застывшей посреди кухни мне и хищно улыбнулся.
— Я могу узнать все, что нужно, не привлекая тебя. Проблема в том, что информация поступает с примесью личных эмоций. Они не мешают логическим выводам, ну жутко раздражают.
Он был прав. Люди не могут забыть триста восемьдесят четыре отнятые жизни. Что маги, что не маги. Жизнь — бесценна. А поскольку в том здании были дети… Люди не могут забыть.
По щеке скатилась одинокая слеза, которую я мгновенно убрала. В очередной раз, не время лить слезы.
— Кого ты потеряла?
Я отвела глаза в сторону. Утверждают, что время лечит все, но я была не согласна. Может быть, когда я сожгу Корена точно так же, как он, сжег моих родителей, мне станет легче, но не сейчас. Мой взгляд переместился на левую руку. Там, под рукавом платья скрыта перебинтованная рука — вечное напоминание невосполнимой потери.
— Родителей.
Кристиан подошел ближе, вытащил из миски кусок хлеба, откусил, прожевал и лишь после этого сказал.
— Ме-е-есть… Значит, ты убьешь его, несмотря ни на что.
Глава четырнадцатая — Вторая попытка
«Я выживу где угодно по одной причине — я так решил»
Серо-голубая дымка медленно растекалась по полочкам, стирая еле заметную пыль. Лорд Лэнгвин Фарай пребывал в самом что ни на есть при неприятном расположении духа с того дня, как Габи родила ребенка. Привычный мир мужчины рухнул. А для такого консерватора, как лорд Лэнгвин — это смерти подобно.
Ариша занималась приготовлением ужина. Девушка определенно подходит на эту роль лучше меня. Раньше я любила готовить. Раньше. Когда родители были живы, и было ради кого стараться. Никогда не забуду, как радовался отец каждому найденному кусту ягод или грибочку, что усердно прятался под тонкими березками.
— Зайка, смотри какой хитрый. Завалился набок и думает, я его не найду.
Зайка. Только папа меня так называл.
Раньше я любила готовить. Раньше. Когда было для кого.
Очередная слеза с щеки была стерта грубой рабочей рукой. От ласкового ребенка не осталось ничего. Она сгорела в том пожаре, в котором сгорало триста восемьдесят четыре души. По привычке пальцы коснулись перебинтованной руки.
— Где она?
Голос лорда разнесся по дому неожиданно, как раскат грома средь ясного неба. В ответ послышалось легкое щебетание Ариши. Что именно она ответила, невозможно было расслышать. Я легонько дунула в сторону гуляющей по полкам серо-голубой дымки, разрывая работу магического зелья. Затем метнулась к окну и раскрыла его настежь. Необходимо проветрить комнату, после применения этого зелья, дабы зафиксировать защиту от пыли, минимум на два дня и скрыть легкий запах леса после дождя. Мне нужно больше свободного времени, чтобы полазить в кабинете лорда. На то, чтобы сохранять все в том же виде, в котором оно пребывало в момент моего проникновения, требуется много времени. Больше, чем я могла бы выделить с учетом того объема работ, которое легло на мои плечи. Поддержания чистоты в привычном понимании истинного ценителя порядка нелегкая задача. Это не считая обучения Ариши, встреч с Воутом, который прожужжал мне все уши по поводу смерти чужеземца. И ежедневных, а точнее, ежевечерних встреч с этим самым чужеземцем.
Уверенные шаги раздались в коридоре, когда я направилась к выходу из хозяйской спальни. Дверь открылась, когда пальцы потянулись к ручке.
Он возвышался надо мной, уставившись свирепым взглядом разъяренного хищника. До сих пор я не позволяла себе смотреть кому-либо из господ в глаза. После года гонений мы научились безошибочно определять свое место. В моем же случае я боялась, что люди увидят, насколько силен тот гнев, что переполняет меня.
Хозяин дома оказался довольно хорош собой. Я даже представить не могла, что седина в некогда черных волосах так гармонирует с зелеными глазами. Отсутствие какой-либо щетины, убавляла возраст лорда. Если бы не пронзительный взгляд и тонко сжатые губы, выдающие гнев, он мог бы считаться очень красивым.
— Господин.
Быстро опустив глаза, я присела в реверансе. Воут не раз говорил, что мне стоит, осторожнее смотреть по сторонам. «На твоем лице все написано, девочка. Бойся попадаться под руку проницательным людям. Хватит одного взгляда, чтобы определить намерения, скрытые за презрительным взглядом твоих нежно-голубых глазок».
— Почему в моем доме дополнительная прислуга?
Старик говорил, что когда переполняет гнев, необходимо сжать руки в кулаки и досчитать до пяти. Впрочем, про борьбу со страхом он говорил то же самое. Единственное исключение — подсчет идет до десяти. Если второе позволяет взять себя в руки, с первым были проблемы.
— К сожалению, у меня — раз… — нет такого колоссального — два… опыта, какой есть у — три… — предыдущей домоправительницы. — четыре… — Ариша прекрасно готовит — пять… — в отличие от меня. — шесть… — Ее блюда — семь… — куда больше — восемь… — подходят для Вашего стола. — девять… — тогда как я, — десять… — способна качественно выполнять другую работу.
— Я правильно понял, что ты не способна сделать всю работу Габи, из-за чего мне придется платить двоим?
Раз… Два… Три… Четыре… Пять… Шесть…
— Оплату вы производите за одного. Леди Касия Алмарин дорожит своим именем, из-за чего не может позволить себе разочаровать Вас.
Семь… Восемь… Девять… Десять…
В зеркале боковым зрением я увидела, как мужчина ехидно улыбался и жадно изучил меня, прежде чем произнести.
— Через четыре дня в моем доме будет важный гость. Мужчина довольно специфической внешности. Три смены блюд и никаких лишних взглядов и шушуканий. Если вечер пройдет хорошо, можете рассчитывать на дополнительное жалование. На завтра возьмите отгул.
— Как прикажете.
Я сделала очередной реверанс и удалилась до тех пор, пока мужчина не произнес лишнего. Третьего подсчета до десяти мои нервы могут не выдержать.
* * *
— Как поживаешь ведьмочка?
— Ш-ш-ш…
Мужчина не успел выйти из темноты переулка, когда я набросилась на него с кулаками.
— Ай, больно!
Хотелось бы думать, что мой удар кулаком в левое плечо причинил боль, но Кристиан даже не дернулся. Сомневаюсь, что тело, которое истекало кровью в моем доме, может пострадать от маленькой ладошки. Глянув на кулак размером с небольшое яблоко, я снова ударила его в плечо. Как и ожидалось, мужчина не шелохнулся.
— Тяжелый день?
— Впервые встретила хозяина дома.
— Неприятная личность.
— Очень.
По совершенно непонятной мне причине разговаривать с Кристианом было легко и просто. Я не имела друзей, да и не стремилась их заводить. Было достаточно того, что меня окружали люди преследующие ту же, что и я, цель. Порой Уолтер пытался заводить разговоры на отвлеченные темы, но я пресекла все попытки
