Элли горестно всхлипнула, тревожно покосившись на разгневанное выражение лица Джулианы.
– Это было неправильно, знаю, но я боялась. Не смогла заставить себя сказать Трэвису правду, струсила, потому что мы шли к банкротству. И, кстати, не обманывайся на его счет – Трэвис тут же перестал бы за мной ухаживать и нанес бы встречный удар, узнав, что бракосочетание отменяется. Папа объяснил, что Сойер взялся за рискованную задачу в первую очередь потому, что мечтал заполучить долю в отеле. Они достигли взаимопонимания, заключили своего рода джентльменское соглашение. Трэвис получает гонорар в виде партнерства в «Долине» в тот день, когда на мне женится.
– Таким образом, ты продолжала носить кольцо Трэвиса, пока он не вытянул гостиницу из долгов.
– Пришлось подождать, пока папа и дядя Рой не удостоверились, что финансовая ситуация стабильна. На мне лежала ответственность за семью. Ты должна меня понять. Гранты все вместе с огромным трудом выстроили этот курорт, вложили душу в «Долину». И до сих пор отель является важной частью их жизни. Как можно подвести семью в критический момент?
– Наверняка ты испытывала к Трэвису какие-то чувства. Никогда не упоминала о тех временах, когда с ним встречалась. Даже не назвала мне его имени, когда я переехала сюда четыре года назад.
– Никто в семье о нем не говорит. Никто не хочет вспоминать ту неприятную ситуацию, и меньше всего я. Тогда меня терзали смущение, стыд и боль. И изрядный страх, если уж быть предельно честной. Особенно в конце, когда Трэвис узнал, что я разорвала помолвку.
– Как он отреагировал?
– Как кусок камня. Никогда не видела настолько хладнокровного человека. Это было ужасно, Джулиана. Я-то приготовилась, что он будет орать, неистовствовать или угрожать судебным иском. Вместо этого он остался абсолютно спокойным. Вообще не выказал никаких эмоций. Стоял посреди фойе и молча на меня смотрел… это были самые длинные минуты в моей жизни. Потом пообещал вернуться и сполна получить оговоренную плату. Только в следующий раз, заявил Трэвис, он заберет не просто долю в гостинице, а весь этот чертов курорт целиком. Это его точные слова. Затем повернулся и вышел за дверь. Больше мы его не видели.
– До сегодняшнего вечера. Ох, Элли, как все запутано.
– Да, – пролепетала Элли и закрыла глаза, соленые капли сочились сквозь ресницы.
– С чего ты решила, что поначалу была влюблена? Почему поддалась романтическому влечению, как ты это называешь? Трэвис совсем не в твоем вкусе.
– Знаю. Но, пожалуйста, учти, что тогда я была очень молодой. Всего двадцать четыре. А Трэвис зрелый, преуспевающий, могущественный. Мне льстили его ухаживания. И все вокруг твердили, какая мы замечательная пара. И папа, и дядя Рой, и тетя Бет – все желали, чтобы он вошел в семью. Потому что прекрасно понимали – с его помощью восстановят процветание «Долины». Он умел управлять бизнесом. Поэтому я так легко впала в иллюзию, а когда осознала, что вовсе в него не влюблена, было уже слишком поздно. Ситуация сложилась крайне сложная.
– Бьюсь об заклад, – подошла к кузине Джулиана. – Жаль, меня тогда здесь не было. Я бы сразу сказала, что вы оба заблуждались в отношении друг друга… А Дэвид знает, кто он?
– Нет, – резко мотнула головой Элли, глаза потемнели от беспокойства. – Никогда не рассказывала ему о Трэвисе. Предпочитала, чтобы он ничего не узнал. Боялась, что осудит. Джулиана, что же нам теперь делать?
– Нам?
– Не мучай меня. Ты должна помочь.
– Не представляю, что можно предпринять, – пожала плечами Джулиана. – По крайней мере пока не поймем, ради чего Трэвис пошел на невероятные усилия, чтобы устроить грандиозную сцену возвращения.
– Существует единственная причина, почему он явился как гром среди ясного неба, – прошипела Элли. – Месть. Наверняка он нашел способ отобрать у нас «Пылающую долину». Или разорить нас.
– Элли, опомнись. Как он сумеет это провернуть?
Мягкий стук кожаных ботинок по каменным плиткам заставил женщин повернуть головы.
– Сейчас расскажу, – сказал Трэвис, материализуясь из темноты густых олеандровых кустарников. – Простейшим из всех возможных способов. С удовольствием понаблюдаю, как «Долина» свалится прямо в руки крупнейшего кредитора.
– О Боже, – всплеснула руками Элли.
– Обязательно так подкрадываться к людям? – сверкнула глазами Джулиана.
Но вряд ли Трэвис ее услышал. Все его внимание было сосредоточено на Элли. Джулиана почувствовала себя пятым колесом, чему вовсе не обрадовалась. Такое однажды уже случалось, когда она стояла рядом с красивой кузиной и еще одним мужчиной.
– Ты все знал, да? – пролепетала Элли, сквозь полумрак вглядываясь в резкие черты лица Трэвиса. – Ты всегда все знаешь.
Тот пошевелил рукой, в стакане звякнул лед.
– Да. С самого начала.
Взгляд Джулианы метался от одного к другому.
– О чем это вы тут толкуете?
– Разве непонятно? – охрипшим от непролитых слез голосом спросила Элли. – Он здесь, потому что разузнал – у отеля снова возникли финансовые проблемы. Мечтает полюбоваться, как все разваливается, что случилось бы еще пять лет назад, если бы он тогда не спас курорт.
– Тебе с мужем удалось натворить множество опрометчивых поступков с вашими грандиозными планами расширения, – заметил Трэвис. – Если бы Тони и Рой Гранты держали вожжи в своих руках, возможно, им и удалось бы осуществить задуманное. Но как только они передали бразды правления тебе и Дэвиду Кирквуду, неизбежный крах стал только вопросом времени.
– И что ты собираешься делать, Трэвис? – вскипела Джулиана. – Сидеть как стервятник, и наслаждаться тем, что гостиница рухнет под лавиной долгов? Такова идея твоей мести? Если не смог заполучить отель, то и никто другой не сможет?
– Кто сказал, что не смогу? – взглянул на нее Трэвис.
– Что ты имеешь в виду? – потребовала Элли, охваченная еще большей паникой, чем минуту назад.
Трэвис неторопливо глотнул, затем скривился в мрачной, без тени юмора, улыбке.
– Так уж и быть, объясню специально для тебя, Элли. Пять лет назад мне была обещана треть «Пылающей долины». Но меня обманули, о чем ты наверняка прекрасно помнишь. Поэтому на этот раз я заберу все целиком.
– Но как? – несчастно пролепетала Элли.
– Вы с Кирквудом, стремясь воплотить вселенские планы по реконструкции и расширению «Долины», заимствовали деньги из многих источников, но более всего задолжали консорциуму инвесторов под названием «Фаст форвард пропертиз инкорпорейтед».
– А к тебе-то это имеет какое отношение? – спросила Элли.
– «Фаст инк» принадлежит мне, – тихо заявил Трэвис.
– Тебе! – ошеломленно ахнула Элли.
