Читаем без скачивания Поднять перископ! часть 5 - Сергей Лысак

– Михаил Рудольфович, но ведь это немыслимо! Мы совершенно спокойно дефилируем на виду у противника! И не где-нибудь, а в Токийском заливе! В глубоком тылу!

– Не совсем так, Михаил Михайлович. Дефилируем, но не на виду. Если бы они нас увидели, то тут бы уже был такой тарарам… И нам бы ничего не оставалось делать, как только срочно погружаться. Главное преимущество подводной лодки – скрытность. И именно благодаря скрытности мы можем творить подобные безобразия. Как видите, сейчас мы проходим Йокосуку, и нас так до сих пор и не обнаружили. На обратном пути, если все пройдет хорошо, мы тут немного похулиганим. А пока еще рано раскрывать свое присутствие. Чем ближе мы подберемся к Токио, тем больший переполох наделаем. Даже если там не будет ни одной приличной цели, и нашей добычей станет всего лишь пара небольших японских каботажников.

– А вдруг там иностранные боевые корабли будут? Тех же американцев, или англичан?

– Тем лучше. Мы их сюда не звали…

Между тем, маяк Каннон Саки остался за кормой и "Косатка" легла на новый курс. Хорошо, хоть глубина здесь позволяет погрузиться, в случае чего. Но за Йокогамой, в северной части залива, глубины значительно уменьшаются. Там они вполне достаточны для судоходства крупнотоннажных судов, но явно недостаточны для действий подводной лодки. Михаил внимательно всматривался в бинокль, стараясь наметить ориентиры на берегу, когда придет время возвращаться. Не исключено, что после взрывов на рейде Токио часть маяков в заливе будет погашена. Хотя, могут сразу и не разобраться, что к чему. Но рассчитывать на это особо не стоит.

По мере приближения к островку Дайни Кайхо, расположенного у восточного берега, "Косатка" сместилась ближе к центру залива, чтобы исключить случайное обнаружение. Береженого бог бережет. Слава богу, встречных судов пока нет, и вездесущих джонок также до сих пор не попалось. То ли японцы ограничивают их плавание в заливе в темное время суток, то ли еще что. Но, как бы то ни было, "Косатка" беспрепятственно следовала за своим провожатым, против своей воли выполнявшим роль лоцмана. Вот и островок Дайни Кайхо остался позади. Теперь фарватер снова поворачивает на север, еще немного, и впереди, на западном берегу залива, хорошо видны огни огромного порта Йокогама. Фактически, морского фасада Токио. На рейде большое скопление судов и пароход, идущий впереди, вскоре поворачивает в сторону рейда. Все офицеры на мостике смотрят на командира. Какое он примет решение? Идти дальше, в северную часть залива, до самого Токио, или атаковать суда здесь, на рейде Йокогамы? Тем более, крупных целей хватает.

– Обе машины самый малый. Идем поближе к Токио, насколько удастся. В крайнем случае, всегда сможем повернуть обратно и устроить тарарам здесь…

"Косатка" осторожно продвигается вперед. Корпус полностью находится под водой, дизеля работают на минимальных оборотах и она невидимым призраком крадется в ночной тьме. И вот, наконец, впереди раскинулся город и порт Токио. Столица враждебного государства. Там сейчас даже не подозревают о возникшей угрозе. И то, что Токио находится далеко от районов военных действий, более не может служить ему гарантией безопасности. Все с огромным интересом всматриваются в бинокли. Картина просто поражает безмятежностью. На рейде стоят ярко освещенные суда, хватает огней и на берегу. Как будто и нет войны. Хорошо видно, как между стоящими на рейде судами и берегом снуют лодки. Здесь жизнь идет своим чередом и пока что не делает поправку на то, что сюда может пожаловать подводный демон, доставивший столько проблем Стране Восходящего Солнца. Да и не только ей…

Михаил внимательно смотрит в бинокль. Последние минуты безмятежной тишины. Скоро взрывы торпед возвестят о том, что период спокойной жизни здесь закончился. Вокруг никакой опасности нет. Впереди суда, стоящие на рейде. Далеко позади приближается какое-то судно с ходовыми огнями. Ни одного военного корабля противника в пределах видимости нет. Можно спокойно работать…

– Александр Васильевич, Ваша очередь. Работаем из надводного положения носовыми аппаратами. Выбирайте четыре наиболее предпочтительные цели и стреляйте. Потом разворачиваемся и работаем кормовыми. Не торопитесь, цели неподвижны и никуда не денутся. Действуйте.

Лейтенант Колчак начинает маневрирование, стремясь занять удобную позицию для выстрела. "Косатка" до сих пор так и не обнаружена. Вот вертикальная линия визира ложится на трубу крупного парохода, стоящего в центральной части рейда. Дистанция порядка четырех – пяти кабельтовых. Ближе походить нет смысла. К тому же, промах невозможен. Рейд полон судов, и торпеды все равно в кого-то попадут. Редко выпадает такая возможность.

И вот, настает долгожданный миг. Торпеда выходит из аппарата и мчится под водой к цели. Глубина хода – три метра. Этого достаточно и для крупнотоннажного грузового судна, и для небольшого каботажного пароходика. "Косатка" продолжает маневрирование и разворачивается носом на вторую цель. Михаил внимательно наблюдал, но не вмешивался. Все же неудобно, что прицеливание приходится осуществлять разворотом всего корпуса лодки. Это потеря времени. Но ничего не поделаешь, этими древними торпедами по-другому стрелять нельзя.

Первая торпеда еще идет к цели, но уже выпущена вторая. "Косатка" снова делает небольшой поворот в другую сторону и выпускает третью торпеду, а за ней и четвертую. Все, больше здесь делать нечего, нужно срочно уходить. Лодка начинает маневр и вскоре гремит первый взрыв. Возле борта судна взлетает столб воды, подсвеченный палубными огнями. Следом за ним гремят второй, третий и четвертый взрывы. Михаил заранее предупредил всех, чтобы на мостике вели себя потише, но все равно все, хоть и вполголоса, но выражают свой восторг, поздравляя Колчака с первым успехом. "Косатка", между тем, разворачивается носом на выход, и ее кормовые аппараты направлены на скопление судов, стоящих на рейде. Еще две торпеды устремляются к цели, и вскоре гремят два взрыва. Теперь веселая ночь японцам обеспечена.

Но вокруг пока тишина. Очевидно, случившееся для всех полная неожиданность и никто не может понять, отчего произошли взрывы. Правда, вскоре сзади начинается какое-то движение. "Косатка" по-прежнему следует в позиционном положении, торопясь выскочить из ловушки, в которую может превратиться Токийский залив. Все, кто находится на мостике, вглядываются в ночь, но противник пока еще до сих пор не обнаружил лодку.

Позади удалялись огни Токио. Что именно творится на рейде, разобрать трудно, но похоже, что поврежденные суда тонут. Во всяком случае, в бинокль хорошо видна суматоха на рейде. Но впереди все спокойно. Возможно, японцы еще толком не поняли, что произошло и не допускают мысли, что это проделки "Косатки". Ведь она, согласно последней информации, находится в Корейском проливе. Возможно, эти взрывы – диверсия?

– Михаил Рудольфович, а ведь похоже, что японцы так ничего и не поняли!

– Будем надеяться на это. Чем дольше они будут пребывать в неведении, тем лучше для нас. Может быть, сможем дойти спокойно до самой Йокосуки. Но после обстрела арсенала сразу поймут.

– А может, и в Йокогаме кого-нибудь прихватим?

– Нет, господа, у нас всего три мины Шварцкопфа осталось. Прибережем их для более достойных целей. Здесь мы уже и так переполоху наделали, поэтому добавим лишь несколько штрихов к портрету – выставим на подходах к Йокогаме пару мин Степанова – Налетова. Если кто сегодня – завтра подорвется, то все судоходство в Токийском заливе прекратится на какое-то время. Что нам и надо.

Между тем, "Косатка" приближалась к рейду Йокогамы. Здесь пока не наблюдалось особой активности, только пара небольших судов медленно патрулировала границы рейда, время от времени освещая поверхность воды прожекторами. Решив не испытывать судьбу, Михаил приказал погрузиться. Сложность была в том, что в центральной части залива, в районе Йокогамы, была отмель с глубинами до двенадцати метров. Глубина вполне достаточная для судоходства надводных кораблей и судов, но явно недостаточная для подводной лодки. Поэтому, пришлось брать ближе к западному берегу, где находился рейд Йокогамы и где пролегал основной фарватер. Здесь глубины достигают тридцати метров и при желании можно избежать угрозы тарана, или случайного столкновения, нырнув поглубже. Но пока "Косатка" следовала малым ходом на перископной глубине, время от времени приподнимая перископ над водой. Навигационная методика была уже хорошо отработана. Михаил определял через перископ курсовой угол на тот, или иной маяк, а прапорщик Померанцев тут же вычислял пеленг и вел прокладку на карте. Все офицеры к этому уже привыкли, а вот для Тьедера и Ризнича подобные методы навигации были в диковинку. Кроун и Колчак, уже имеющие определенный опыт подводного плавания, вполголоса давали объяснения всему, что происходило. Все прекрасно понимали, что командира, старшего и второго офицера лучше сейчас не отвлекать.