шагну в беспокойное завтра.
Пусть кто-то считает меня виноватым,
Что шёл и иду я дорогою Сартра…[3]
Я дойду туда, где ярок свет…
Окрылён неведомым стремленьем.
Переполнен думой о былом.
Я отбросив лишние сомненья,
Покидаю наш с тобою дом.
И престану боле претворяться,
Что горю я в пламени любви.
Не богиня, право. Преклоняться
Ты других скорее позови.
А меня покорностью не мучай,
Отпусти в заоблачный полёт.
Я хочу, чтоб эта злая участь
Не мешала двигаться вперёд.
И в душе услышу песнопенье,
Воркованье, птичий пересвист.
Пусть остались малые мгновения,
Будет путь извилист и тернист.
Не боюсь я новых испытаний.
В передрягах жизненных окреп.
И дорогой долгою скитаний
Я дойду туда, где ярок свет…
С этим надобно дальше жить
Небо серыми тучами давит,
Заставляя уйти в себя.
Ветер северный сильно картавит,
Нелюбим, мол, тобою я.
Только так суждено. Не исправить.
С этим надобно дальше жить.
И не стоит мне в ухо картавить,
Заставляя любить-нелюбить.
Просветлённый шагну я в завтра.
И не с грустью вовсе, с надеждой,
Что сумею, забыв про завтрак,
Скинуть к чёрту земные одежды.
Полюблю не богиню, а деву
Солнцеликую, тихую, скромную.
От того, что вдруг встретил Еву,
Испытаю я радость огромную…
Жить по-прежнему осточертело…
Как до боли сердечной не хочется верить,
Что останемся жить, как и прежде,
Что оставим в бессилье надежды
Никогда больше не лицемерить.
Без притворного чистосердечия
Говорить о пороках общества.
И о судном дне чьи-то злые пророчества
Не рассматривать слишком доверчиво.
На коленях стоять нам уже надоело,
И ярмо волочить безропотно.
Нам пора прокричать, а не шепотом,
Жить по-прежнему осточертело…
Овеян властию твоей
Я слышу смех твой исцеляющий,
И воркованье детских губ.
Они, как водопад спадающий,
Или оркестр дивных труб.
Твоих очей я лучезарных
Как не хотел бы, не забуду.
И планы подлости коварной
Позволь принять лишь за причуду.
Овеян властию твоей,
И просветлённый, и немой.
Пусть буду в старости сильней,
Тобой – любим, другим – смешной…
Наша встреча, увы, мимолётна…
Ты мне душу спалила до тла.
До сих пор, лучезарная, помню,
Пламя было сильней, чем у домны,
Чем у адова чёрта котла.
И хоть годы прошли незаметно,
Память держит твой образ столь цепко.
На душе несмываемой меткой
Лишь мгновения встречи заветной.
Мне мечталось, что сможем вместе
Этой жизни подъём одолеть,
Что сумеем без крыльев взлететь,
Не расслышав завистников лести.
Но куда там, не совладать
С этим сонмом советчиков драных.
От того я быть может так рьяно
Не пытаюсь с судьбою играть.
Я доволен, что жизнь беззаботная,
В одиночестве строю я планы.
Пусть останется рваною раной
Наша встреча, увы, мимолётная…
Мне претит оступаться, где ровно…
Мне, поверьте, какая разница
Новые или старые русские.
Не хочу я в щели узкие
Пролезать с намыленной задницей.
Не хочу из семейного быта
Окунуться по полной программе
В ростки этой жизни ранней,
От морали общественной скрытой.
Мне претит оступаться, где ровно,
Сквернословить в общественном месте.
Я прошу вас, родные, все вместе
Защитим наши ценности кровные.
В них история прошлых лет,
И намётки ближайших буден.
Так давайте же вместе будем
Сохранять этот памятный след.
К моей любви ты равнодушна…
Меня и греет и пленит
Твоих очей чудесный свет.
Но точно знаю, суета сует
Разбить души твоей гранит.
Тебе в молчаньи простираю руку,
Зову к совместному полёту.
Но в песне перепутаны все ноты
И каждый звук лишь дарит му́ку.
К моей любви ты равнодушна
И безучастна, как и прежде.
И я живу, скорей, надеждой,
С мечтою светлой и воздушной…
«Все слёзы на вкус солёные…»
"Все слёзы на вкус солёные.
Мужские иных солонее,
Тяжёлые и калёные,
И строгие, как портупея…"
Вадим Цимбалов
Так ли уж редко в наши глаза
Набегает скупая мужская слеза?
Чтобы боль источить хоть немного
В этой жизни смиренно-убогой.
Знайте все, что мужские слёзы
От страданий сердечных без дозы.
От бессилья в борьбе со злом.
Иль когда вдруг берут на излом
И пытаются с грубою силою
Всё что дорого нам, изнасиловать…
Мы намертво в клубок тугой сплелись
Я организм, подаренный судьбою,
Сносил до дыр. Латать уж нету сил.
Мне говорят: "Ты в нём все прелести вкусил.
Теперь расстанься со спокойною душою".
Я так и поступил бы. Только вот
Не все дела успел я завершить.
Да и не хочется стремительно спешить
За тот последний в жизни поворот.
Когда ж уйду, и ты, родная, торопись,
В пути ведь можно быстро потеряться.
А мне, поверь, не хочется расстаться,
Мы намертво в клубок тугой сплелись.
И не грусти, и горьких слёз не лей.
Последний вздох мой только о тебе:
Пусть растворится грусть в святой воде,
И счастье наше возликует как ручей…
Тебя из мыслей изгонял и снова призывал
Тебя из мыслей изгонял и снова призывал.
Навек не в силах я с тобой расстаться.
И хоть в дорогу дальнюю пора уже собраться,
Я дверь, распахнутую настежь, закрывал.
И подпирал плечом решительно и твёрдо,
Наперекор судьбе, и времени, уму.
А ты смотрела снисходительно и гордо,
Толкая взглядом лишь в разверзнутую тьму.
Другие пусть итог подводят
Забыть готов я о ненастье,
Увидев снова поутру
На небосводе солнца шар.
И тем заметней и всевластней
Подобный адскому костру
В душе родившийся пожар.
И торжествует жизнь, не смерть,
Когда встречаю я зарницу.
И мысли светлые приходят.
Себе я говорю: "Не сметь
Читать последнюю страницу.
Другие пусть итог подводят!"
Твой взгляд чарует и манит
Забыть готов бесповоротно
О прошлой жизни бестолковой
Лишь взгляд увижу мимолётно
Из-под ресниц твоих шелковых.
Твой взгляд: томительный и нежный
Меня чарует и пленит.
И тянет, манит неизбежно,
Как чудодейственный магнит…
Поёт душа одинокою скрипкой
Наша встреча была не ошибкой
В жизни моей несчастной.
Поёт
