заготовим коктейля[7] побольше,
Пусть враг задохнётся в объятиях нашей земли.
Мы встретим его, и отсюда он будет отброшен.
A взводный сказал, что ещё РПГ[8] поднесли.
Ещё он сказал, что нам в помощь дадут артиллерию
И что Рокоссовский отметил за храбрость наш полк.
Я верю в Россию, люблю её крепко, и верю…—
Прислушался к ветру и на мгновение замолк.—
Ты слышишь, опять за бугром тарахтят его танки,
Похоже, атака… Пора на позицию мне.
Слетай-ка ты, милый, в родную деревню Зарянка,
Елене скажи, что люблю и с победой вернусь по весне.
15.05.2013
Смотрю фотографии старые[9]
Смотрю фотографии старые,
По прошлому тихо бреду.
Вот мама с отцом молодые!
В каком это было году?..
Какая красивая мама!
Какие живые глаза!
Из прошлого в мир этот странный
С любовью спокойно глядят.
Спокойно глядят… Молодые…
Не веря в коварство судьбы.
Судьба их – с судьбою России,
И от неё не уйти.
Из прошлого, с фотографий,
Глядят дорогие глаза.
Какая красивая пара,
Как зла и коварна судьба.
На прошлое сквозь фотографии
Смотрю… Закрываю глаза.
На прошлое из настоящего
Тихонько скользнула слеза.
Артем Касаткин
Касаткин Артем Игоревич (1991 г. р.) родился и вырос в Смоленске.
С четырёх лет жил с матерью в неполной семье за чертой крайней бедности. Ребёнком очень часто болел, отчего школьное образование получал на домашнем обучении. С детства чувствовал себя не таким, как все. Друзей не имел, но много читал, оттого по сей день ощущает себя одиноким.
Был дважды женат. Первая супруга категорически выступала против увлечения творчеством и литературой мужа, вторая супруга Волкова (Касаткина) Анна Викторовна поддержала талант Артема Касаткина, и с 2022 года тот начал печататься в издательстве «Свиток».
Русский мир
Я верю в мир, в котором нет насилия,
Но – я не верю в мир, в котором нет России.
На Западе твердят: «Мы вас об этом не просили,
Когда свой флаг вы над Рейхстагом водрузили».
Но не об этом ли вы, господа, молили,
Когда с небес спуститься ангелов просили.
Тот самый Бог, которого вы умертвили,
Крестил Варяга и создал мать Россию.
Страну, которую мечи не покорили,
Страну, которую сжигали, но не победили.
Какой ценой мы славу получили?
Сотни наций и народов, полюбив, объединили.
Конфессий много, их не Бог, а люди сотворили.
Об этом коммунисты, придя к власти, говорили,
Утопия, что порождает рабство в этом мире.
Союз народов, труд, любовь
навеки гарантирует Россия.
Слёзы матери
Какая мать не любит сына,
Что месяцы под сердцем у себя носила?
Что через боль из чрева породила
И молоком с груди кормила.
Какую дочь мать не любила,
Что пеленала и, прогоняя хворь, лечила.
Что ночами не спала,
Баюкая, когда та плакала и ныла.
Какая мать одна быть заслужила?
Не та ли, что ребёнка хоронила,
Отдав всю молодость ему и силы,
И сколько б слёз теперь ни лила,
Не воскресить ни дочери, ни сына.
война всегда несправедлива,
И сколько б Злата мать не получила,
Хоть соберите деньги всего мира,
Ей не заменят они дочери и сына
И нерождённых внуков, которых бы любила.
Владимир Непогодьев
Родился и вырос в Архангельске. Всю жизнь прожил на Русском Севере. Окончил Архангельский электротехникум связи, Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. профессора М. А. Бонч-Бруевича.
В 2019–2021 годах стал номинантом премий: имени Сергея Есенина «Русь моя», «Поэт года», «Писатель года», «Георгиевская лента», «Наследие».
Финалист национальной литературной премии «Писатель года» за 2019 год в основной номинации. Финалист премии «Писатель года» за 2020 год в категории «Детская литература».
Награждён медалью Ахматовой, медалью «Георгиевская лента».
Василий
Светлой памяти Коноплёва Василия Павловича посвящается…
Задание они выполнили. Добыли важные сведения и языка. Теперь надо было возвращаться назад. Разведчики уже где прошли, где проползли половину пути и решили отдохнуть.
– Вроде всё тихо, – доложил вернувшийся боец.
– Ну, вот и отлично, скоро будем у своих, – подытожил командир группы.
– А Василий-то каков молодец! Не растерялся парень. Только вот из-за него нам пришлось ещё раз за языком к немцам в окопы лезть, – улыбаясь сказал Анатолий, самый старый и опытный боец в группе.
– А я что? Я ничего. Я же хотел его по-тихому скрутить. Вот мы с ним и сцепились. Кто знал, что он в два раза больше и тяжелее меня окажется? Сначала-то ничего, а потом чувствую, что у меня сил не осталось, а он как навалится на меня. Ну, думаю, вот и пришёл твой последний час, парень.
– И что ты сделал? – подзадорил рассказчика известный шутник Александр.
– Как что? Еле финку сумел вытащить и давай его колоть. А он, ведь какой бугай, меня всё душит и душит. Вот и в глазах уже потемнело, и виски сдавило. Чуть сознание не потерял. Вдруг, чувствую, хватка ослабела, и немец обмяк. Еле вылез из-под него. Отдышался. А самого тошнит, прямо наизнанку выворачивает.
– Это ничего, парень. Так и должно быть, – поддержал Василия Анатолий. – Это когда ты из оружия стреляешь издалека, то всё кажется просто, и то не сразу к этому привыкаешь. К смерти вообще трудно привыкнуть. А здесь лицом к лицу столкнёшься, и никаких вариантов уже нет. Либо ты его, либо он тебя. Вот тогда и пускаешь всё, что под руку попадётся, в ход. А потом видишь, как из него жизнь уходит и глаза стекленеют. Я сам после первого убитого ножом немца три дня есть не мог. Мутило
