доброе и взволнованное лицо сестры милосердия, которая с беспокойством осматривала меня.
– Ничто не тревожит, – прошептала, – не волнуйтесь. Вспомнила кое-что из прошлого.
– Как я рада! – искренне обрадовалась женщина, всплеснув руками, а потом сразу нахмурилась. – Это грустные воспоминания? Поэтому вы плачете? – Она аккуратно присела на стоящий рядом стул.
– Я плачу? – удивилась, сердце болезненно сжалось в комок, как тогда у той молоденькой наивной девочки, которая верила в детскую любовь и была ошеломлена предательством друга детства.
– У вас слезы, я испугалась, – тихо произнесла сестра Таисия. – Вам лучше пока не волноваться. Я дам успокоительных капель.
Сестра встала, накапала капель в стакан с водой, затем помогла выпить их, бережно придержав мою голову.
– Спасибо, – благодарно прошептала я, в сотый раз подумав, как мне повезло с сиделкой.
Сестра Таисия заботливо укутала меня одеялом и мягко улыбнулась.
– Вам лучше поспать. После вашего сотрясения вспоминать нужно понемногу, – прошептала она с участием. – Много новой информации будет во вред. Теперь, когда воспоминания стали приходить, поверьте, постепенно вы все вспомните.
– Хорошо. Спасибо, сестра, – пробормотала в ответ, засыпая. Вероятно, сестра накапала не только успокоительных капель, но и снотворных.
Мысленно представила лицо Джейсона Тубертона, невероятно красивого юноши с чеканными чертами лица, волнистыми каштановыми волосами, кривой снисходительной улыбкой на лице.
Почему воспоминания, связанные с ним, стали первыми? Ясно, что я знаю Джейсона с детства, но все же почему?
Ответ пришел, когда почти заснула.
Потому что именно тогда, в тот теплый летний день, я испытала ужасное и горькое разочарование. Впервые в жизни.
Тангрия. Лето, 3196 год
Холодная вода Ледяного озера обожгла, дыхание перехватило, а в мыслях стало проясняться.
Поведение Джейсона говорило о том, что он серьезен и не хочет помолвки. Только мое глупое влюбленное сердце не хотело в это верить.
Никто и никогда не обижал меня вот так. Родители меня безумно любили и баловали, слуги обожали, Джейсон тоже боготворил. Раньше. Все ласково называли меня Светлячком.
Я оглянулась.
Джейсон лежал на берегу, закинув руки за голову, греясь на солнце. Надо было выходить, я уже замерзла, но было страшно. С детства я любила его всем сердцем. Как увидела в первый раз, так и полюбила. Всегда хотела стать его женой. Сначала это было игрой, потом переросло в настоящее чувство. Никогда не могла подумать, что Джейсон сможет разлюбить меня.
Я вышла из озера и постаралась как можно спокойнее подойти к другу, который внимательно и настороженно смотрел, пытаясь понять, разобралась я в себе или нет.
С тяжелым сердцем улеглась рядом с ним и прикрыла глаза.
– Какой план действий? Помолвка не должна состояться? – спокойным тоном поинтересовалась.
Услышала облегченный выдох и поняла, что все время, пока я шла и устраивалась рядом, он задерживал дыхание.
– Не знаю, – буркнул Джейс. – Все это… немного неожиданно.
Распахнула веки. Уставилась в небо.
Неожиданно?
Мы с раннего детства знали, что, когда мне исполнится шестнадцать лет, состоится помолвка.
– Надо убедить родителей, что наша помолвка – плохая идея, – будничным тоном продолжил Джейс. – Они хотят объявить в этом году помолвку, а через два года, когда тебе будет восемнадцать, свадьбу. Но мы с тобой маги, у нас вся жизнь впереди! Зачем нам все это?!
Я приподнялась и заглянула в глаза Джейсона.
– Я никогда не врала тебе и не притворялась. Не собираюсь делать этого и сейчас. Ты самый дорогой для меня человек, не хочу лжи между нами, – тяжело вздохнула. – Я хочу помолвку и свадьбу, потому что люблю тебя. Но если ты не хочешь видеть меня невестой, а потом женой, сделаю все, что от меня зависит, чтобы ни помолвки, ни свадьбы не состоялось. А что касается учебы, то отец сказал, что я не буду поступать в Академию магии ни в столице, ни в Зардане, потому что долг женщины выйти замуж, родить детей и следить за домашним очагом. Так что я не стану магом, у меня не такая уж длинная жизнь впереди.
По мере того как я говорила, взгляд Джейсона из напряженного становился хмурым, лицо вытягивалось. Я была смущена, волновалась, но не отводила взгляда. Мне нечего было стыдиться.
– Лори, – сдавленно выдохнул он, недоверчиво вглядываясь в мои глаза, нежно проводя по щеке костяшками пальцев. – Мы были детьми и играли, а сейчас ты еще не повзрослела и не понимаешь, что нам рано жениться.
– А ты, значит, повзрослел? – тихо спросила я звенящим голосом. – Повзрослел и понял, что я не та девушка, кого бы ты хотел видеть женой?
Но я и так видела, как он повзрослел. Как вытянулся, как раздался в плечах, как изменились черты лица и как изменился ранее нежный и влюбленный взгляд.
– Все не так, – раздраженно ответил Джейс. – Я не хочу жениться не конкретно на тебе, а вообще! Даже Кристоф пока не помолвлен, а он старше меня на три года!
– Сейчас не готов, а через несколько лет тоже не захочешь жениться на мне? – затаила дыхание в ожидании ответа.
Джейсон улегся на спину, закинул руки за голову и стал смотреть на проплывающие облака. Он молчал.
Значит, не захочет.
Сердце болезненно сжалось.
– Я маг, Лори. Могу не жениться десятилетиями. Зачем сейчас или в ближайшем будущем связывать себя обязательствами? Не хочу обманывать тебя, – ровным голосом ответил Джейсон.
Я проглотила ком в горле. Разлюбил. Иначе не говорил бы так. Иначе рад был бы связать себя любыми обязательствами.
– Лори, если ты не будешь учиться, твоя магия останется запечатанной навсегда, ты будешь жить как обычный человек. Проживешь втрое меньше, чем я, – его голос дрогнул, он повернулся ко мне. – О чем думает твой отец? В нашей империи разрешили учиться женщинам.
– Мама не магиня, и родители счастливы, – прошептала я. – И твоя мама не магиня, – еще тише добавила.
– Да, не магиня! – процедил Джейсон. – И отец переживает, что переживет ее на много лет, а он очень любит ее! Я не хочу наблюдать, как ты стареешь на моих глазах, Лори! Тебе нужно учиться магии!
Он замолчал, буравя меня недовольным взглядом.
– Я буду ждать, – приглушенно пробормотала я, уже не владея собой. – Буду ждать тебя сколько будет нужно. Когда поймешь, что готов жениться на мне, буду самой счастливой девушкой на свете. – Слезы непроизвольно потекли по щекам, потому что больше я не могла сдерживаться. Ведь как можно сдерживаться, если жизнь рушится? – Я буду ждать тебя всю жизнь, если понадобится, даже если она будет втрое короче твоей.
Джейсон резко поднялся, сел и привлек меня к себе.
– Глупый маленький Светлячок, не говори так!
Он гладил меня по волосам и крепко обнимал, а я мелко дрожала в его объятиях, растерянная и несчастная.
– Я очень люблю тебя, но как сестру, как лучшего друга. – Он замолчал ненадолго, как будто собираясь с мыслями или набираясь смелости. – Ты навсегда останешься для меня самым дорогим человеком. Самым чистым, милым, добрым и
