только что его прикончил…
Он смотрел на меня, не моргая, будто изучал, как я дёрнусь. Я почувствовал, что он доволен — подловил, сволочь, красивым моментом.
— Тебе конец, — сладко протянул он и рубанул чёрным клинком, даже не пытаясь говорить ещё что-то.
Всё произошло за доли секунды, так что я даже не успел ничего предпринять. И как не прискорбно было это осознавать, всё-таки эта сволочь училась на собственных ошибках…
«Кокон магмы» вспыхнул вокруг меня, как лампа, и в ту же секунду треснул, разлетевшись на тысячи алых осколков. Увы, от подобных атак он защитить меня был просто не в состоянии. Удар прошёл дальше, встретившись с моим телом, но обычной боли не последовало. Клинок зазвенел, словно столкнулся с самым прочным материалом на земле, и сила удара рванула обратно к нападавшему.
— Сам дурак, — процедил я, когда дымящийся клинок полоснул по Лю Бану и тот снова превратился в чёрную дымку, будто его и не было.
Третьего появления императора ждать я не стал. В следующий миг я ушёл в изнанку и сразу же переместился «телепортом» ближе к Шейле. Она уже торопливо натягивала одежду, собирая ремни и застёжки пальцами, которые дрожали от адреналина.
— Быстрее, — сказал я, возникнув у неё за спиной.
Десятки «волшебных нитей» начали поднимать одежду в воздух и если учесть скорость, с которой я одевался, то весь процесс не занял и минуты. Когда я закончил собственные сборы, бросился к Шейле, потому что время играло против нас.
— Клоны? — Шейла бросила на меня оценивающий взгляд.
Ей определённо не понравилось, что я оделся гораздо быстрее. Но ничего не поделаешь, красавица, возможно, когда-нибудь и у тебя появится столь полезный дар…
— Они самые. И я не знаю, сколько он их может наштамповать. Может, сразу сотни… или тысячи. Так что не теряем время, я ухватил её за ногу и начал напяливать сапог «волшебными нитями».
Я старался храбриться и держаться ровно, но руки всё равно предательски ходили ходуном. Адреналин, мать его, зашкаливал. Эта гадина только что дважды едва не прикончила меня. И если бы не мои дары, то я бы уже лежал на земле или того хуже, стал бы его трофеем. Знавал я любителей похвастаться чучелами людей и не нашёл в этом ничего прекрасного. Больные ублюдки. Так что теперь я даже думать не хочу, что было бы, если я замешкался хотя бы на долю секунды. Некогда мне, когда тут такие дела творятся!
И всё же я был очень рад, что с такой лёгкостью отмахался от ублюдка. Хотел бы я сейчас увидеть его лицо, после очередного провала…
(Улан-Батор, броневик императора Китайской Империи)
— Тваа-а-аа-арь! — Лю Бан резко подскочил на троне, когда пришёл в себя.
Каждый раз, когда уничтожали одного из его клонов, тело накрывала волна боли, сравнимая с выстрелом в упор. Пронзительный разряд, словно раскалывающий череп изнутри, дробил сознание на осколки, оставляя после себя тяжёлое, давящее эхо.
С одной дозой болевых ощущений, он обычно справлялся без особых проблем. В этом помогал артефакт с даром «притупления боли». Дар с пылающей руной работал безотказно, гасил больше половины болевых ощущений и, вместе с ним и часть урона мозгу. Но у дара был и серьёзный изъян — использовать его можно было лишь один раз в час.
Пока он действовал осторожно и отправлял в бой только одного клона за раз, всё шло как по маслу. Но сейчас всё вышло из-под контроля. Кто же знал, что этот мелкий ублюдок имел ещё больше тузов в рукаве, чем сам император?
Боль поднялась на совершенно иной, чудовищный уровень. После гибели первого клона он дрогнул от болевых ощущений, но не настолько, чтобы отвлекаться от второго клона, который уже подбирался к своей жертве. Лю Бан был так сильно увлечён охотой, что не только не почувствовал боль, наоборот, он был на седьмом небе от счастья. Ведь он наконец-то раскрыл секрет Чёрного Егеря. Телепорт! Вот почему тот сумел одержать верх в прошлый раз. Переместился в слепую зону и нанёс удар! Но теперь, игра окончена…
Император зло ухмыльнулся, представив как он подскакивает к врагу и вгоняет ему клинок в живот. Лезвие с отравленной кромкой входит глубоко, пробив кожу, мышцы и органы, прямо через рёбра, в которых и застревает. Подобная рана в сочетании с ядом — верный приговор. Единственным, кто когда-либо пережил этот яд, был Вельстрайд, но тот обладал чистой энергией, а здесь всего лишь мелкий хорёк…
Проиграв весь бой у себя в голове, Лю Бан подскочил к Чёрному Егерю и нанёс ему резкий, смертельный удар.
И тут резкий, всепоглощающий удар боли от уничтожения второго клона ворвался в мозг с такой силой, что Лю Бану показалось — его сбил броневик на полном ходу. Внутри черепа определённо что-то лопнуло. От неожиданности он взлетел с трона, ударившись макушкой о потолок броневика.
— У-у-ууу-у! — вырвалось у него, почти срывая голос.
Он рухнул обратно, но на троне не удержался и соскользнул на колени. После чего начал биться об стальной пол, пытаясь выбить из головы боль, которая плавила ему мозги. Пальцы вцепились в голову так, что ногти впились в кожу. Сквозь зубы вырвался низкий стон — он буквально выл от мучений. Всего несколько секунд, а казалось, будто тянется бесконечность, и каждое мгновение режет его изнутри.
— Убью… — прохрипел он. — Убью… — повторил уже громче, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. — УБЬЮ!!! — рявкнул, и, сорвавшись, со всей силы ударил по стальному полу.
Металл прогнулся внутрь с глухим звоном. Толстый настил явно не был рассчитан на подобные всплески силы. Все, кто находились в броневике, замерли, стараясь не отсвечивать и даже не дышать громко.
Император утратил самообладание, его взгляд метался, выискивая хоть что-то, на чём можно было сорвать бушующую ярость.
Гвардейцы у дверей оказались первыми, кто попался на глаза. Его тело окутало синее пламя, которое начало пульсировать в такт тяжёлому, рваному дыханию. Он был уже далеко за гранью, отрезан от обычной реальности. Один из гвардейцев, встретив его взгляд, побледнел и дёрнулся в сторону, но не успел и шаг сделать.
Лю Бан вытянул руку, и из пальцев сорвался поток чистой энергии, резкий, как удар кнута. «Защитный покров» гвардейца вспыхнул синей дымкой, и на мгновение показалось, что он выдержит, но натиск рос. Синее пламя превратилось в огромную пылающую руку, которая удерживала синий кокон.
