тоже кусок в горло не полез, хотя дракон всё время поездки смотрел в окно, а не на нас.
В участке нас встретил лорд Додвелл, которому я была искренне рада, он мне тоже приветливо улыбнулся. Потом мы прошли в уже знакомую мне комнату отдыха, где в углу жались десятка два или чуть больше зверят. В основном волчата – серые, чёрные, бурые, даже пара белых, – но я заметила несколько рысят, лисят и шакалят. Из-за кресла даже медвежонок выглядывал, а медведи-оборотни – это редкость, почти такая же, как драконы.
Вдоль стены в рядок стояли большие миски с водой и остатками каши, судя по запаху – с мясом, а ещё я увидела двух женщин в форменных платьях с фартуками, возле них, на столе, лежали стопки одежды и пара корзин – одна с детскими ботиночками, другая накрытая полотенцем. Наверное, они из приюта, заберут малышей, пока им семьи не найдут. Ну, правильно, не в участке же их держать.
– И всё же я не понимаю, как ваш зверь сумеет снять ошейники, – негромко произнёс дракон у меня за спиной. Я аж вздрогнула от неожиданности – загляделась на малышей и не услышала, как он подошёл. – Лапы хищных животных не приспособлены для таких тонких манипуляций.
Ему что, сын не рассказал, в кого я превращаюсь? Или об этом просто разговор не заходил? А он с ним вообще виделся?
– Мой зверь – не хищник, – ответила, глядя в холодные чёрные глаза дракона. Мелькнула мысль – как он умудряется так смотреть, цвет глаз тёплый, а сам взгляд… А, не важно, я вижу его первый и последний раз в жизни, не всё ли равно, как этот дракон смотрит.
– А кто?
– Убожество, – буркнула в ответ, потом вздохнув, попросила обоих мужчин. – Только не смейтесь, пожалуйста. Это был не мой выбор, что проснулось, то проснулось.
– У меня нет сейчас настроения смеяться над чем бы то ни было, – голос дракона был не менее холодным, чем взгляд. – Приступайте.
Да пожалуйста! Подошла к зверятам, присела на корточки.
– Сейчас я сниму с вас ошейники, и вы снова сможете вернуться в двуногую форму, – объяснила перепуганным малышам. – Только не могли бы вы лечь, а то мне сложно будет дотянуться, да и снимать так будет удобнее.
Зверята переглядывались, но выполнять мою просьбу никто из них не спешил. Бедные перепуганные дети, что они успели пережить за эти дни? Не удивительно, что уже никому не верят.
Наконец серый волчонок, выглядевший чуть крупнее остальных, сделал пару шагов вперёд и лёг на пол, недоверчиво кося на меня глазом. Не глядя на взрослых у себя за спиной, я обратилась и стала расстёгивать его ошейник.
– Ничего себе! – раздался голос лорда Додвелла. – Это что за чудо чудное с ушами? Никогда о таком даже не слышал.
– Любопытно, – голос дракона звучал ровно. Другой реакции не последовало. И то хорошо.
Ошейник был снят, волчонок полежал ещё пару секунд, словно бы прислушиваясь к себе, а потом превратился в мальчика возраста Луки. Вскочив на ноги, он оглянулся на остальных зверят.
– Получилось! Не бойтесь, делайте, что тётя сказала.
И остальные малыши дружно попадали на пол – своим-то глазам они поверили. И я стала снимать ошейники со всех подряд – кто ближе, потом кто дальше. За спиной слышала голоса – женщины подбирали детям одежду, спрашивали, как кого зовут. Плачущих утешали, желающих кормили молоком с коврижкой – как я поняла, желающими оказались все, кажется, даже Силли с Луки досталось.
Последним был медвежонок – хотя он послушно лёг на пол вместе со всеми, но продолжал прятаться за креслом. Расстегнув ему ошейник, я обратилась, и крепенький пацанёнок лет четырёх с плачем кинулся мне в объятия.
Обернувшись с малышом на руках, я обнаружила позади себя только шестерых детей, не считая моих, одна из женщин помогала одеться рыженькой девочке-лисичке лет пяти, другая наливала молоко в стакан. Отставив кувшин, она подошла к нам и забрала малыша из моих рук, добродушно воркуя над ним – было заметно, что с детьми она обращаться отлично умеет, медвежонок тут же к ней потянулся.
Оставшиеся дети жадно ели коврижку – такое лакомство в простых семьях только по праздникам бывает. Вот один из мальчиков, доев, поставил стакан на стол – и его тут же увёл куда-то появившийся из коридора страж.
– А… куда их? – растерялась я. Думала, что эти женщины их и увезут, но нет.
– Нужно расспросить детей, кто они, откуда, если знают фамилию или место, где жили, – ответил мне лорд Додвелл, который, стоя в сторонке вместе с драконом, внимательно наблюдал за происходящим. – Кто именно их отдал похитителям, родные ли родители… И прочие обстоятельства этого дела. Будем разбираться.
– Понятно, – кивнула я. – Ну, мы пойдём?
– Погодите, – покачал головой лорд Корбед, наблюдая, как из комнаты уводят ещё двоих детей, а медвежонка одевают и вручают ему… пусть будет ужин. – Мисс Лиор, я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы сделали, в том числе и за спасение Эйдериана.
– Кого? – не поняла я.
– Моего сына. – Ага, вот какое у Эйдера полное имя. Ну, мы тоже свои сокращаем, так что, не удивлена, просто не догадалась. – Что вы хотите в награду?
О! Мне ещё и награда положена? Вот здорово! И предлагает мне её аж целый главный имперский дознаватель – он что угодно может! Тут уж мелочиться я не стану, запрошу самое важное.
– Можно нам с детьми документы? А ещё мне – рекомендацию.
– Рекомендацию? – дракон высоко поднял брови. – Не деньги?
– Нет. Деньги закончатся – и что дальше? Без рекомендации новых не заработать. Вы напишите, будто я у вас работала, и вам понравилось. С рекомендацией от самого главного имперского дознавателя я быстро хорошую работу найду.
– Вы могли бы вообще никогда больше не работать – жизнь и свобода моего сына стоит дорого. А рекомендация… Я ведь не знаю, что вы можете. А если ничего, значит, я солгу, подписав её.
Мне показалось, или в уголке его рта мелькнуло что-то похожее на улыбку? Посмотрела внимательнее – нет, показалось, всё такой же холодный. И просто не собирается подписываться под тем, чего не знает.
В чём-то он, пожалуй, прав.
