той новой жизни, где не будет нас.
Творите добрые дела без пышных фраз,
Свой путь пройдя, не испытав стыда.
К чему теперь слова мои пустые…
Своей судьбе я покоряясь грозной,
В последний раз твой образ лицезрею.
О прожитых года́х ничуть не сожалею.
Как жаль, что встретились мы поздно.
Как мог, глупец, я раньше не видать,
Что ты звездой светила мне в ночи.
Как часто обижал тебя я без причин,
И заставлял болезненно страдать.
К чему теперь слова мои пустые,
Когда сгустились тучи расставанья.
И всё же я прошу: услышь мои признанья
И стон души, преобразившейся в пустыню…
«Себе давно сказал: не спорь…»
Себе давно сказал: не спорь,
Коль собеседник не достоин спора.
Он приготовил строки приговора
Заранее. Сейчас же словно хорь
Готов в меня вцепиться
И крови с жадностью напиться,
Безумный взор опять направив
Туда, где нет ни истины, ни правил.
И что такому долго объяснять
Как сердце от неправды изболится.
Он не готов слова мои принять
И полюбовно извиниться.
Он будет спорить до последних сил
С кровавой пеною у рта.
И остуди́т его враждебный пыл
Суждений верных прямота.
Ты вся моя – я страсти не скрываю
Все невзгоды от себя гоню я прочь.
Вновь хочу с тобою помириться.
Я в глазах твоих, загадочных как ночь,
Утонуть готов и возродиться.
Какое счастье быть с тобою рядом,
Твой аромат мечтательно вдыхать.
И наблюдать, как яснооким взглядом
Готова зорьку раннюю встречать.
Ты вся моя – я страсти не скрываю.
Быть может поздно, но признаюсь в том,
Что лишь с тобой я счастье испытаю
Под небосвода голубым зонтом…
Павшим на полях войны
Они ушли, а мы остались жить.
Поклон земной им низкий!
Не оборвётся жизни нить.
Спасибо всем родным и близким,
Без времени ушедшим в вечность,
Нам подарившим человечность
И завещавшим в мире быть!
Заздравный гимн поём Весне
Заздравный гимн поём Весне,
Призвав её явиться к нам.
В небесной чистой вышине
Уж слышен звонкий птичий гам.
И сердце трепетно стучит,
И чувства снова обострились.
Журавлик с неба мне кричит:
"С зимой мы радостно простились!"
Не дождаться нам судилища господня
Ещё был жив отец народов Сталин,
Когда я с криком вырвался на свет.
Моим родным не довелось держать ответ
Пред этой злобной и преступной стаей.
Ночами свора вламывалась в дом,
Хватала всех – виновных, невиновных.
И в рамках Конституции условных
Устраивала судище, содом.
С лица земли стиралися династии.
Под корень вырезались семьи.
И дай им волю, даже семени
Не удалось взрасти при этой власти.
О прошлом я. Но может и сегодня
Подобное появится беспутство.
И гложет горькое предчувствие,
Что не дождаться нам судилища господня.
«Сверчок за печкой приутих…»
Сверчок за печкой приутих,
Чтоб мысли не мешать теченью,
Чтоб не сорва́лось вдохновенье
И появился новый стих…
Суровых лет не чую за плечами
Суровых лет не чую за плечами.
И я тобою окрылённый вновь,
В который раз томительно встречаю
Ко мне пришедшую любовь.
Досужих выкриков не слышу.
Судить меня никто уже не вправе.
Под ветхую стремглав влетела крышу,
Ты лучший бриллиант в моей оправе.
Не ювелир я, но способен оценить
Те чувства, что подаришь мне.
Я верю, что сумеешь исцелить
Меня в прекрасном, но последнем сне…
«В большой аквариум попали поневоле…»
«…Кто мыслит так – он будто бы червяк,
готов к тому, что на него наступят.
И на костях исполнят краковяк.
Так, видя корм, танцуют рыбки гуппи…»
Вадим Цимбалов
В большой аквариум попали поневоле:
И кто здоров, и тот, кто сильно болен,
Кто правде следует, а кто – крамоле…
Все топчем землю до мозолей,
Пытаясь застолбить местечко потеплее.
И становясь день ото дня взрослее,
Вдруг понимаем истину сердитую,
Что у корыта оказались мы разбитого…
К последнему спешу я новоселью…
Сказать могу теперь уже резонно
В непостижимости судьбы моей
Остались там, за горизонтом
Мои мечты и буйство первых дней.
Всё лучшее промчалось безвозвратно.
Виток спирали пройден. Стал я старше.
Все достижения звучат отрадно
В моей душе величественным маршем.
Себя не тешу я беспочвенным обманом.
Не задаваясь призрачною целью,
Не строя бесполезных планов,
К последнему спешу я новоселью…
Твои исполняя причуды
Покинувши влажное ложе,
Воскликнул я в чувствах: "О, боже,
Как радостно мне твои пряди
Рукою шершавою гладить.
Смотреть, как на фоне окна
Стоишь ты в раздумье одна.
Как правишь волос завиток,
И сделав последний глоток,
С шампанским бокал опустила…"
И снова волшебная сила
Сплела нас в порыве объятий
На сказочно нежной кровати.
И я, опьянённый дурманом,
Любовью твоей ураганом,
О жизни печальной забуду,
Твои исполняя причуды…
Так счастлив я, когда в глаза твои гляжу
Так счастлив я, когда в глаза твои гляжу.
Мне кажется, ещё мгновенье и скажу,
Какою молодой и безграничной верой
Наполнила мой быт – безрадостный и серый.
И я готов с тобой последних дней остатки
Прожить. Путь даже будут эти дни несладки.
Сумеем вместе одолеть мы все преграды,
Расстанемся лишь – у кладбищенской ограды…
Он лишь мечтал. Она хотела!
"Соловушка умолк. Окликнул
Я милую подруженьку свою,
И встретил… Чувства боле не таю —
К губам, к груди, как стебель, никну…"
Вадим Цимбалов
ЛГ к губам, к груди приникнул…
Ай, молодца, спеша, воскликнул!
Припал он к щёчке, к ушку, к ножке,
И к милой пухленькой ладошке.
Не позабыл он щёчек алых
И глазок хитростно-лукавых.
Припал ко всем частицам тела…
Он лишь мечтал. Она хотела!
Мне от себя, увы, не убежать…
Я сам себе хочу признаться:
В плену волнительных берёз
Как я хотел бы оказаться
В минуты затаённых слёз.
Но не судьба предаться грусти,
И сердца дрожь не удержать.
И сколько б не было сочувствий,
Мне от себя, увы, не убежать…
Мечтать не
