и, выполняя это поручение. Волконский образовал вокруг себя целую розыскную канцелярию.
Весь этот розыск велся при непосредственном участии царя. Волконский в ряде больших писем доносил, в мелочах, о ходе следствия и на все получал ответы и подробные указания Петра, часто в своеручных его письмах. Но уже в конце 1715 года Петр узнает о преступлениях Волконского по этому розыску, и в январе 1716 года розыск передается полковнику Кошелеву. Таким образом, канцелярия Волконского только начала свою деятельность, только образовалась, как прекратила свое существование.
2. 9 мая 1714 года был дан Петром «указ майору от лейб- гвардии господину Ушакову: розыскивать по челобитной, которую подал нам артиллерии фурьер Семен Кузнецов и для того розыску взять отсель с собою тех, на которых тот извет был, и ежели еще в том деле явятся письма, и тех брать и розыскивать… ежели явятся… дела сим подобные… розыскивать же». Другой документ: «…в прошлом 1715 году по именному Царскому Величеству указу велено по ратушским делам, которые иманы в Санкт-Петербург по донесению фискала Михаила Андреева, следовать в Москве от лейб-гвардии майору Ушакову». А в деле об этом ратушском розыске находим следующую заметку: «…а ко управлению оных дел взять часть приказных людей из ближней канцелярии, о чем на доношении упомянутого фискала подписано собственною Его Царскою Величества рукою». Так, видимо, начала составляться канцелярия при А. И. Ушакове; к 1715 году она уже существовала: в нее был взят тогда один человек.
В 1718 году указом от 19 января повелено «о третьем пункте, о похищении казны, пока Его Царское Величество будет в Москве, подавали б майору от гвардии Ушакову». И когда «бывшие подьячие доносители Тимофей да Иван Поповы Его Царскому Величеству в Преображенском во время божественной литургии подали донесение, в котором написали о похищении в Нижегородской губернии денежной казны и об утаенных от переписчиков крестьянских дворах и о другом тому же подобном», то их били кнутом и отослали в Преображенский приказ – за то, что подали донос не Ушакову, как по указу следовало, а самому Петру.
До нас дошла тетрадка из нескольких листов писчей бумаги, в заголовке которой стоит следующее: «В канцелярии ведомства генерала майора и лейб-гвардии майора Андрея Ивановича Ушакова выписано», и далее идут в кратком изложении указы, этой канцелярией полученные: здесь много указов по рекрутским делам, затем идут дела по корабельному строению (доставка леса и рабочих, надзор и проч.), которые также входили в компетенцию канцелярии Ушакова. Вот образчик такого указа от 15 июня 1720 года: «На поданное его господина генерала майора донесение, по которому требовано для достройки кораблей с Олонецкого уезду и из других городов плотников 300 человек, велено требовать указа из камор-коллегии». Кроме того, тут же встречаются, например, такие указы, как от 13 сентября 1718 года: «О бытии из царедворцев стольнику Ивану Дурному по прежнему в канцелярии ведомства его господина, генерала майора у дел, и о высылке в Санкт-Петербург для смотра царедворцев же».
Таким образом, и розыски по «интересным» делам, и корабельное строение, и рекрутские наборы, и кое-что из дворцовых дел – все это попадало в канцелярию ведения А. И. Ушакова. В 1724 году Макаров спрашивает Ушакова о количестве денег по его канцеляриям, то есть к этому времени в ведении Ушакова оказывается несколько канцелярий. Если вспомнить, что одна из них называлась «канцелярия рекрутного счета», то можно предположить, что эти канцелярии произошли путем выделения из одной общей канцелярии «ведения» Ушакова путем ее дробления по мере накопления разных поручений. Отметим одно интересное известие: Макаров в письме Ушакову от 4 марта 1721 года пишет: «Ее Величество Государыня Царица Екатерина Алексеевна указала отослать к вам челобитную кн. Андрея Кольцова-Масальского, по которой извольте учинить решение. А ежели вам одному оного решить невозможно, о том извольте предложить всем господам штапным офицерам, выписав из примеров… ежели, паче чаяния, и в присутствии всех штапных решить того будет немочно, о том извольте доложить Ее Величеству Государыне Императрице Екатерине Алексеевне». Значит, в приговорах и решениях некоторых поручаемых Ушакову дел участвовали «штапные» офицеры, то есть существовала какая-то коллегиальность. При этом, видимо, деятельность канцелярии Ушакова стояла в непосредственной близости к самому Петру; по крайней мере, в письме, датированном апрелем 1721 года, к Макарову Ушаков, говоря о деле «по канцелярии моего ведения», как он пишет, спрашивает указа царя по поводу крестьян, доносящих на своих господ в укрывательстве рекрутов: «…изволь о сем доложить Его Царскому Величеству, что мне с ними чинить», а в ноябрьском письме 1717 года Макаров пишет Ушакову: «…письма ваши, моего государя, исправно я получил и по оным, о чем принадлежало, Его Царскому Величеству доносил».
Итак, можно предположить, что с 1714–1715 годов у Андр. Ив. Ушакова образовалась канцелярия его ведения. Причем первоначально она занята была в основном особенно розыскными делами; но усложнение деятельности Ушакова повело за собой усложнение и в силу этого – раздробление одной канцелярии на несколько.
3. В именном указе Петра от 13 марта 1716 года на имя полковника Кошелева написано: «Понеже во отбытии нашем канцелярия, которая ведения подполковника нашего князя Долгорукова в Санкт-Петербурге никому ведать не приказана, того ради оную канцелярию в небытие его ведай ты; и по которым делам також и по данным пунктам дьяку Воронову надлежит следовать, чтоб он то исполнял без опасения: також и его, дьяка Воронова, в обиду никому не давать». Значит, в 1716 году в ведении кн. Долгорукова находилась уже канцелярия, поручаемая по его отъезде попечению полковника Кошелева. Около этого же времени мы находим упоминание указа, посланного с сержантом от «Канцелярии ведения генерала кавалера и от гвардии подполковника его сиятельства кн. Василия Володимеровича Долгорукова». В делах Кабинета Петра остался такой черновик (или копия): «В канцелярии господина генерала князя Долгорукова… до светлейшего князя касаются»: «о вотчинах светлейшего князя, которые даны ему в Ингрии и потом розданы разночинцам, и которые ему даны взамен оных, и что с них каких денежных доходов в год сходилось», «о ревельских деньгах, что издержаны на покупку хлеба» и о посылке этих денег светлейшему князю; далее перечисляются дела по тяжбам светлейшего князя с частными лицами по его заводам и по поводу беглых людей. Потом идут дела по челобитьям об укрывательстве беглых, о взятках, о грабежах казенного имущества (то есть «против третьего пункта»); далее дело «об отдаче туленину Никите Демидову без оброка сибирских же лесных заводов и о поставке в казну железа дорогою ценою, и о продаже беспошлинно, и о свидетельствонии всех железных заводов»; далее «о позволении торгу всяких
