выберу? Надо же мерки в салоне снять, — капризным тоном спросила Мэри, цеплялась за последнюю возможность избежать этой поездки.
— Я могу в Нью-Йорке сам костюм выбрать. Иван Андреевич, вы же мне поможете с этим вопросом?
— Разумеется, — кивнул отец.
— Тогда решено, — за всех подытожил Умелов.
Услышав это, Иван Андреевич, удовлетворенно вздохнув, присел за стол.
Ни Мэри, ни Олег даже не догадывались, что этому пожилому мужчине хотелось побывать в Нью-Йорке даже больше, чем Умелову. Ведь там жила женщина, которую он до сих пор любил.
Глава 5
* * *
Оказавшись в Нью-Йорке, Умелов не мог понять, почему этот город считался столицей мира. Приземлившись в аэропорту «Ла Гардиа», расположенном в северной части района Квинс прямо на берегу залива Флашинг Бей, Олег окунулся в обычную жизнь американского обывателя, для которого этот аэропорт, где обслуживались внутренние рейсы, был таким же обычным местом, как и для среднестатистического москвича какая-нибудь станция «Комсомольская» или «Парк культуры».
В местном городском такси Олег и Иван Андреевич проехали через весь город с севера Квинса на юго-запад Бруклина.
По сравнению с тем, что Умелов раньше видел в фильмах про Америку, увиденное его несколько разочаровало. Да, Нью-Йорк с его небоскребами и лоском Манхэттена сильно отличался от Москвы и других европейских городов, в которых побывал Умелов. Но издалека этот город смотрелся гораздо лучше, чем изнутри.
Когда едешь по прямым, как струна, улицам этого мегаполиса, начинаешь понимать, что его обычная жизнь далека от стандартов «столицы мира». Если бы Умелов своими глазами не видел черных пакетов с мусором, наваленных то тут, то там даже у проезжей части, он бы не поверил, что в Нью-Йорке может быть такое.
Конечно, вид города с высоты вертолета, или смотровой площадки небоскреба наверняка бы совпал с ощущением, что ты действительно находишься в «столице мира». Но вид из окна городского такси явно говорил об обратном.
У Олега даже возникло некое патриотическое чувство, что в Москве этот дух большого города был выражен гораздо ярче.
— Как вам Нью-Йорк? — поинтересовался Иван Андреевич у Умелова, уставившегося в окно на мелькающие городские пейзажи.
— Если честно, я ожидал большего.
— И, чем же он вам не приглянулся?
— Мне кажется, что до «столицы мира», этот город, явно не дотягивает. Я был в Европе во многих городах, и там не встретишь столько мусора. Да и архитектура здесь слишком прямолинейная. Если бы не эти небоскребы, можно было бы подумать, что это какой-нибудь Мехико, — проговорил Умелов и снова уставился в окно.
— Вы были в Мексике? — поинтересовался Иван Андреевич.
— Нет. Если честно, я даже сам не понимаю, почему я выбрал именно это сравнение. Возможно, я где-то читал, что это самый большой город мира с самой длинной улицей.
Водитель такси, в облике которого явно прослеживались латиноамериканские корни, даже в русской речи уловил знакомую транскрипцию слова «Мехико». Поправив зеркало заднего вида, он посмотрел на пассажиров и живо поинтересовался:
— Простите, вы из Европы?
— Нет, — ответил Иван Андреевич по-английски. — Я — американец, а это мой родственник из России.
— Извините, что я вмешался. Мне показалось, что вы сейчас говорили про Мексику.
— Да, мой родственник сравнил Нью-Йорк с Мехико.
Шофер громко рассмеялся:
