найдут какой-то осколок, то им конец. В общем, я мало что понял. Тут что-то случилось? — Тунайт со всей своей наивностью вопрошающе уставился на меня.
Я кивнул, подумал, потом сказал:
— Ладно, нужно уходить.
Повернулся к парням и помахал, показывая, что можно выходить.
Но только демоноборцы двинулись в нашу сторону, как позади них я увидел магическую вспышку, и со стремительной скоростью с трех сторон поползли черные тени.
— Атака теней! — успел я крикнуть, одновременно пытаясь призвать к грани света.
Сила не откликнулась.
Демоноборцы ринулись вперед. Хаген успел метнуть разрушением куда-то назад, и тень, которая практически достигла его, на какое-то время застыла.
— Разворачивай проход, — велел я Тунайту.
— Куда? — он с готовностью поднял руки и в это мгновение ему в грудь прилетел клинок.
Тунайт, удивленно округлив глаза, уставился на меня, медленно перевел взгляд на клинок и растерянно прошептал:
— Я умру.
Я в мгновение оценил ситуацию: лезвие вошло не слишком глубоко, рана не пустяковая, но и не смертельная, если вовремя оказать помощь.
— Спокойно, все будет в порядке, — попытался я его подбодрить, осторожно утягивая в сторону, за деревья.
— Вытащи это из меня, — жалобно попросил Тунайт, не сводя испуганного взгляда с рукояти кинжала.
— Нельзя, иначе истечешь кровью.
Тунайт издал мучительный стон, а я же поспешил достать меч разрушения и активировать его, полоснув по ладони.
Тем временем Хаген и демоноборцы добежали до нас, тоже спрятались за деревьями и, доставая оружие, приготовились к сражению. Вот только наши шансы на победу в этой схватке ничтожно малы.
Тени продолжали приближаться, окружая нас. Хаген бил разрушением, но безрезультатно — тени только поглощали его магию и становились сильнее, все плотнее сужая кольцо вокруг нас. Но внезапно в какой-то миг они застыли в нескольких метрах. Зловеще закопошились, облизывая смертельными языками траву и листву, высасывая из растений жизнь.
Я подхватил начавшего оседать Тунайта. Крови было немного и, очевидно, сознание он начал терять исключительно из-за шока.
— Эй, только не сейчас, — я попытался его растормошить. — Ты нам нужен.
Но Тунайт уже не слышал меня. Его тело безвольно обмякло в моих руках.
— Выходите! — неподалеку послышался грозный женский крик. — Мы не станем вас убивать, если вы скажете, где осколок!
Алькарис зло оскалился и сквозь зубы прошипел:
— Конечно же, не станут они.
— Мы не понимаем, о каком осколке речь! — выкрикнул Басир.
Недолгая пауза и женщина снова громко произнесла:
— Вы, может, и не знаете, но ваша предводительница Мари Дерей должна знать! — Голос я узнал и теперь не сомневался, что он принадлежит Рауман.
Нельзя показываться ей на глаза. Она сразу узнает нас с Хагеном. И это ничем хорошим не сулит.
— Мы не знаем где Мари, — ответил хрипло Алькарис, — она отправилась на задание!
Пока демоноборцы перекрикивались с Рауман, я понял, что сейчас самое время позвать на помощь. Другого выхода для нас не было.
«Виракэс, ты мне нужен», — мысленно позвал я.
Связи с драконом я не ощутил, как и отклика.
«Виракэс», — снова позвал я и снова никакого ответа.
Черт! Он слишком далеко.
Похлопал Тунайта по щекам, в надежде растормошить и попутно еще раз призвал дракона.
— Сложите оружие и выходите! Вам ничего не угрожает! — наконец, крикнула Рауман, давая понять, что разговор окончен.
Она стояла в метрах десяти от нас, но слегка поднапрягшись, я сумел расслышать, как она велела теневикам:
— Никого не убивать, сначала вытрясем из них все. Наверняка что-то они должны знать. Вчерашний мальчишка нам больше не нужен — его прикончить.
Под «мальчишкой» она явно подразумевала Тунайта. Или знала про его способность, или догадалась, что он не демоноборец.
— Как действуем? — тихо спросил Доргер.
— Сразимся, — уверенно сказал Алькарис.
— Нам не достать их. Тени повсюду, — покачал головой Басир.
— Я могу попробовать убить их гранью ветра, — сказал Хаген, указав взглядом на клинки, висевшие на поясе Скегги.
— Нет, — качнул я головой, — не достанешь, они вне поля зрения. Только зря выбросишь оружие.
— И что предлагаешь? Сдаться? — в глазах Хагена пронеслась паника.
Я снова покачал головой и указал взглядом на Тунайта:
— Если его разбудим, сможем уйти.
— В последний раз повторяю: выходите! — снова крикнула Рауман. — Или нам придется применить силу!
Алькарис выругался, выудил флягу из походной сумки и окатил Тунайта водой.
Неожиданно тот очнулся, едва не вскочив на ноги, пришлось придержать, дабы он не делал резких движений.
Тунайт тоже вспомнил про рану, снова испуганно уставился на рукоять клинка в груди, пришлось дать ему пару пощечин, чтобы отвлечь и не позволить снова опрокинуться в обморок.
— Ты должен открыть проход, — сказал я.
— Мало сил, всех я не проведу.
— Если откроешь поблизости, тогда мы все уйдем, — возразил я.
Тунайт окинул нас взглядом, явно пытаясь мысленно сосчитать присутствующих и оценить свои силы.
— Можно попробовать, но тогда мне вряд ли хватит сил, чтобы доставить тебя в Сол-Меридию.
— Подумаем об этом после, открывай, — быстро проговорил я и подал знак Хагену.
Тем временем тени, словно закипающая смола, угрожающе закопошились и вновь начали наступать.
В мгновение мы поставили Тунайта на ноги. Он без промедления открыл проход.
— Уходим! — велел я.
Неожиданно Басир завалился на спину и его стремительно потащило прочь вглубь тьмы. Он пытался сопротивляться теневой хватке, призывая к грани земли, но все тщетно, тени высасывали из него силы, словно мощный насос.
Алькарис было ринулся за Басиром, но Доргер резко ухватил его за плечо и рывком протолкнул в проход, а затем то же самое проделал со Скегги. Бросив быстрый взгляд на нас Басир и сам скрылся в пространственной дыре.
Тени были все ближе. Один из пузырящихся языков лизнул Хагена по ноге, тот швырнул в нее огнем. Тень это остановило ненадолго. Огонь, пусть и дает свет, но этого слишком мало.
— Давай! — велел я Хагену.
Он, слегка помешкав, все же нырнул в проход.
Теперь был наш черед, но только сейчас я понял ошибку: Тунайту не пройти самостоятельно через проход. Он едва держался на ногах и стоит мне только его отпустить, как он упадет. Понял это и сам Тунайт.
Вагр посмотрел с сожалением и прошептал едва слышно:
— Уходи, я едва его держу.
