– Я любила океан в дневное время, причем малыми порциями. Просто мне больше нравилось другое. К сожалению, то, к чему ты был равнодушен.
– Твоя мать всегда была в курсе того, что тебе нравится, – сказал Нед, как будто такое признание освобождало его от ответственности.
Лорен сделала глубокий вдох. Казалось, она вот-вот сорвется с края высокого утеса. Она никогда не обсуждала с отцом вещи личного свойства.
– Мне хотелось, чтобы и ты это тоже знал.
– А я знал. Твоя мама мне рассказывала. – Он поставил приз на место. – Пойду спать.
– Папа тебе случайно не попадался дневник Эбби?
– Не попадался. Должно быть, в тот вечер он был в ее рюкзаке.
Отец вышел из комнаты, а Лорен кивнула. Они всегда считали, что рюкзак исчез. Сестра унесла свои секреты в могилу.
Лорен не представляла себе, каким образом кинопродюсер собирается выяснить имя убийцы Эбби. Никаких улик нет, да и не было раньше. Если Марк Девлин собрался назвать имя преступника, ему придется его придумать.
4
В субботу утром Лорен проснулась с болью в спине, да еще и ногу свело судорогой. Она со стоном потянулась, чувствуя себя совершенно разбитой. Интересно, раскладывали этот старый диван за последние десять лет? Сомнительно. Увы, спать в старой спальне, превращенной в святилище ее сестры, она все равно бы не смогла.
Встав с кровати, она, спотыкаясь, прошлепала в ванную. Зеркало над раковиной оказалось к ней отнюдь не милосердным. Темно-каштановые волосы растрепаны, под глазами залегли тени. Лорен пригладила волосы и ополоснула лицо холодной водой. Сначала кофе, потом душ. Достав из чемодана кофту, она набросила ее на плечи поверх ночной рубашки и фиолетовых пижамных штанов.
На завтрак она приготовит яичницу с беконом и гренки с сахарной пудрой. Она уже много лет не ела бекон, однако приезд домой напомнил ей о сандвичах, которые готовила когда-то мать, замечательных сандвичах с хрустящим беконом и большим количеством сливочного масла. Это просто чудо, как это родители избежали инфаркта.
Стоило Лорен посмотреть на пустые полки отцовского кухонного шкафа, как радость ее улетучилась. Обнаружилась лишь банка с растворимым кофе, просроченным еще несколько лет назад, что весьма ее удивило. Отец всегда пил по утрам кофе. Эта привычка была у них общей.
Лорен закрыла кухонный шкаф. Внезапно она отметила, что в доме непривычно тихо. На часах четверть десятого. Отец уже должен проснуться. Он рыбак едва ли не с пеленок и всегда с жаром рассказывал о том, какое это чудо – оказаться посреди океана с первыми лучами солнца. Лорен никогда не была любительницей встречать рассвет – в отличие от хорошего завтрака. Может, ей стоит разбудить отца и сходить куда-нибудь вместе с ним поесть горячих оладий?
Однако в его комнате отца не оказалось, как не оказалось его и вообще в доме. Нед снова куда-то ушел, она же представить себе не могла, куда он мог отправиться. Пока Лорен думала о том, что ей делать, раздался звонок в дверь. Она застыла на месте, не зная, открывать или нет. Наверняка она выглядит ужасно, что, если за дверью Шейн? Хочется надеяться, что не он. Потому что предстать перед ним в таком виде она никак не может. Нужно хотя бы подкрасить губы.
Лорен вернулась в гостиную и выглянула в глазок. К ее великому удивлению, на нее смотрело знакомое лицо симпатичной блондинки. Лорен с улыбкой распахнула дверь.
– Шарлотта Адамс. Глазам своим поверить не могу!
От неожиданности Шарлотта разинула рот.
– Лорен? Когда ты вернулась?
– Вчера.
Шарлотта была ее первой лучшей подругой. Они познакомились еще в первом классе. Будучи в ужасе от огромного здания школы, на переменах они неизменно ходили, взявшись за руки. Они были неразлучны вплоть до старших классов, когда у каждой появились свои интересы и свои увлечения.
– Ты ничуть не изменилась, Шарлотта.
Золотистые волосы Шарлотты были зачесаны назад и собраны в конский хвост. Кожа чистая и красивая. Светло-голубые глаза обрамлены длинными темными ресницами. В кроссовках, черных легинсах и футболке, она выглядела стройной и подтянутой.
– Вообще-то это не так. Никогда не думала, Лорен, что ты вернешься.
– Пришлось. Мой отец болен.
– Знаю, – ответила Шарлотта и сочувственно улыбнулась. – У тебя такой вид, будто ты провела трудную ночь.
– Сражалась с раздвижным диваном. А тебя каким ветром к нам занесло?
– Принесла твоему отцу рагу из овощей и немного печенья, – сказала Шарлотта и кивком указала на коробку, которую держала в руках. – Это от моей матери.
– Какая забота с ее стороны. Может, зайдешь на минутку? Или ты торопишься на работу? Я слышала, ты теперь помогаешь новой жизни прийти в этот мир. Ты ведь врач? Акушер-гинеколог, верно?
Шарлотта сделала удивленное лицо:
– Похоже, служба слухов и сплетен Бухты Ангелов работает исправно и охватывает даже район Сан-Франциско.
– Моя мать по-прежнему общается кое с кем из местных жителей, – сказала Лорен, входя с гостьей в кухню. Кастрюльку она поставила в холодильник, тарелку с печеньем на стол. – Выглядят аппетитно.
Шарлотта улыбнулась и, выдвинув стул, села.
– Не идет ни в какое сравнение с твоей выпечкой. Ты все еще печешь?
– Не очень-то. Слишком занята на работе. Занимаюсь организацией корпоративных мероприятий.
– Правда? Помню, как твоя мама когда-то подарила тебе на Рождество игрушечную духовку. Ты часами заставляла меня играть с тобой в ресторан, – со смехом добавила Шарлотта. – Я всегда думала, что когда ты вырастешь, то станешь хозяйкой кондитерской.
– Ты все еще бегаешь трусцой? – спросила Лорен, чтобы поменять тему разговора.
– Да, почти каждый день. Давай побегаем вместе, пока ты здесь. По той тропинке вдоль утесов. Ты не поверишь, как разрослась наша Бухта Ангелов. Главную улицу не узнать. Там теперь шикарные выставочные галереи, антикварные магазины, бутики с дорогой дизайнерской одеждой. А на побережье появилось несколько особняков. Похоже, что богатые и знаменитые решили сделать наш город местом своего летнего отдыха.
– Да, похоже, это уже не тот маленький городок, каким я его знала раньше, – сказала Лорен. – Кстати, а когда вернулась ты? Я думала, что ты живешь и работаешь в Нью-Йорке.
– Я вернулась пару месяцев назад, когда умер мой отец. Брат служит в морской пехоте, сейчас он на Ближнем Востоке. Сестра с мужем и детьми живет в Сан-Франциско. Так что мать осталась одна. Мы решили, что я должна вернуться и присматривать за ней. – Шарлотта грустно улыбнулась. – Мать с радостью заполучила назад свое самое нелюбимое дитя.
– И как вы с ней уживаетесь?
Лорен улыбнулась язвительному замечанию. Она отлично помнила «сражения» Шарлотты с ее строгой и упрямой матерью.
